Господа Головлевы. Сказки

В книгу включены: одно из наиболее известных произведений М.Е.Салтыкова-Щедрина (1826-1889)-роман "Господа Головлевы" (1875 .1880), а также сказки "Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил", "Дикий помещик". "Премудрый пискарь" и др.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

53 оценки

5
62%
4
26%
3
8%
2
2%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 57Хотят прочитать 38

Рецензии

Suharewskaya6 октября 2018 г.
Ночь лихая… Тоска избяная…
Что ж не спится? Иль ветра боюсь?
Это — Русь, а не вьюга степная!
Это корчится черная Русь!
В.В. Набоков
Читала в поезде, изредка отрывалась, опустошённо глядя в окно. Не ожидала, что так легко читается, текст просто как беглое вязанье, не мог отпустить меня. Читала непрерывно, пока не погасили свет. До сих пор со скрипом вчитываюсь в что-то новое- настолько потрясающее впечатление...
Вершина русской классики виделась мной где-то между «Преступлением и наказанием» Достоевского, его же «Братьями Карамазовыми» и «Анной Карениной» Толстого. Но «Господа Головлёвы» обошли их всех.
.
Это какой-то русский экзистенциальный реализм, если можно так выразиться! И это всё-таки порождение нашей с вами земли- бескрайней, суровой, метельной и морозной, сумрачной и дождливой, где отсутствие зимой пары валенок способны довести человека до безумия ( как это случилось со Стёпкой-балбесом). Где «не прошло еще четверти часа, а уже мне показалось, что теперь самое настоящее время пить водку»
«Летай иль ползай- конец известен.»-так можно охарактеризовать общую участь всего семейства Головлёвых. Все они каким-то непостижимым роком влекомы в метельную ночь.
Иудушка Головлёв- центральный персонаж романа- уникален по своей выразительности, подобных фигур в литературе я не встречала. Гений лицемерия. Сгусток мрака в Тёмном царстве.

«Нет опаснее человека, которому чуждо человеческое, который равнодушен к судьбам родной страны, к судьбам ближнего, ко всему, кроме судеб пущенного им в оборот алтына».
Я сразу задумалась- кто бы мог сыграть эту роль- и тут же - конечно, Смоктуновский. Позже узнала, что, действительно, есть этот спектакль с ним (МХАТ, 1987 г.) , но-ужасно обидно- не сохранилась запись...
Безумно пронзительна судьба сестёр- Анниньки и Любиньки. «Дядя, вы добрый, скажите, вы добрый!??»-этот мучительный поиск хоть капли человеческого тепла и ласки в холодном и лицемерном мире, нисколько с тех пор не изменившемся, к сожалению. Но единственное «живое слово» Иудушки в финале-это как бальзам на душу и читателю, и героине... мощный катарсис перед вечным покоем.. Очень театральное, по-моему, произведение в лучшем смысле этого слова...
И ещё- я заметила- события идут к развязке на Страстной неделе, возникает мысль-герои уходят в мир иной на Пасху, что дарует прощение грехов?..
Пока в моём личном рейтинге это произведение лидирует с недосягаемым отрывом. Поклонникам русской классики- обязательно рекомендую.
Читать далее
15 понравилось
473
filjul23 июня 2025 г.
История вырожденцев
После прочтения романа я специально полезла смотреть, когда была написан "Обломов", потому что образ жизни героев уж больно похож. "Обломов" был написан на 25 лет раньше. Что ж, значит срез общества того времени можно сделать такой: сначала был Обломов, его дети превратились в Головлевых, которые переродились в Базаровых. Ну, а дальше мы знаем, чем все закончилось.
Мне всегда было интересно знать, чем занимались дворяне которые рождались с серебряной ложкой во рту. Им не надо было думать о средствах на жизнь, хозяйство за них вели сначала слуги, потом крестьяне. Как складывался быт людей, которым не нужно трудиться? Мне всегда казалось, что они были заняты образованием. Возможно, в больших городах так и было, а в маленький поместьях?
Вот тут то и народились эти головлевы по всей России. Три дороги у них было: пустословие - пьянство и самоубийство.
В семье Головлевых лишь одна была яркая вспышка - Арина Петровна - которая, поняв, что супружеская жизнь ничего не сулит, дети родились бестолочами, решила всю себя отдать преумножению капитала. И ей это вполне удалось. Ух, как держала она в узде всех, и домашних своих, и слуг, а как иначе? Доверяла она лишь одному сыну своему Порфирию Владимировичу. С детства маменьку он обхаживал, выбился в любимчики. Старший сын прознал Порфирия Иудушкой, и не зря. Подрос сынок, да с легкостью отобрал у матери имение, да еще и сети распустил на имущество братьев, да сестриных детей. Арина Петровна уже в тех летах была, что бороться не было сил, и она отступила.
И начался долгий век Порфирия Владимировича. Все, что он умел - это бесконечно пустословить. На все просьбы, упреки, мольбы было у него бесконечное множество пословиц и поговорок. Никому он в жизни не помог, даже наоборот, детей растерял своих, лишив поддержки. И вот ведет он такую бесконечную, нудную, долгую жизнь , что даже читать муторно. И только поучает и поучает всех, да молится. При этом все грехи на нем висят. И люди вокруг воспринимают общение с этим пустобрехом, как наказание. разбегаются из дома только пятки сверкают, а возвращаются уже умирать только. Головлево, это не дом, а склеп. Здесь умирают надежды, мечты, все умирает.
Порфирий Владимирович пережил всех: детей своих, мать, племянниц, а в чем был смысл? Зачем такие люди родятся на свет Божий? Непонятно.
В одном абзаце автор сам очень точно описал главную мысль своего романа:

Вдруг, словно вша, нападает на семью не то невзгода, не то порок и начинает со всех сторон есть. Расползается по всему организму, прокрадывается в самую сердцевину и точит поколение за поколением. Появляются коллекции слабосильных людишек, пьяниц, мелких развратников, бессмысленных празднолюбцев и вообще неудачников. И чем дальше, тем мельче вырабатываются людишки, пока наконец на сцену не выходят худосочные зауморыши, вроде однажды уже изображенных мною Головлят,[7] зауморыши, которые при первом же натиске жизни не выдерживают и гибнут.
Именно такого рода злополучный фатум тяготел над головлевской семьей. В течение нескольких поколений три характеристические черты проходили через историю этого семейства: праздность, непригодность к какому бы то ни было делу и запой.
Читать далее
14 понравилось
64

Все рецензии

Цитаты

filjul23 июня 2025 г.
Вдруг, словно вша, нападает на семью не то невзгода, не то порок и начинает со всех сторон есть. Расползается по всему организму, прокрадывается в самую сердцевину и точит поколение за поколением. Появляются коллекции слабосильных людишек, пьяниц, мелких развратников, бессмысленных празднолюбцев и вообще неудачников. И чем дальше, тем мельче вырабатываются людишки, пока наконец на сцену не выходят худосочные зауморыши, вроде однажды уже изображенных мною Головлят,[7] зауморыши, которые при первом же натиске жизни не выдерживают и гибнут.
Именно такого рода злополучный фатум тяготел над головлевской семьей. В течение нескольких поколений три характеристические черты проходили через историю этого семейства: праздность, непригодность к какому бы то ни было делу и запой.
Читать далее
3 понравилось
40
kseniyarainbow725 января 2025 г.
Ко всему, что теперь предстояло, она была уж приготовлена, все она ожидала и предвидела, но ей никогда как-то не представлялось с такою ясностью, что этому ожиданному и предвиденному должен наступить конец. И вот теперь этот конец наступил, конец, полный тоски и безнадежного одиночества. Всю-то жизнь она что-то устраивала, над чем-то убивалась, а оказывается, что убивалась над призраком. Всю жизнь слово «семья» не сходило у нее с языка; во имя семьи она одних казнила, других награждала; во имя семьи она подвергала себя лишениям, истязала себя, изуродовала всю свою жизнь – и вдруг выходит, что семьи-то именно у нее и нет!
Страшно, когда человек говорит и не знаешь, зачем он говорит, что говорит и кончит ли когда-нибудь.
Думаю, однако ж, что если лицемерие может внушить негодование и страх, то беспредметное лганье способно возбудить докуку и омерзение. А потому самое лучшее – это, оставив в стороне вопрос о преимуществах лицемерия сознательного перед бессознательным или наоборот, запереться и от лицемеров, и от лгунов.
Для людей слабохарактерных те внешние грани, которые обставляют жизнь, значительно облегчают бремя ее. В затруднительных случаях слабые люди инстинктивно жмутся к этим граням и находят в них для себя оправдание.
Иудушка в течение долгой пустоутробной жизни никогда даже в мыслях не допускал, что тут же, о бок с его существованием, происходит процесс умертвия. Он жил себе потихоньку да помаленьку, не торопясь да Богу помолясь, и отнюдь не предполагал, что именно из этого-то и выходит более или менее тяжелое увечье. А, следовательно, тем меньше мог допустить, что он сам и есть виновник этих увечий.
И вдруг ужасная правда осветила его совесть, но осветила поздно, без пользы, уже тогда, когда перед глазами стоял лишь бесповоротный и непоправимый факт. Вот он состарелся, одичал, одной ногой в могиле стоит, а нет на свете существа, которое приблизилось бы к нему, «пожалело» бы его.
Такие пробуждения одичалой совести бывают необыкновенно мучительны. Лишенная воспитательного ухода, не видя никакого просвета впереди, совесть не дает примирения, не указывает на возможность новой жизни, а только бесконечно и бесплодно терзает. Человек видит себя в каменном мешке, безжалостно отданным в жертву агонии раскаяния, именно одной агонии, без надежды на возврат к жизни. И никакого иного средства утишить эту бесплодную разъедающую боль, кроме шанса воспользоваться минутою мрачной решимости, чтобы разбить голову о камни мешка…
У ней была в распоряжении громадная сила: упорство тупоумия, и так как эта сила постоянно била в одну точку: досадить, изгадить жизнь, то по временам она являлась чем-то страшным.
… ежели он и был лицемер, то лицемер чисто русского пошиба, то есть просто человек, лишенный всякого нравственного мерила и не знающий иной истины, кроме той, которая значится в азбучных прописях. Он был невежествен без границ, сутяга, лгун, пустослов и, в довершение всего, боялся черта. Все это такие отрицательные качества, которые отнюдь не могут дать прочного материала для действительного лицемерия.
Лицемерие, это – приглашение к приличию, к декоруму, к красивой внешней обстановке, и что всего важнее, лицемерие – это узда. Не для тех, конечно, которые лицемерят, плавая в высотах общественных эмпиреев, а для тех, которые нелицемерно кишат на дне общественного котла. Лицемерие удерживает общество от разнузданности страстей и делает последнюю привилегией лишь самого ограниченного меньшинства. Пока разнузданность страстей не выходит из пределов небольшой и плотно организованной корпорации, она не только безопасна, но даже поддерживает и питает традиции изящества.
Мы, русские, не имеем сильно окрашенных систем воспитания. Нас не муштруют, из нас не вырабатывают будущих поборников и пропагандистов тех или других общественных основ, а просто оставляют расти, как крапива растёт у забора. Поэтому между нами очень мало лицемеров и очень много лгунов, пустосвятов и пустословов. Мы не имеем надобности лицемерить ради каких-нибудь общественных основ, ибо никаких таких основ не знаем, и ни одна из них не прикрывает нас. Мы существуем совсем свободно, то есть прозябаем, лжем и пустословим сами по себе, без всяких основ.
… мужик всегда нуждается, всегда ищет занять и всегда же отдает без обмана, с лихвой. В особенности щедр мужик на наличный свой труд, который «ничего не стоит», и на этом основании всегда, при расчетах, принимается ни во что, в знак любви.
... Есть молитва угодная и есть молитва неугодная. Угодная достигает, а неугодная – все равно, что она есть, что ее нет. <...> Человек обо всем молится, потому что ему всего нужно. И маслица нужно, и капустки нужно, и огурчиков – ну, словом, всего. Иногда даже чего и не нужно, а он все, по слабости человеческой, просит. Ан Богу-то сверху виднее. Ты у него маслица просишь, а он тебе капустки либо лучку даст; ты об вёдрышке да об тепленькой погодке хлопочешь, а он тебе дождичка да с градцем пошлет. И должен ты это понимать и не роптать.
Уединившись с самим собой, Павел Владимирыч возненавидел общество живых людей и создал для себя особенную, фантастическую действительность. Это был целый глупо-героический роман, с превращениями, исчезновениями, внезапными обогащениями...
Потянулся ряд вялых, безубразных дней, один за другим утопающих в серой, зияющей бездне времени.
Она поняла, что в человеческом существе кроются известные стремления, которые могут долго дремать, но, раз проснувшись, уже неотразимо влекут человека туда, где прорезывается луч жизни, тот отрадный луч, появление которого так давно подстерегали глаза среди безнадежной мглы настоящего.
Проведя более тридцати лет в тусклой атмосфере департамента, он приобрел все привычки и вожделения закоренелого чиновника, не допускающего, чтобы хотя одна минута его жизни оставалась свободною от переливания из пустого в порожнее. Но, вглядевшись в дело пристальнее, он легко пришел к убеждению, что мир делового бездельничества настолько подвижен, что нет ни малейшего труда перенести его куда угодно, в какую угодно сферу.
И что ж! по какой-то горькой насмешке судьбы, в результате этой жестокой школы оказалось не суровое отношение к жизни, а страстное желание насладиться её отравами. Молодость сотворила чудо забвения; она не дала сердцу окаменеть, не дала сразу развиться в нём начаткам ненависти, а, напротив, опьянила его жаждой жизни.
Читать далее
42