Учебник литературного постмодерна
Сборник рассказов Pricksongs & Descants Роберта Кувера предлагает читателю череду более или менее экспериментальных текстов, фиксирующую окончательный переход автора из мейнстрима, каким был The Origin of the Brunists, в группу Отцов Постмода. Именно здесь опубликован его самый известный рассказ The Babysitter, идеально подходящий для разбора на литературных курсах как образец литературного постмодернизма.
Лучшие работы в сборнике – рассказы с альтернативными сюжетными линиями (The Magic Poker, The Elevator, Quenby and Ola, Swede and Carl, The Babysitter), воплощающими ключевой момент постмодернистского пафоса: превосходство текста над реальностью. После рассказа-пролога The Door, намечающего любовь автора к переделкам сказок, Кувер предлагает читателю The Magic Poker, где неназванный рассказчик пытается сочинить историю о том, как две девушки прибыли на остров с заброшенным домом, столкнулись с одичавшим сыном смотрителя и нашли волшебную кочергу, превращающейся в привлекательного мужчину. Пытается, но не слишком преуспевает, поскольку не может выбрать единственный вариант сюжета – вместо этого он создает несколько взаимоисключающих версий, постепенно осознавая, что текст сильнее его и существует самостоятельно, воплотившись в реальность.
Почти то же самое, только уже без подпорки-рассказчика, происходит в The Elevator, где тихий клерк изо дня в день поднимается в офис на лифте и попадает в не всегда правдоподобные переплеты (причем часть выдумана им, еще одна часть выдумана другими о нем) и в Quenby and Ola, Swede and Carl с несколькими сюжетными развилками об отдыхе мужика в уединенном местечке, приведшими к одному финалу. The Babysitter, располагаясь в конце (за ней следует лишь юмористическое представление-эпилог The Hat Act), является более совершенной версией The Magic Poker: в ней есть единый зачин – отец и мать уехали на вечеринку, оставив детей на юную няню, у няни есть ухажер, который вместе с приятелем хочет завалиться к ней, когда заснут дети, а отец намерен внезапно вернуться домой и застать няню с ухажером – но дальнейшее распадается на десятки равноправных альтернативных исходов, от вполне обычных до ужасающих, вплоть до гибели няни и детей. Читатель так и не узнает, что же из этого всего произошло "на самом деле", поскольку никакого "самого дела" нет, есть только текст, а текст не обязан сообщать о реальности.
В начале серии рассказов Seven Exemplary Fictions Роберт Кувер красноречиво обращается к Сервантесу, превознося его революционный вклад в обновление литературы, и заявляет, что своим сборником ставит сравнимую цель освобождения художественного письма от реалистических оков. То есть это не просто игра в слова или некое предощущение постмодернизма, а программная работа по осознанному разрушению литературных рамок, которые предшествующая пара поколений писателей-экспериментаторов стремилась расширить и подстроить под реальность. Кувер предлагает послать реальность лесом – прямиком в клешни ведьмы, как в The Gingerbread House, или засунуть в волшебную шляпу и растоптать, обманув ожидания праздной публики, как в The Hat Act, потому что свобода воображения важнее негласных (а потому несущественных) обязательств творца перед потребителем, а читателю стоит сменить пассивную роль на активную и быть соучастником творческого акта.
К борьбе за свободу прямо призывает Morris in Chains, о том, что эта свобода может дать, говорит The Pedestrian Act, но есть и The Romance of the Thin Man and the Fat Lady о цене свободы. В целом, это очень веселый сборник, с неизбежными для автора приколами над христианскими текстами (The Brother рассказывает о брате, которого бросил умирать Ной, J's Marriage – об отношении Иосифа к супружеству с Богоматерью) и над современной американской культурой (особенно хорош Panel Game о летальном ТВ-шоу). Если вы хотите познакомиться с Кувером именно как с Отцом Постмода, смело берите Pricksongs & Descants – будет и познавательно, и развлекательно. Шоумен из него прекрасный, главное – быть готовым к неожиданностям.
7 понравилось
