Вот два слова, не существующие в русском языке: «абубыл» и «филюлик». Какое из них относится к существу большому и медленному, а какое — к маленькому и подвижному? Ответ очевиден. Значит, между звучанием слова и его значением есть связь?
Ещё в Древней Греции возник знаменитый лингвистический спор о том, как рождаются слова, как даются имена вещам. Одни мыслители древности считали, что имена даются «по соглашению» полностью произвольно, по принципу «как хотим, так и назовём». Другие полагали, что имя каким-то образом выражает сущность предмета, т.е. как бы предопределено для этого предмета заранее по принципу «каждому — по его свойствам». М.В. Ломоносов в «Кратком руководстве к красноречию» писал «В российском языке, как кажется, частое повторение письмени А способствовать может к изображению великолепия, великого пространства, глубины и вышины … учащение письмен Е, И, Ђ, Ю — к изображению нежности, ласкательства…или малых вещей…».
Этот языковедческий спор продолжался до нашего времени. Гипотезы выдвигались, но доказательств не было. Однако постепенно группе учёных Калининградского университета под руководством А.П. Журавлёва удалось найти дорогу к решению этой проблемы. Они разработали методику оценки звукобукв (мы не осознаём отдельно звука или отдельно буквы, а воспринимаем единый звукобуквенный образ; всего звукобукв 46) по 25 признакам.
На главный вопрос был получен бесспорный ответ: да, звуки речи содержательны, значимы. Фонетическая значимость, конечно, совсем не то, что лексическое значение слова. Фонетическая смысловая значимость — лишь впечатление от звука. Например, фонетическую значимость звука А можно описать так: звук А производит впечатление чего-то хорошего, большого, мужественного, светлого … (всего 17 признаков). Звук Ф получает иные характеристики: плохой, грубый, тёмный…(19 признаков).
Есть ли какая-нибудь содержательная связь между звучанием и значением слова? Слово можно вообразить в виде ореха с двойной оболочкой. Центральная, основная часть значения слова — понятийное ядро. Его мы чётко осознаем, можем описать, истолковать. Именно понятийное значение приводится обычно в толковых словарях. Ядро окружено оболочкой признакового аспекта значения. Она менее определённа, чем ядро, её мы осознаём недостаточно чётко и не всегда можем истолковать, объяснить. Однако мы эту оболочку вполне улавливаем. Например, слова «мать» и «мама» имеют одно и то же понятийное ядро. Но мы чувствуем, что «мать» и «мама» не одно и то же. У этих слов разные признаки: «мама» — обязательно нежная и ласковая, а «мать» — скорее суровая и сильная. Самая верхняя оболочка — это фонетическая значимость. Это очень неопределённый аспект значения, который нами почти не осознаётся. В словах звукоизобразительного характера она очень явственна. Например, хрюшка, кряква, шелест. Но чаще всего мы не воспринимаем осознанно звуковой образ слова, сосредоточивая своё внимание на его смысле. Однако, пусть мы этой значимости не осознаём, она всё же входит в значение слова, оказывая своё влияние на восприятие слова и его жизнь в языке.
Удалось разработать формулу для вычисления фонетической значимости слова по различным признакам. Проще говоря, можно оценить в баллах, насколько слово воспринимается как «хорошее» или, например, «страшное» или даже «горячее» – «холодное». Вот несколько примеров, причём я нарочно выбрала абстрактные слова, а не, скажем, названия природных явлений или предметов. Приведено слово и его наиболее значимые характеристики.
Веселье – светлый, красивый, лёгкий, безопасный Достоинство – хороший, большой, величественный Жадность – отталкивающий Изящество – нежный Немощь – пассивный, медленный, тихий, хилый Позор – страшный
Существует понятие «звукового давления», когда «хорошее» или «плохое» звучание даёт соответствующий сдвиг значения. Вот, например, многие ли по внешнему виду различат сокола, ястреба и коршуна, знают об их повадках? Но если задать вопрос, какая из этих хищных птиц наиболее страшна и кровожадна, то почти всегда следует ответ: «Конечно, коршун». На самом же деле, коршун наиболее безобиден. Особенно заметно влияние звуковой формы на судьбу собственных имён. Почему, скажем, исчезают имена Фёкла, Марфа, Фома? Из-за неблагозвучности, особенно из-за неприятного звучания звука Ф. То же относится и к названиям.
Звуковое давление может оказать влияние и на восприятие текста. Можно так составить текст, чтобы увеличить вероятность тех или иных суждений и оценок читателя, причём этим влиянием можно управлять. В книге описывается один из опытов: группе испытуемых предъявили короткий текст, где говорилось о том, что некий ресторанный критик отравился во время посещения ресторана. В тексте нет ни слова о том, что конкретно он ел. Экспериментатор задаёт вопрос: «Каким блюдом отравился человек: горячим или холодным? Отвечайте наугад, как вам кажется». Статистически значимый перевес в сторону «горячего» отмечался, если в тексте были слова из «горячих» звукобукв. С «холодным» — аналогично.
Отдельная интересная область — это анализ поэзии. К примеру, стихотворение А.С. Пушкина «Зимнее утро» при компьютерном фоносемантическом анализе получило характеристики «яркий», «светлый», «радостный», «нежный». Стихотворение же М.Ю. Лермонтова «Горные вершины», напротив, «минорный», «печальный», «тёмный».
Можно проанализировать и цветовое восприятие текста. Стихотворение А. Тарковского «Перед листопадом» в целом создаёт такую цветовую картину: жёлтый, тёмно-коричневый, красный. Но если анализировать по строфам, то получается ещё интереснее: 1 – жёлтый, красный; 2 – тёмно-коричневый или чёрный, синий; 3 – красный, жёлтый.
Эта книга научно-популярная и предназначена для учащихся старших классов. Однако же мне в руки она попалась уже во взрослом возрасте и увлекла настолько, что я почти год потратила на программирование фоносемантического анализа текстов по методу Журавлёва. Сейчас в Интернете легко найти, как минимум, анализ слов: наберите в поисковике «фоносемантический анализ». Вот один из сайтов: https://psi-technology.net/servisfonosemantika.php
А теперь несколько моих собственных наблюдений по теме книги.
Всем известно, что неудачное название фирмы может «уронить» продажи. Однако же в примерах, которые можно найти в И-нете, как правило, обсуждается смысл названий. Однако, название может быть «плохим» на звуковом, подсознательном уровне.
Об имени собственном. Если ребёнку постоянно твердить «ты дурак», то ничего хорошего из этого не выйдет. Я гиперболизирую, конечно, для краткости. А теперь представьте, что его имя имеет «плохое» звучание. Мне неизвестны научные работы на сей счёт, но здравый смысл подсказывает, что лучше бы звучание было «хорошим».
Научные исследования Журавлёва используются в весьма интересной лингвистической работе Ирины Черепановой «Дом колдуньи» (1-е издание: 2-е издание). Черепанова исследовала суггестивные тексты, например, молитвы, мантры, заговоры. В частности, исследована поэма Цветаевой «Переулочки» —«ярчайший образец вербальной магии», по словам Черепановой. Её цветовой код соответствует заговорам.
А поводом к написанию этой рецензии послужила заметка «Кики или боуба» в журнале «Наука и жизнь» №2 за 2013 год. Она начинается так: «Есть ли связь между звучанием слова и его значением?». Написана по материалам журнала «New Scientist» о работах, выполненных в США в 2001 году и показавших примерно то же самое, что и работы Журавлёва 1974 года! Конечно же, фамилия Журавлёва в заметке не упоминается. Очень подозреваю, что в журнале «New Scientist» тоже.
12 понравилось
