О понятии иронии

Сёрен Кьеркегор

Рейтинг LiveLib

4,4

9 оценок

5
56%
4
44%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 13Хотят прочитать 37

Рецензии

majj-s
27 ноября 2017
Об опасностях иронии
Я увлеклась Кьеркегором, когда учила датский, два года назад, в таком же темном ноябре. Тогда до чтения его трудов дело не дошло, но представление о концепции составила и основы его философии показались интересными и привлекательными. Я имею в виду не «заслуживающими внимания» вообще – человечество как-нибудь разберется с ними без моего деятельного участия, Но возможными к применению в локальных рамках одной отдельно взятой человеческой жизни – моей собственной, «А есть ли что на свете более ценного для тебя, чем ты сам?» (Боэций).
«Страх и трепет» Кьеркегора с этим его смертельным ужасом, как движущей силой эволюционных изменений, происходящих в человеке: от обывателя к человеку эстетическому; далее человеку этическому, человеку религиозному - кажется не только глубинно правильным, но и необыкновенно изящным, красивым логическим построением. Кроме того, кьеркегоровская глубокая религиозность внутренне интуитивно (только так может понимать философию нефилософ) представлялась близкой к кантовой, а кенигсбергского мыслителя я люблю, изучала его и льщу себя надеждой, что понимаю.
«О понятии иронии» - это диссертация, защищенная Кьеркегором в 1841 году. Следует объяснить, что годы творчества философа уместились в необычайно малый промежуток времени для ученого такого масштаба и трудов, оказавших такое влияние на гуманитарные науки современности – всего десятилетие. Он активно писал с 1841 по 1851 годы, после замолчал, обратился в затворника, а в 1855, в возрасте сорока двух лет, умер. Полное название рассматриваемой работы: «О понятии иронии с постоянным обращением к Сократу».
Следует оговорить также чрезвычайно важный для меня момент. Все время чтения я сталкивалась лишь с одним понятием, рассматриваемым Кьеркегором – иронией и ни разу не увидела в тексте слова «сарказм». А между тем, большая часть говоримого им в адрес иронии с куда более серьезным основанием может и должна быть отнесена к этому жесткому желчному циничному собрату иронии. Не будучи специалистом в философской лингвистике, я не знаю, является ли это принципиальной позицией ученого или в данном случае допустима лингвистическая погрешность с возможностью более широкой трактовки.
Ирония у Сократа: говоря о вещах, очевидных для своих слушателей, как о неизвестных, придавая полемике о них форму наивного вопроса, заданного человеком, не имеющим представления об устройстве сущего в данном человеческом общежитии, в своих умозаключениях Сократ движется не от абстрактного к конкретному, но от конкретного к абстрактному. Трагизм, - обращает Кьеркегор внимание читателя, - Не в иронии Сократа, а в иронии мира по отношению к Сократу.
Далее значительную часть занимает анализ обличительной полемики Гегеля, направленной против иронии у Шлегеля и Фихте; ирония рассматривается, как знание о чем-то, не имеющем какого-либо позитивного содержания. Ирония – это определение для себя существующего субъекта, который в непрерывной суете всему отказывает в праве на существование.
Об Иммануиле Канте: в Канте воплотилась спекуляция, которая, почувствовав себя взрослой, стала тяготиться покровительством догматизма и погрязла в рефлексиях. Пока рефлексия предавалась рефлексии, мышление окончательно заблудилось и каждый шаг вперед все дальше уводил его от содержания.
Фихте: вместо позитивного стремления, то есть поисков путей к блаженству, у него негативное – чувство вины. Мощь, могущая поднять целый мир, но не обладающая для этого средством. Чтобы мышление стало действенным, оно должно стать конкретным.
Чтобы мышление, субъективность обрели полноту и истинность, они должны погрузиться в глубины субстанциональности. Ирония же уничтожала феномен, когда знала, что он не соответствует идее, уничтожала идею, когда знала, что она не соответствует феномену. И осмеивая все, стремится овладеть негативной бесконечностью, подчинить ее себе.
Действительность имеет двоякое отношение к субъекту. Она – дар, от которого нельзя отказаться и задача, которая должна быть осуществлена. Изначальная критичность иронии сродни подозрительности полицейского, никого не готовой признать невиновным. Все священные законные для индивида жизненные субстанции, для иронии не существуют. Для нее они – суть метафизические построения, с которыми она может играть, как ей вздумается. Действительности иронии – лишь возможность.
Для того, чтобы действующий индивид смог решить задачу реализации, он должен ощущать груз ответственности, который ирония не готова принять на себя, она легко сбрасывает любые цепи и выскальзывает из любых отношений связи. Ирония поэтически творит себя. Человек, в высшей и наиболее точно соответствующей замыслу Творца в отношении себя ипостаси – поэтически творим Богом. Иронизирующий, обладая всеми возможностями, не воплощает в итоге ни одной из них.

Но если и нужно предостеречь от иронии как от искусителя, то нужно и воздать ей хвалу как наставнику. Ирония, как и Негативное, - путь; не истина, но путь
Читать далее
17 понравилось
16
960