
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Вот хоть что со мной делайте, но во всех романах Корчевского главным героем один и тот же персонаж. Точно вам говорю. И пофигу что имена и биографии разные. Это всё один и тот же попаданец. Ибо мышление, ситуативное поведение и даже привычки абсолютно одинаковые. И, кстати, и в целом с книгами автора точно такая же ситуация. Несколько шаблонных заготовок на разные временные периоды, а внутри них - одно и то же.
Вот и данный роман. Абсолютно типовой роман Корчевского. Самолёты меняются на танки, аркебузы на автоматы, но по сути ничего не меняется. Так же ничего не изменяется и в авторской манере подачи материала.
Вообще, всё творческого Корчевского подходит под понятие жвачка. Идеально подходит. Когда читаешь его книги в первый раз - кажется нормальным, иногда даже прикольным, вполне приемлимой развлекухой с собой в дорогу. Но чем дальше читаешь - тем менее вкусно становится, пока, наконец, не наступает момент, когда уже даже силой не можешь себя заставить взять в руки очередное творение автора. У меня этот момент только что наступил.

Я прочел многие книги Корчевского и хочу высказаться о всем его творчестве. Не буду говорить о главных героях-суперменах-спецназовцах-мегадиверсантах, потому что это "закон жанра". Этот пейсатель войну изучал по Солжу, который учил своих последователей "все цифры умножайте на 10", а так же по "Сволочам в штрафбатах". В наличии весь букет либеральных штампов-комиссары и политруки,которые в лучшем случае-честные дураки, в худшем-трусы и убийцы фронтовиков; постоянно пьяные злобные особисты,отсиживающиеся в тылу и расстреливающие выходящих из окружения бойцов (постоянно пытаются расстрелять ГГ но в последний момент все срывается);ужасные заградотряды, расстреливающие солдат уже пачками(тоже пьяные, само собой)...В книге "СМЕРШ времени. «Чистильщик» из будущего" встречается и "рекомендованная" Солжем цифра потерь-"в то время как СССР только на Восточном фронте потерял 40 млн человек". Восточный фронт-это,кстати, немецкий термин. Жаль, автор не указал подробно, какие еще там были фронты и сколько миллионов потерь на них. В книге "Фронтовик. Убить "оборотня"" встречается и другой перл Исаича-"поскольку СССР не подписал Женевскую конвенцию 1929 года,то именно поэтому Германия так плохо обходилась с советскими военнопленными". Так сказать, все совершенно законно. Не стал Корчевский выяснять, что данная конвенция не предполагала принципа взаимности, там в тексте четко сказано, что ее правила обязаны соблюдаться любой подписавшей стороной в отношении ВСЕХ пленных без исключения. "Плохое отношение" объяснялось на самом деле тем, что по расовой теории все советские национальности, вообще не считались людьми, в отличие от культурных англичан и французов. В общем,непонятно, за чем было воевать,"заваливая трупами", за проклятых большевиков с цивилизованными и вежливыми немцами-пили бы сейчас боварское пиво.

"Попаданец" хоронит своего деда, погибшего в танке.
Типичное чтиво про переброс во времени, все туда, туда, в 41-й.
Это уже доминирующий поток книг о ВОВ. По-другому, в художественной форме молодыми "окопная правда" уже почти не воспринимается.

Сзади раздался шорох. Я мгновенно обернулся — не враг ли подобрался? Незнакомый мне политрук со звездой на рукаве ткнул в меня пистолетом:
— Ты почему за спинами прячешься! Марш на передовую!
— Я снайпер, мое место здесь, — попытался я было объяснить.
— На позицию! Трус! Застрелю!
— Это я-то трус? Я за сегодня шестерых фашистов уже убил, да не просто рядовых — офицера и пулеметчиков. А скольких убил ты?
Политрук не ожидал отпора, стушевался:
— Мое дело — бойцами руководить, а не стрелять.
— Ты это немцам расскажи. А еще лучше — к бойцам иди, туда! Воодушеви их пламенным словом, а то и примером.
— Дерзишь? Да я тебя за такие слова — к стенке!
Только побоялся политрук угрозу свою исполнить: моя винтовка прямо ему в живот глядела, а палец — на спуске.
— В представителя партии большевиков целишься? — прошипел политрук. — Я тебя после боя в особый отдел отправлю.

Стоило ли так рваться к своим, чтобы тут же попасть в лапы «органов» с перспективой быть расстрелянным?

— Ну, расскажи, танкист, как немцам продался, как танк потерял.
Особист был выпивши, рожа красная, да и запашок от него шел. Вскипел я, хотя и не стоило — надо было держать себя в руках.
— Ах ты, крыса тыловая! Водку в тылу жрешь, а сам на передовой не пробовал?














Другие издания
