Без преувеличения - "Omensetter's luck" оказался одним из самых сложных романов, что мне довелось читать, и дело здесь не только лишь в том, что я читал его в оригинале (мой родной язык - русский), а в том, что в первую очередь он представляет собою языковой эксперимент.
Давайте начнём с начала, а именно - с названия. "Omensetter's luck" - как его перевести? Если переводить "в лоб", то название может звучать так - "Удача Оменсеттера". Но какая-то странная фамилия... Действительно, если приглядеться, то можно увидеть, что это имя собственное состоит из двух слов - "omen" и "setter":
"omen" - это знак, предзнаменование, знамение, примета, а "setter" - как и порода собак - "сеттер", так и установочный, задающий прибор или наладчик, установщик - слово, имеющее корень "set" -> глагол "to set" - устанавливать, ставить, задавать.
Выходит, что фамилия героя может иметь три значения: первое - просто Оменсеттер, просто банан без всяких фрейдистских смыслов; второе - "Установщик знамения", "Предзнаменовщик" - то есть несущий в себе какое-то предзнаменование (и поскольку нам известен фильм Омен, то оно кроет в себе что-то недоброе, вместе с готической обложкой); а третье - как порода собаки "сеттер", и такая интерпретация тоже будет верной, потому что читатель узнает, что Оменсеттера другие герои произведения сравнивают с дикарём, который ничем не отличается от животных своим диким (в их представлении) поведением и внешним видом. Но после того, как с фамилией становится всё ясно, встаёт другой вопрос - при чём тут "удача?", и на него уже не выйдет дать однозначного ответа, потому что с этого момента начинает проявляться одна из сложностей "Omensetter's Luck" - невозможность его однозначного интерпретирования. Прежде чем перейти непосредственно к сюжету и рассказать, в чём же заключается удача Оменсеттера, я сделаю небольшое отступление.
Уильям Гэсс считается одним из американских писателей второй половины прошлого века, чьи произведения относят к "сложным постмодернистским кирпичам". Я не буду перечислять эти кирпичи - вы знаете их названия, я лишь скажу о том, что Дэвид Фостер Уоллес (если верить интернету) называл "Omensetter's luck" своим самым любимым романом - сильное заявление, которое не нуждается в проверке, потому что не важно, был ли именно он №1 у Уоллеса или нет - важно то, что он действительно имеет много сходства с тем, как писал сам Уоллес - это те же огромные абзацы вместе с высокой концентрацией информации, с практически полным отсутствием внешней сюжетной динамики, и сюжет наделяется автором не главенствующей ролью, ведь главную роль получает форма, которая порой теряет признаки адекватного описания, превращаясь во что-то тяжело перевариваемое читательским воображением. Но не ко всему "Omensetter's luck" относятся эти слова, так как в нём есть части, которые читаются легко, непринуждённо, но они не являются его главными достоинствами, в своей простоте - лишь оттенки (даже не тень) глыбы тех других его частей. Первые две части являются "простыми" - с них и начну.
Первая часть знакомит нас с местом, где будут развиваться дальнейшие события (точнее нам - читателям, так кажется, потому что почти все события истории происходят в прошлом времени, относительно первой части). Перед нами предстаёт Israbestis Tott (Исрабестис Тотт), чья фамилия соответствует текущему состоянию героя ("tottering" - нетвёрдый, шатающийся, ковыляющий) - он стар, над ним нависают воспоминания о прошлом, которые вместе с его главным горем - "lack of education", "отсутствием образования", не дают выплеснуться тому потенциалу, что в нём содержится: на старости лет он превратился в одинокого, больного человека, который всю жизнь прожил на одном месте, но желал путешествий, лишь в своём воображении покорявший океаны. Тотт становится свидетелем аукциона-распродажи имущества умершей недавно миссис Пимбер - вместе с наблюдением за тем, как распродаётся дом миссис Пимбер, Тотт прощается с тем временем, воспоминания о котором навивают вещи - например, вон та коляска принадлежала семье Оменсеттера. Перед взором Тотта проносятся картинки из прошлого, некоторые из которых затем будут раскрыты, а некоторые так и останутся лишь упомянутыми всуе. Например, Тотт вспоминает и рассказывает одному мальчишке, который втягивается в беседу с ним, историю о коте, который имел морду размером с бочку и большие, широкие, круглые глазища. Жил этот котяра возле местной железнодорожной станции, и "знал он о ней всё. Он знал, где светлее всего, где молва ходила, и куда пар уходил. Готов поспорить, он знал сколько снежинок унесёт в печь, когда входил его хозяин. Под лавкой он сворачивался клубком на куске брезента и прятал нос за лапой. Иногда во сне он вздыхал, а иногда даже храпел". И Тотт даже хочет поведать историю о том, как кот однажды дрался с крысой размером с башмак - бой этот длился всю ночь. Но мальчик не дослушает историю о чудном коте, а Тотт так и останется увядать вместе со своими воспоминаниями, способный лишь на убийство паука, который случайно встретится ему на пути, предвещая этим то не хорошее, что случится далее. Вот таким представляется нам первый рассказчик истории Оменсеттера - старый, отсталый, несчастный старик, которого одолевают фантазии, неспособные реализоваться в действительности.
Вторая часть начинается с приезда Бреккета Оменсеттера в городишко - у него должен родится в скором времени ребёнок, и такой переезд должен пойти семье на пользу - дети на свежем воздухе, он найдёт себе работёнку и будет семья жить, не тужить. Но не тут-то было. Местные жители замечают, что Бреккету Оменсеттеру сопутствует удивительная удача: идут дожди, дорогу размыло, телеги местных жителей увязли в грязи, а повозка Оменсеттера с лёгкостью преодолевает распутицу и всё его имущество, которое умещается в одну тележку, остаётся сухим. Один из местных жителей - Генри Пимбер (муж той миссис Пимбер, чьё имущество продают в первой главе) сдаёт Оменсеттеру в аренду участок, который на самом деле не стоило ему сдавать, так как местность, где расположен дом, подвержена ежегодному затоплению. Но и тут Оменсеттеру повезло - вода не наносит вреда его участку.
Люди начинают завидовать Оменсеттеру, а в особенности - Генри Пимбер, который в Оменсеттере видит всё то, чего он лишён. Генри страдает от того, что он не ощущает связи с окружающим миром (возможно, она была раньше, но он её потерял): он не любит свою жену, у него нет радости в жизни, а после одного события, в котором замешен Оменсеттер, Генри ударяется в затяжную депрессию и совершает суицид, повесившись на дереве (причём забравшись на одну из верхних веток длинного дерева - из смерти своей он разыгрывает спектакль). А дело было вот в чём: в колодец, находящийся неподалёку от дома Оменсеттера падает лиса. Оменсеттер ни вытаскивает зверя из колодца, ни добивает, предоставляя лису её судьбе. Генри Пимбер же узнав об этом и лично убедившись в том, что лисица всё ещё жива, решает взять ружьё и добить зверя, причём оказывается, что не только лишь из добродетельных побуждений. Когда он совершает убийство, ему вспоминаются ощущения, что возникли у него однажды тогда, когда он, будучи мальчиком, подкараулил в погребе своего отца и нанёс ему сильный, ничем не мотивированный удар в живот: "Killing the fox had given him the same fierce heedless kind of joy" - "убийство лисы дало ему то же жестокое, беспечное чувство удовольствия", за которое он готов теперь был понести наказание, которое не заставило себя долго ждать, ведь стреляя в темноту колодца Генри ранит себя рикошетом - в рану попадает грязь, и он заболевает столбняком. И спасает его ни доктор, ни молитвы местного священника Джетро Фарбера (Jethro Furber) - спасает его припарка из свёклы, которую делает Оменсеттер, залечивая рану и возвращая здоровье Генри. Но не вылечивает Генри от его ментальных болезней, которые усугубились убийством лисы, от которого Генри получил то странное чувство удовольствия и за которое был готов понести наказание - что-то странное, мазохистское и деструктивное, что тихо дремало в характере Генри, выжидая момента для появления. Помимо этого Генри одолевает зависть Оменсеттеру - зависть его удаче, которой так "не хватает Генри, чтобы быть не Генри" - то есть чтобы не быть неудачником. Оменсеттер в представлении Генри, с его дикими повадками, с тем, как он предоставил лисицу её судьбе, с его растрёпанными волосами, с его большими ручищами, с его двумя дочурками и женой, является счастливчиком, который не ощущает каких-то проблем с восприятием реальности и взаимодействием с окружающим миром - с природой, с камнями, с погодой. Иными словами, Генри страдает от того, от чего страдал Антуан Рокантен из «Тошноты» Сартра, когда даже камешек отравлял своим существованием существование Рокантена - он и герой Гэсса переживают экзистенциальный кризис, находясь с окружающей действительностью в асинхронном состоянии - оба они хотят другой жизни, отличной от той, что они имеют, и оба они являются пленниками своего разума, неспособные выражать и совершать то, что хотят, в отличии от Оменсеттера, который не испытывает в представлении Генри никаких из описанных выше проблем - он просто живёт и наслаждается жизнью. Генри завидует Оменсеттеру, но его зависть не трансформируется в коварную ненависть, разрушая лишь самого Генри, в отличие от главного героя "Omensetter's Luck" и поистине одного из самых ярких, страшных и запоминающихся "злодеев" американской литературы прошлого века - местного священника Джетро Фарбера.
Доселе вы могли подумать, что в книге нет ничего сложного, и что в ней мог найти такого Дэвид Фостер Уоллес? И вы будете не одиноки в своём мнении, потому что я также попался в эту ловушку, ожидая, что ничего сложнее для чтения, чем поток сознания Генри Пимбера, я уже не встречу.
Последняя третья часть представляет из себя то, что заставило меня вновь поверить в то, что литература ещё может преподнести мне сюрпризы. Но как же мне сложно это было читать!
В городе, куда прибыл Оменсеттер, была церковь, а заведовал церковью и читал проповеди по выходным священник Джетро Фарбер. Но священник этот был не простой. То, что творилось у него в голове - просто кошмар! Этот "глас божий" был, наверное, самым большим безбожником в городишке и близлежащих 100 км в округе, если не больше и был бы самым преданным фанатом Александра Невзорова , если бы он жил сегодня и в действительности. А самое главное, что в мыслях он это и не отрицал и буквально упивался тем, что он так мастерски владеет единственным своим настоящим талантом - ложью. В первых трёх главах этой части, которая называется "The Reverend,Jethro Furber's Change of Heart" - "Преподобный, Изменение (в) сердца(е) Джетро Фарбера", Уильям Гэсс раскрывает перед читателем поток сознания человека, который состоит из зависти, нереализованных сексуальных желаний, злости от того, что он не верит в то, что он делает, при этом обладающий огромным ЧСВ, схожим с синдромом Наполеона, но который также не является дураком - он образован, хитёр и умен, он умеет лгать и манипулировать фактами так, как ему это нужно. И он зол. Он чувствует свою преемственность и связь с предыдущими священниками, с которыми ведёт воображаемые диалоги (да-да - он общается с призраками и считает, что он имеет с ними связь после того, как в детстве, однажды, он узрел Авессалома). Священные писания и история церкви представляются ему чередой жестоких событий, наполненных самыми извращенными убийствами, которые только можно представить. Он не верит в Бога, хотя и желает, чтобы он показался, как-то проявил себя, читая проповеди своей пастве, к которой он относится как к стаду овец. Если Исрабестис Тотт и Генри Пимбер страдали от того, что их потенциал является заключённым в тюрьме их сознания, то Джетро Фарбер же полностью существует в чертогах своего разума - то, что является физической оболочкой, телом - это не Джетро Фарбер - это кто-то другой, настоящий же спрятался за физической оболочкой и он задумывает совершить пакость.
Фарбер начинает злиться на Оменсеттера за то, что тот вместо того, чтобы посещать церковь вместе с другими жителями, бросает в воду камешки, развлекая своих дочурок - остальные, видя их резвое счастье, начинают пропускать проповеди. Джетро раздражается от того, что его власть над "овцами" уходит из под его контроля, и он задумывает зло против Оменсеттера. Какое зло может совершить святой отец и при этом остаться святым в глазах остальных? Чем он владеет лучше всего? А я уже говорил об этом - он владеет ложью, он может поместить в ума других людей мысль и заставить эту мысль пустить корни. Поскольку все только и говорят о том, что Оменсеттеру сопутствует удача, Джетро придумывает, что легко поместить в голову людей идею о том, что Оменсеттер и его будущее дитя (которое будет мальчиком, а не девочкой - а почему? - да потому что Оменсеттер просто знает об этом, и действительно, жена рожает ему мальчика - местные видят в этом ещё одно проявление его чудесной удачи) - это проявление зла, а сын его - Антихрист (прямо об этом Джетро не говорит ни разу, но он старается направить мысли людей в это русло). И самая страшная и восхитительная для меня глава "Omensetter's Luck"- это когда Джетро пытается "обработать" самого главного союзника Оменсеттера - местного работягу-кузнеца, у которого Оменсеттер работает помощником. Дело в том, что при этом священник жутко боится того, что кузнец может дать ему по мордасам за то, что он наговаривает на его друга - Гэсс отражает эти страхи на потоке сознания Джетро, показывая, о чём думает священник, когда он творит эту пакость.
Поток сознания Джетро Фарбера - это не поток сознания героев Джойса - Фарбер является проработанным олицетворением того дерьма, что может скрываться за маской праведности (в «Улиссе» же был более широкий диапазон). И я ещё раз повторю - очень проработанным олицетворением - эта часть романа является самой сложной литературой, что мне пока довелось прочесть на английском языке - постоянные флешбеки в прошлое священника, которые раскрывают то, как он пришёл к церкви и как он чуть не пережил (или всё же пережил?) опыт инцеста со своей тетушкой, что повлияло на всю его дальнейшую сексуальную жизнь и его неудовлетворённость, вместе с накладывающимся на это прошлое настоящее время создают коллаж-портрет психики человека, который охвачен "демонами" и который это прекрасно понимает. И если рассматривать историю и её двух главных героев, священника и Оменсеттера, как метафору, то первый может оказаться Адольфом Гитлером, а второй - олицетворением всех тех, кого направленно уничтожала машина фашизма. Или же можно рассматривать Джетро Фарбера как пример того, что "ад - это другие": мы никогда не сможем точно узнать, что находится в голове того или иного человека - вот он пожимает тебе руку, а вот он копает у тебя за спиной, завидуя твоему успеху.
Но история на этом не заканчивается (хотя на тот момент мне казалось, что Гэсс уже показал всё, что хотел и выжал из меня все соки) - происходят события, детали которых я оставляю "за кадром", но чья суть в том, что даже такой злодей как Джетро Фарбер способен на неожиданную, противоречивую его характеру добродетель, спасая от неминуемой участи того, чьё благополучие он сам же старался уничтожить. Оказалось, что весь тот замысел, выстраиваемый злодеем - это на самом деле желание совершить ту "шалость" и получить ту разрядку, что ощутил Генри Пимбер, когда ударил в детстве своего отца в живот и затем убил лисицу - желание совершить какую-то пакость, чьё совершение принесёт извращенное, приятное чувство удовольствия от грехопадения. Джетро представляется возможность полностью разрушить жизнь Оменсеттера, но вместо этого он спасает его, поражённый тем, что Оменсеттер просит у него (самого главного его недоброжелателя, который потратил много усилий на то, чтобы распространить порочащую Оменсеттера ложь) о помощи - это настолько поражает Джетро, что он совершает неожиданный им самим поступок. И Гэсс показывает, что удача Оменсеттера оказалась лишь в том, что он - беспросветно туп. Осознание этого факта настолько поражает Джетро, в голове которого кипит сложное, барочное варево из всего того мусора, в котором погряз священник, что тут сама напрашивается ещё одна метафора трактовки сюжета: чем больше ты образован, чем чаще ты анализируешь своё поведение, копаясь в прошлом, рефлексируя его и перенося в настоящую и будущую жизнь, чем больше ты взаимодействуешь с разной информацией - тем больше у тебя шанс превратиться в того несчастного, кем на самом деле являются и Исрабестис Тотт, и Генри Пимбер, и Джетро Фарбер, пока люди, подобные Оменсеттеру, просто продолжают существовать, особо "не парясь" о всяких камнях и экзистенциализме.
Поначалу "Omensetter's Luck" воздействует на читателя не силой своего сюжета - Гэсс приглашает зайти в составленный им из слов, предложений, абзацев словесный замок, в котором очень легко заблудиться и не выбраться: он захватывает тебя своей сумасшедшей, нездоровой, абсолютно графоманской формой, но в итоге, если ты всё-таки решишься пройти по его тёмным коридорам, то ты получишь такое удовольствие от чтения, на которое не предполагал рассчитывать, вместе с этим раскрывается и сила его (довольно простецкого, если в отрыве от формы) сюжета.
(если говорить об OST к книге, то для меня это альбом Opeth - "My Arms, Your Hearse", который похож на него как и в музыкальном плане, так и своей околоцерковной историей о призраке, а для того, чтобы понять название моей рецензии, достаточно прочесть перевод одноимённой песни)
20 понравилось
