
Военные мемуары
Melory
- 394 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Сев читать мемуары Ильи Владимировича Дубинского я, по достижению определенного числа страниц понял, что уже читал отрывки из него у незабвенного Виктора Суворова-Резуна в Очищении , где он называет автора "идеологом червонного казачества" за многие книги 30-х годов, прославляющие данный кавалерийский клан РККА. Редкий и уж точно единственный в моей библиотеке пример мемуаров репрессированного полководца, героя гражданской войны, выжившего в ходе чистки армии в 1936-1938 годах. Реабилитирован был только в 1954 году, так что воевать ему не пришлось, в отличии от многих командиров вернувшихся в армию после "ежовщины". В данной книге описывается взгляд на репрессии 30-х годов с точки зрения командира среднего звена, бывшего кавалериста, а теперь танкиста в украинских военных округах. Дубинский откровенно обвиняет высшее руководство РККА, в частности Ворошилова и Буденного, в развязывании клановой борьбы против червонного казачества, сначала на страницах исторических книг и пропагандистских листовок, а затем - и физической ликвидации руками НКВД и с санкции Сталина многих видных командиров, выходцев из враждебного представителям Первой Конной Армии клана. Сам Дубинский, проведя под следствием три года, где ему шили заговорщицкие связи с расстрелянными Якиром и Шмидтом. Один из немногих крупных военных командиров, кто вообще не подписал никаких признательных показаний, о чем с гордостью написал в своей книге.
Вот это как бы составляет исторический фон труда, я же читал в основном для выуживания конкретных сведений о боевой подготовке советских механизированных частей середины 30-х годов. Вычитал, откровенно говоря, крайне мало и непоследовательно. Автор куда больше внимания уделяет своему психологическому состоянию ("разрыву шаблона" как бы сейчас сказали) в связи с арестами своих командиров и сослуживцев, предательству бывших друзей, нежели описанию теории и практики боевого применения своей 4-ой отдельной тяжёлой танковой бригады. В итоге все свелось к одной фразе в разговоре с французским гостем:
Эта "теория глубокой операции", была опробована автором во время Киевских маневров 1935 года, где он был в качестве посредника между "противниками". Больше внимания уделено повседневной боевой работе в части, где они в хвост и гриву гоняли свои Т-28, да так, что, забегая вперед,что эти ОБТ РККА в 30-е годы к Великой Отечественной совершенно выработали свой ресурс. Опять же, танки планировались в применении как самостоятельная действующая сила, взаимодействия с другими родами войск было только на маневрах, а дальше планировался уход на своих гусеницах вглубь территории противника, что сильно нам аукнулось в 1941-м, когда наследник 4й ОТТБ испарился по большей частью из-за поломок техники, а не действий немцев.
Отдельно можно улыбнуться, как автор упоминает "молодого советского инженера Кристи", который во-первых был американцем, во-вторых, к тому моменту уже 70-летним стариком. А чисто литературно - я не понимаю, как этот автор был членом Союза писателей, все написано очень трудночитаемым языком, автор то и дело метается от одной темы к другой, и так же дает разрозненные картины из воспоминаний. По большему счету книга может быть интересна только одним - картиной повседневной жизни советских командиров РККА до и во время репрессий 30-х годов. Не случайно, "Особый счет" опубликовали только в год смерти автора в 1989, в разгар перестройки и тотального обличения советской эпохи. А раньше книгу сочли его слишком откровенной даже для годов "оттепели". Кстати, похоронен он на Байковом кладбище Киева, недалеко от моего деда.
Другие издания
