Русские писатели для детей. В 2 томах. Том 2

Сегодня у Михаила Михайловича Пришвина день рождения. Как-то так сложилось, что до сих пор я не написал ни одного отзыва не его произведения, поэтому сегодняшнее событие расцениваю как прекрасную возможность исправить этот недочёт. И хочу вспомнить об одном из самых лучших и известных его творений - сказке-были "Кладовая солнца".

Известно, что такое жанровое определение как "сказка-быль" дал своему произведению сам автор, у него была очень своеобразная теория об эволюции сказки. По мнению Пришвина "новая сказка" без Бабы Яги и Ивана-дурака должна вписываться в ткань реальной жизни. Автор следует своим принципам, в "Кладовой солнца" указан точный год происходящих событий - 1942, присутствуют детали, указывающие на то, что где-то идет война, но сюжетные пространство и время сказки как бы закапсулированы, они существуют в каком-то своем, именно сказочном измерении.

Есть писатели, которых можно читать по диагонали, пропуская ненужные отступления, которые позволяет себе автор, стараясь не упустить главного проследить основную сюжетную линию. Пришвин не таков, читать его подобным образом - напрасно тратить время, его читают не для того, чтобы получить удовольствие от сюжета, а для того, чтобы получить удовольствие от русского языка, которым он владеет безукоризненно. Поэтому неподготовленному читателю Пришвин часто кажется скучным и занудным, а те, кто знает, какие сокровища скрываются в его текстах, перечитывают его вновь и вновь.

Приходилось слышать и диаметрально противоположные упреки в адрес автора, одни сетуют, что у Пришвина слишком много описаний природы, и сюжет отходит на второй план, другие, наоборот, недовольны тем, что сколько бы много не было природы, все же автор обозначает, что главное для него - человек. Но мне кажется, противоречия в этом нет, с одной стороны Пришвин - вдохновленный певец родной природы, с другой - для кого же воспевать природу, как не для человека, ведь вся её прелесть не существует, если нет человека, нет его ощущений. Глаз должен насладиться прекрасными видами, игрой света, трепетом растений, грациозными движениями животных, ухо - звуками - шум прибоя или водопада, трели птиц, шелест листвы, кожа должна ощутить дуновение ветра, тепло солнца, холод мороза...

Вот и в "Кладовой солнца" роль главного героя природа делит с людьми. Настя и Митраша - "золотая курочка" и "мужичок в мешочке" проходят серьезное испытание, столкнувшись с природной стихией, которая заставляет их сдать суровый и опасный экзамен. Природа испытывает и провоцирует ребят, устраивая у Лежачего камня ссоры деревьев и птиц, общее настроение передается детям, и возникают условия для дальнейших испытаний.

Ими движет эгоизм и жадность, Митраша неумолимо стремится к опаснейшей Слепой елани, Настя находит ягодную палестинку и забывает обо всём на свете. Здесь необходимо обратить внимание на противостояние добра и зла, необходимое для сказочного сюжета, которое предстает снова в природных образах: собака Травка и волк Серый помещик.

И снова человеческий фактор оказывается превалирующим в природном контексте, ведь даже в том, что Травка вытащила Митрошу из болота, заслуга не столько её, сколько покойного охотника Антипыча, ведь это за него приняла Травка Митрошу, ведь ей казалось, что она спасает старого хозяина.

Всё заканчивается благополучно, дети встречаются и мирятся, Митроша утверждается в своей мужественности, убивая Серого помещика, Настя - в женственности, преодолев в себе жадность и отдав собранную клюкву сиротам из блокадного Ленинграда, которые живут в их деревне.

И, напоследок, несколько слов о названии - "Кладовая солнца". Так автор называет болото, которое хранит солнечный огонь и тепло, накапливающиеся в растениях. Это солнечное тепло и становится той силой, которая приходит в решающий момент на помощь главным героям, это тепло объединяет природу и лучший её продукт - человека.

Трагическая повесть, я не знаю, как читала ее в детстве. При чтении я переходила на слезы, а в конце просто разревелась и пошла гладить собаку. Вот действительно, это те звери, которых мы не заслужили. Как бы ни бил хозяин свою собаку, она все равно будет его любить. В повести рассказывается история собаки и как у нее сложилась судьба. Бима взял Иван Иванович еще щенком, и воспитал из него отличного пса, который мог и тапки принести, и дичь на охоте выследить. И все было бы неплохо, если бы Иван Иванович не попал в больницу. Я соглашусь с частью рецензий, в которых пишут, что всё было бы хорошо, если бы кто-то один просто нормально присмотрел за собакой. Да, тогда бы трагедии не было и Бим дождался бы своего хозяина. Но мне кажется, автор хотел показать, что не надо быть злыми по обращению к любому живому существу, и только из-за этого в произведении так много отрицательных героев. Чтобы ребенок, читая книгу, мог сделать свой выбор: быть ему как Даша, Алеша или Толик и помогать животным, или как Клим или серый человек, и обижать их? Надеюсь, что дети сделают правильный выбор. Ведь мы в ответе за тех, кого приручили.

Книга,безусловно, сильная и запоминающаяся, но у меня сложилось впечатление, что она могла бы оказаться еще сильней, если бы автор попытался более глубоко осмыслить затронутые им темы. А так получилось в какой-то мере довольно поверхностно, что и не позволило мне прибегнуть к максимальной оценке.

В целом, когда писатели берутся писать книгу, изображая мир глазами животного, кошки, собаки или еще кого-то - неважно, это всегда довольно смелый эксперимент. И смелость его в том, что автор пытается совершить невозможное - описать мир таким, каким его видит та же самая собака, но в любом случае сваливается в грех очеловечивания своего героя. В результате получается рассказ не о собаке, а о человеческой душе, живущей в собачьем теле. На этой мине подрывались куда более опытные и маститые писатели, нежели Троепольский, так что он не стал исключением.

Вообще-то, тема поднятая Троепольским, собачьей верности, преданности хозяину и всепоглощающей зависимости от него, могла бы послужить хорошим материалом для философского осмысления глубинных связей в мире живого, но автор предпочел всю полезную энергию направить исключительно в эмоциональное русло, давя на чувство жалости и сострадания, которое неизбежно должно проснуться у всякого нормального человека, который становится свидетелем целого потока незаслуженных страданий ни в чем неповинного живого существа.

Поэтому и вызывает книга слёзы и сопли у солидной доли читателей, которые слишком близко к сердцу принимают изображение этой собачьей Голгофы, проникаются состраданием к живому существу, вызывающему жалость. Но не всё так просто - книга Троепольского далеко не так безобидна, кроме любви и сострадания она еще учит самой настоящей ненависти.

Потому что отрицательных персонажей, представляющих людей, автор выписал такими черными красками, изобразил их просто настоящими монстрами, в которых нет ни капельки человеческого. На фоне очеловеченного Бима эти типы кажутся озверевшими уродами. И, проникшийся читатель начинает их люто ненавидеть. Особенно эффективно психологическое клише создается и закрепляется у так называемых "собачников", и стоит какому-либо человеку выразить какую-либо претензию в адрес собак или их хозяев, как на него автоматически переносится отношение, сформированное к отрицательным героям повести. Я могу это наблюдать в нашей районной фэйсбучной группе, где "собачники" находятся в состоянии перманентной войны со всем остальным - антисобачьим миром.

Пытаясь создать максимально насыщенный, ярко выраженный психологический портрет собаки, автор совсем упустил из виду человеческих персонажей, нищенски наделив их либо отрицательными, либо положительными качествами. Разделение людей на строго положительных и строго отрицательных, без каких-либо полутонов и нюансов делает всех человеческих персонажей, появляющихся в повести, крайне примитивными в своих проявлениях и предсказуемыми. И то, что это разделение проходит четко по линии отношения к страждущему Биму, оно выполняет ту же роль - маркировки людей по принципу "свой -чужой".

Конечно, мы ответственны за тех, кого мы приручили, и мы можем испытывать к своим питомцам самые нежные чувства, но не стоит собак или кошек, или какую-то другую живность, возводить на пьедестал сверхценности, потому что для человека в этом мире есть только одна сверхценность - это человеческая жизнь. Это превыше всего, поэтому я с содроганием вспоминаю одну свою знакомую, которая, когда умирал её любимый пёс, молила, не знаю кого, бога иди дьявола, чтобы он оставил ей её Барсика, а забрал плохих людей, ведь их так много на свете. Это было омерзительно, любая положительная эмоция, доведенная до неадекватной гиперболизации, может рождать страшный отрицательный разряд.

Всё-таки, жаль, что Троепольский схалтурил и не показал в повести полноценных человеческих характеров. Ясно, что он пытался представить людей в том виде, в каком их воспринимал, как ему казалось, Бим. Но дело в том, что читают книгу люди, а не собаки...