"... Жаль, что мы родились и существуем в такую эпоху..."
Конверт письма, оправленного из Сталинграда, сгинувшим в котле 20-летним немцем по имени Отто Майер
«…Сталинград – это ад на земле, Верден, красный Верден, с новым вооружением. Мы атакуем ежедневно. Если нам удаётся утром занять 20 метров, вечером русские отбрасывают нас обратно…»
Из письма ефрейтора Вальтера Оппермана, п/п 44111, брату 18.XI.1942 г.
133-страничная книжка картонного формата открывается статьей Нины Эмильевны Вашкау, д.и.н. и профессора-германиста Волгоградского госуниверситета, составителя данной подборки писем немцев написанных ими из Сталинграда, как подобранных на полях сражений и в сбитых самолетах, так и дошедших до Германии и ставших последним воспоминанием о сгинувшем солдате, вроде истории Отто Майера по ссылке сверху. В других рецензиях ругались, что где это видано, мол вступление на треть объема, мне же оно показалось наиболее ценным в этом чтении на один вечер, потому что солдатских писем я уже начитался в других сборниках (см. Сталинградская эпопея), а вот историографический обзор отечественных и немецких публикаций на эту тему всегда пригодиться, отложу себе в память, что есть такой "Разгром немцев под Сталинградом. Признания врага", выпущенный Воениздатом в 1944 году в карманном формате в 2.5 печатных листа на простой бумаге с выдержками из трофейных дневников и писем плюс сборник По обе стороны фронта 1995 года.
К слову в Германии, подобные источники начали исследоваться только с 80-х годов, пока не сменилось поколение, заставшее войну, и после смены общественного консенсуса самоосознания как жертв и проигравшей стороны. Только потом немецкое общество начало разбираться о своей степени вины в преступлениях времен нацизма, сначала это был простой энтузиаст по имени Райнхольд Штерц, собравший около 50 тысяч солдатских писем времен Первой и Второй мировых войн, потом подключились уже и академические историки, хотя количество публикаций на эту тему приведенных составительницей все равно не очень большее. Но есть и такой аспект исследований, хотя конечно, по вот этим письмам, даже если есть четкая привязка к части, где воевал адресант, каких-то эксклюзивных сведений о ходе боевых действий найти нельзя. И вообще, уж не знаю так ли это специально было подобрано Вашкау или это и взаправду было лейтмотивом переписки, но чуть ли не каждое второе письмо времен котла адресованное в Германию содержало просьбу или мечты о чем-то сладком, мармеладе, пирожках или меде. Излишне говорить, что каждое первое содержало жалобы на еду вообще на фоне холода и бомбежек. До этого, письма сентября-октября в сборнике обычно рассказывали о высоких потерях и упорных боях за городские развалины. Исчезающе малое количество корреспонденции из "котла" содержало вопрос - а что мы тут на Волге делаем, примерно равное количество солдат еще верило в победу, так и отчаялось ждать спасения, писали как в последний раз. Для многих так оно и вышло.
22 понравилось
