aloys
21 марта 2014
Поздняя Тэффи пишет идеальные рождественские рассказы. В хорошем смысле слова. Читать ее в метро опасно – будешь то всхахатывать, то шмыгать носом. Лучше уж дома и чтобы никто не видел. Раннюю Тэффи хорошо читать в детстве. Раннюю Тэффи хочется непрерывно цитировать друзьям:
«… обещалось, что "после двухдневного пользования этой мазью веки у вас столь омолодятся, что даже знакомые первое время не будут узнавать вас". И представляется мне, что иду я после "двухдневного пользования" по улице. Знакомые в ужасе шарахаются в сторону, не отвечая на мои приветствия, а прохожие говорят друг другу: - Посмотрите, ради Бога! Какие молодые веки на этой старой харе! Черт знает, что такое!»
Чистый восторг. От поздней Тэффи комок подступает к горлу:
«Она говорила с клубком также просто и свободно, как говорят с человеком. Как все люди, прожившие долгую жизнь, она знала, что, в сущности, все равно, с кем разговаривать: с живым человеком, с клубком, со звездами или с куском тесемки — они слушают одинаково безразлично. Тесемка хоть не перебьет и не затянет про свое, ненужное, нудное. Но, конечно, голоса слышать необходимо, так же как видеть двигающиеся предметы, потому что в этом жизнь. За голосами она ходит к двери в столовую. Там всегда кто-нибудь говорит. Она хитрит: берет кружку, как будто в кухню за кипятком, а сама остановится у двери и слушает. Слов не разобрать — да это и не важно. Слова все те же. Надоели главные слова человеческой жизни: «сколько», «дорого», «больно», «скучно», «некогда» и «зачем». «Зачем» чаще всего. Очень надоели слова. А голоса нужны для жизни. Чтобы сознавать, что живешь».
Как там сказал Николай Второй? «Никого не надо, оставьте одну Тэффи». Да, раннюю – для беспечной радости, позднюю – для успокоения души. А еще в сборнике бонус для поклонников Маркеса: рассказ «Сон? Жизнь?» - "Глаза голубой собаки" в своем роде.
5 понравилось69
