Моя жизнь в лесу духов. Повести

Продолжается моё путешествие по экзотическим странам нашей голубой в хорошем смысле этого слова планеты. Бросает меня из огня да в полымя - из холодной, но пышущей вулканами и гейзерами Исландии я попал в жаркую, тоже пышущую, но экваториальной жарой, Западную Африку, а точнее в Нигерию. Кстати, уж больно неполиткорректное по нынешним временам название у той страны, но сейчас не об этом...

Живет в Нигерии такой народ, который называется йоруба. И вот среди этого народа появился такой самородок, как Амос Тутуола, который предложил миру авторскую переработку фольклора йоруба. Его первую книгу, написанную еще в 1950 -е годы я и выбрал для очередного тура путешествия "Вокруг света".

Книге с таким замысловатым названием я влепил жирную двойку и готов объяснить свою жестокость. Дело в том, что мне было безумно скучно читать этот совершенно бессвязный поток волшебных приключений. Да, возможно, если бы я хорошо знал, да что там кривить, если бы я вообще хоть что-то знал о мифологии йоруба, то, возможно, я бы нашел какой-то смысл в представленных моему вниманию приключениях. Но, увы, русскую мифологию хорошо знаю, древнегреческую, скандинавскую и германскую, даже ближневосточную, но вот с африканской как-то не сложилось, не входила она в сферу моих интересов.

Так что набор страшилок оценить не могу, сам автор всё это придумал или позаимствовал у дедушек и бабушек, но внутренней логики особо не просматривается, сказание разбивается на мало связанные между собой сюжеты, любой из которых можно с легкостью пропустить без всякого вреда для понимания происходящего. А всё потому, что и понимания как такового не возникает - разноцветные события мелькают как замысловатые африканские узоры, сливаясь в ядовитую какофонию.

И при всем этом, у меня возникло стойкое ощущение вторичности творчества Тутуолы, у него получился этакий африканский симбиоз "Одиссеи" и плутовского романа. Можно еще вспомнить «Золотого осла» Апулея или даже шумерского Гильгамеша. Главные герои этих произведений – путешествующие авантюристы, у их путешествий есть некая отдаленная цель, и по пути к этой цели они переживают гирлянду приключений.

То же происходит и с героем Тутуолы – симпатичный авантюрист преодолевает препятствия, пытаясь выжить, а заодно добраться до вожделенной цели. Кстати, герой этой книги по пути сумеет приобрести бессмертие, но и это событие потонет в пестрой череде других, толкающихся между собой как на базаре в каком-нибудь Лагосе.

У книги напрочь отсутствует внятная композиция, но это как раз одна из отличительных особенностей классического плутовского романа. А подобные вещи сегодня можно брать в руки только из читательского интереса, но даже из интереса их больше одной-двух не осилишь, просто поймаешь себя на бессмысленности траты драгоценного времени. Вот и я поймал себя на такой бессмысленности, поэтому заскучал, и захотелось кому-нибудь за возникшие ощущения отомстить. Ну и кому тут мстить, если не самому Тутуоле? Садитесь, Амос, - два! В конце концов, я оканчивал пединститут, хочется иногда вспомнить старое.

А еще хочется привести Тутуоле успешный вариант такого же авантюрного романа-путешествия, в котором и симпатичный авантюрист есть, и всё время в дороге, и череда сменяющихся приключений, но всё объединено стройной и законченной композицией. Речь идет о «Двенадцати стульях» Ильфа и Петрова.

И все же, кое-что в книге меня заинтересовало. Нет, не причина из-за которой разгорелся весь сыр-бор, этой причиной стало хроническое пьянство главного героя, заинтересовал предмет его пристрастия – пальмовое вино. Оказывается, это такой сладко-кислый напиток, который получается из сока пальмы. Пальма подойдет любая, хоть финиковая, хоть кокосовая, хоть какая другая, но в любом случае получается белесая сладкая жижа, которая очень быстро начинает бродить из-за присутствующих в воздухе натуральных дрожжей, и уже через каких-то два часа готово «вино» с крепостью до 4 градусов. Ну, понятно, что для нас это не вино, а, скорее, пиво. А любопытно было бы попробовать, но, боюсь, для этого нужно ехать в страны, где водятся пальмы, потому что, если это «вино» сразу не выпить, оно очень быстро скисает и превращается в уксус.

Вот так и свежести роману Тутуолы хватает только на первые 10-15 страниц, а потом он тоже превращается в уксус. Ну, или мои «вкусовые сосочки» слишком привередливые.

Ладно, пальмового вина под рукой не нашлось, зато подвернулось родное «Жигулевское» пиво, и как-то потянуло постучать в барабаны под мелодии йоруба…

С книжной Западной Африкой я уже знакома не понаслышке - в частности, с народом игбо. Но - решила не брать Адичи или Очебе - зная, что это будет медленно и местами возвышенно - и расширить читательские горизонты, познакомившись с фольклором народа йоруба. На книгу я шла с боевым кличем: "Кто "Аватара Аанга" смотрел - того миром духов не напугаешь!". Конечно, все вышло гораздо - упоротее - но не так страшно, как я думала, начитавшись негативных отзывов. Это - такая сказка. Не самая традиционная, чтобы проверять тропы по Проппу - но, тем не менее, некоторые сказочные мотивы - очень даже узнаваемые. Инициация мальчика, путешествие, женитьба. Есть и совсем уже сказочные - антилопа, превращающаяся в Деву, или - когда духи поймали героя и сделали из него что-то непонятное, которое запихивалось в кувшин (вспомнилась "Алиса в стране чудес" и ее трансформации). И, конечно - учит подрастающее поколение. В Африке - даже в пределах другой страны - могут соседствовать много племен, у которых - даже язык разный. И - традиции соседей надо чтить и уважать. Как общаться в браке и - с тестем и тещей... И, конечно - мифология. Я такой любитель мифологии - вы что! Причем - когда пару лет назад греческие мифы стали новым черным, и их не пересказывал только ленивый - хочется чего-то необычного и захватывающего. Африканская мифология - мне в помощь. Автор представил целый шведский стол духов - от привычных Речных и Смрадных до Паукоедов и Грабителей. Вспомнился пантеон духов Миядзаки из "Унесенных призраками". Причем - описаны они как-то на бегу, самое сочное описание - Огнеглазой матери. Ииии... Товарищ Вий - вам стоит поднять веки сюда, пожалуйста - такая была бы пара! В середине - в районе Девы-антилопы - ко мне пришло четкое понимание. Это же - "Одиссея"! Не знаю, на кого эта Дева больше похожа - на Цирцею или Навсикаю - что-то среднее... Еще аспект, который меня зацепил. Я не очень поняла пассаж а аннотации, что автор "сочетает мифы Африки и hi-tech Запада". А в конце - как поняла! Вроде все было традиционно - духи, племена. И тут - христианство, телевизоры. И - рабство. Даже не так: на фоне христианства и телевидения - все еще рабство. Причем- какое-то безысходное, когда - все его боятся, а сделать ничего не могут. И - меня позабавили игры с языком. Не знаю, чья здесь заслуга - автора или переводчика. Но: "духева", "колдунный", проникать-проникновенный" - очень зашли. Рекомендовать - конечно не буду. Очень странная и специфическая вещь. К середине - текст стал очень плотным и - довольно упоротым. Но - я прям чувствовала, как по мере чтения - у меня расплывается улыбка. Совсем небольшая вещь - меньше 150 страниц, которая может как отвратить, так и улыбнуть. Не совсем еще растаманские сказки. Скорее - традиционные, только - народа йоруба.

— Вы хотите африканскую сказочку от чёрного-чёрного парня? — спрашивает Амос Тутуола, — Их есть у меня! — он садится за письменный стол и в несколько дней пишет своего «Пьянаря», такого же яркого, до вульгарности простого и традиционного, как пёстрые африканские одеяла. Простота и стремительность повествования иногда доводит читателя до скуки, но что тут поделать — местный колорит. Не знаю, писал ли он всё таким наивным языком специально или по собственной умеренной грамотности, однако в отличие от художественно обработанных сказок Африки читать всё это довольно неинтересно. О, снова магический амулет, ещё один бог, ещё один всемогущий, опять смерть, опять забыл, куда идёт, очередной квест «Подай-принеси». В сотню страниц плотно утрамбованы десятки классических сюжетов легенд и сказок, из-за чего повествования сразу становится махрово-лубочным. Ну, как если бы какой-то русский Van’ka вдруг схватился за гусиное перо и за сутки сваял нетленку про медведей, шапки-ушанки и Красную площадь, густо приправленную водкой, пельменями и балалайкой, только Ванька-Амос здесь из слегка более тёплых краёв. Если и остальные произведения Тутуолы такие же (в чём я почти не сомневаюсь, глядя на ещё два почти под копирку сделанных скудных томика рядом с этим), то мне искренне непонятно, за что ему дают премии. То ли за блестящий стёб над африканскими стереотипами (что тоже сомнительно), то ли просто потому, что об этом больше никто не пишет (чего я не знаю, может и пишет кто-то).

Ещё одна загадка: обложка книги, зачем пятирукий дяденька засунул руку в портки и хмурится?

В общем, дяденька Амос, какая-то совсем несказочная ваша сказка, а скучная и бессистемная. С огромным удовольствием бы почитала отдельные истории на отдельные мелькающие в общем повествовании сюжеты, а целиком — овсяная каша на воде, без соли и сахара.