
Библиотека "Дружбы народов"
nuker
- 247 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Оралхан Бокеев затрагивает важные и актуальные темы на все времена: борьба добра со злом, нравственные трансформации, поиск смысла жизни.
Крик- это зов души, от безысходности, лед- это духовный кризис.
А природа здесь не просто фон, она является одним из главных сюжетных поворотов. Она испытывает, наставляет, формирует характер.
Все герои проходят тяжелый путь, но не всем удается пройти путь нравственного очищения.
Больше всех меня поразила Камка. Ее слова запали мне в душу: "У меня хватит сил вытерпеть и издевательства судьбы и твою немощь. Только ты не мешай."
Она смогла простить все...
Единственное конец не совсем понятен. Очень красиво описывается природа, контраст между городом и селом.

Честно говоря, открывая этот сборник, я не ожидал найти там того, что нашел.
Книга не то что приятно меня удивила, но сподвигла к некоторым размышлениям. Если вы обходите стороной советских авторов из братских республик, каким-то шестым чувством подозревая, что ничего кроме плохо скрываемой кандовости (ну и, может, какой-нибудь маленькой приятности в виде сильно разжиженного национального колорита) вы там не найдете, спешу вас обнадежить: помимо этого, здесь есть ещё кое-что.
Сборник оставляет после себя чувство типичного произведения перестройки: вроде соцреализм должен быть, и он как бы есть, но это такая очень цветастая маска, которая вообще практически не ощущается. Вроде и завязка и кульминация и развязка, и правильные слова, все на своих местах, но вместо заряда на светлое коммунистическое будущее ты ощущаешь какой-то вечный степной пессемизм.
Читая, диву даёшься: это же какой надо виртуозностью обладать, чтобы одновременно показать всю нищету полугорного Казахстана с пьяными пастухами, вымирающими деревнями и разворовыванием соц. собственности, и при этом СОХРАНИТЬ ванильный тон. Нет, ну правда, здесь наивное (даже не через строчку, даже не через запятую, через пробел!) соседствует с пронзительным.
атери своей...»
ну да, да, как же тут без матери, как же это слащаво звучит, думаю я
заканчивается предложение.
Что касается Человека Оленя — заглавного произведения; название подобрали хорошее, я ждал по меньшей мере Казахского Вендиго, однако когда прочитал краткую аннотацию на fantlab, разачаровался. Там было что-то про маргинала который в конце бросает свою маргинальность и уходит познав ценность людского братства к людям.
Однако книга не уходила из мыслей; тогда я все таки решил ее полистать. Вендиго я тут не нашел (разумеется!), однако нашел плотнейшую атмосферу одиночества, дикой природы и архаического.
Чувак слоняется по местам где жил его народ, вспоминает сказки и легенды, которые им в войну рассказывал единственный оставшийся на все село дед, и постоянно то проваливается в свои воспоминания, то выныривает из них.
Персонажи Бакеева это колхозный верблюд списанный со счетов, и от одиночества бросившийся под поезд,
— это студент-идеалист, который помешался на идеях всеобщего братства,
— это казахский вариант девушки-маугли, которая не знает, откуда берутся дети,
— это полубылинный конокрад, который умирает с черепномозговой и мучается совестью.
Я три раза обещал себе, что перейду к чему-то более интересному, и три раза открывал книгу.
Если пытаться определить этот сборник Бокеева в целом, он больше всего напоминает какую-то не правильную, лайтовую, деревенскую прозу, в которой искреннее наталкивается на обязательное, и из этого рождается какое-то особенное обоняние.
Наиболее сильная сторона Бокеева, это пейзажи, потому что в них никакой ходульности нет, а есть только степная правда и сознание этой правды.

Прекрасным можно назвать лишь то, что не стареет. Или то, что уходит все дальше в памяти, и чем дальше, тем прекраснее оно...

Когда-то давно жил, говорят, на дальнем зимовье один человек. Ушел он на охоту да задержался, а дома оставалась беременная жена. Приснился ей сон. Будто два волка вцепились ей в груди и отъели их. Она проснулась, ахнула и побежала в аул, чтобы гадальщик разгадал ей сон. Зима, метель, ох, тяжело ей пришлось. Добралась до аула, а гадальщика дома нет. Хозяйка одна. Ну рассказывает жене гадальщика про свой сон, а та, молодая, глупая, брякнула недолго думавши: «Что ж, значит, наяву съедят волки твое тело». Обомлела женщина, вскочила и быстрей побежала обратно к зимовью. Ну а гадальщик приходит домой, жена и рассказывает ему, кто приходил и что было. А тот ей: «Напрасно ты так сказала. Ты ведь ничего не понимаешь! Всякий сон надо толковать только к добру. Двойню она родить должна, двух сыновей. А теперь я боюсь, как бы с ней и на самом деле беда не случилась…» Сел он на коня и поскакал по следам женщины. Но чему быть, того не миновать. Не успел он догнать ее, и волки загрызли женщину. А на окровавленном снегу валялись двое новорожденных малышей… Вот так-то, сынок: не было такого случая, чтобы сон не сбылся. И толковать его надо, как говорил гадальщик, только к добру. И так оно и сбудется…

— О, сколько бесплатных дров валяется! В другой раз ветку лишнюю обломишь — плати штраф, а тут сам Аллах дров наломал, вот пусть его и штрафуют...
















Другие издания


