Артюр Рембо

...Но вот летит под облаками Далёкий, еле различимый птичий клин. Какая страсть, какие силы их толкали В неведомую даль от их родных долин?

Биография Артюра Рембо больше всего напоминает приключенческую трагикомедию с элементами триллера. За свою короткую жизнь он успел не только написать всем известные сегодня стихи, но также и разочароваться в литературе, порвать с миром интеллигентного бомонда, объездить без малого полсвета и даже стать коммивояжёром. Мучительная смерть от злокачественной опухоли стала страшной точкой в его полной метаний жизни.

При этом он сам по себе он отнюдь не был праведником. За ним с малолетства тянулся длинный шлейф из скандалов и чужих разочарований. Хрупкий на вид молодой человек был завзятым алкоголиком, скандалистом, а подчас так и вовсе площадным хамом. Чтобы добиться желаемого, он не чурался самых некрасивых способов и в какой-то момент для окружения его поступки вытеснили его гениальность. Так современники потеряли Артюра Рембо для мировой литературы.

Однажды вечером я усадил себе на колени Красоту. — И нашёл её горькой. — И оскорбил её

Такое разнообразие событий в жизни одного человека требует от биографа максимальной аккуратности в словах и интерпретациях, в работе с источниками и прошедшими событиями. Баронян с этой задачей не справился.

В его изложении оказалось слишком много личного восприятия, того, чего в хорошей биографии быть не должно.

Они совокуплялись как голубки.

(Это любовный роман или биография?)

Ссылки на источники отсутствуют, прямое цитирование используется крайне редко. Он неаккуратно пытается сделать акценты а те или иные слова, но это выглядит тем более нелепо: единицы знают биографию Рембо настолько достоверно, чтобы их оценить, а для всех остальных всё это не значит ровным счётом ничего. Стихи он использует для чисто номинального обрамления текста. В результате они повисают, не привязанные ни к чему: ни к людям, ни к датам, ни к событиям — пустое сотрясение воздуха.

Какой же у тебя мудацкий вид с этой рыбиной и бутылкой!

У него было такое ощущение, что перед ним пара закоренелых пропойц, твердо решивших дойти до полного скотства.

Не сказать чтобы выдающаяся биография знаменитого французского поэта Артюра Рембо. Который, если верить автору и другим славословам, для французской поэзии все равно что Пушкин и Лермонтов в одном флаконе. Ближе к Лермонтову, правда: раннее дарование, дикие выходки, смерть в молодом возрасте. Якобы неизрасходованный потенциал. Если честно, пока читала, мысль крутилась такая - какой сволочью нужно быть, чтобы господа филологи этого не простили за умение красиво вязать слова? Потому что выходки Мишеля по сравнению с выходками "гениального" Артюра - это даже не цветочки, это так, нечто милое и прелестное. Допускаю, что в пубертатном возрасте Рембо действительно был более даровит, чем другие подростки. Но стихи его, на мой взгляд, это стихи подростка, со всей его эгоцентричностью, максимализмом и непонятостью. Выйдя из пубертата (не могу сказать "повзрослев", не случилось этого), Рембо перестает писать стихи, типа, как считает автор биографии, не желая рассыпать бисер перед свиньями... Может, и так, но ума не блевать в колодец, из которого собрался пить, господину Рембо никогда не хватало. Его отношения с окружающими строились по принципу "вы все дерьмо, а я в белом и в блестках". А теперь господа биографы жалуются на мещан/богему/коммунаров/сослуживцев/подставить нужное, которые гениального мальчика не ценили... Конец жизни Рембо был действительно ужасный, тут реально были страдания и физические, и моральные, но даже здесь он оставался инфантильным эгоистом - без ноги попытался уехать в Африку и потащил за собой сестру, которая за ним ухаживала. Юную провинциалку, в жизни своего городка не покидавшую. Его совершенно не заботило, на какие деньги они будут жить, потому что большую часть жизни он жил на чужие. К счастью для сестры, до Африки они не доехали. Ладно, это всё было об объекте, теперь о самой книжке. В целом, Баронян придерживается фактов и сдержанного документального стиля, но временами его пробивает на художку. Поэтому Рембо периодически становится фокальным персонажем с мыслями и ироническими улыбками. Читать это не мешает, разве что интригует, почему автор решает добавить вымысла именно на этих моментах. Понять отношение автора к объекту исследования довольно сложно: с одной стороны, он честно описывает все выходки Артюра, с другой - никак на это скотство не реагирует. Книга дополнена библиографией на французском и иллюстрациями.

Редкость, когда основанная на документах книга читается на одном дыхании. Эта — счастливое исключение. Видимо, свою роль сыграло то, что бельгиец Жан-Батист Баронян — не только историк литературы, но и автор художественных текстов: рассказов, эссе, детективных романов. Томик, который легко помещается в небольшую сумку, вмещает в себя всю бурную 37-летнюю жизнь одного из величайших и, не побоюсь этого слова, культовых поэтов: Артюра Рембо (Шарлевиль, 20 октября 1854 - Марсель, 10 ноября 1891).

Начав писать стихи в четырнадцать лет, в семнадцать Рембо ворвался в круг парижских литераторов, а к двадцати бросил сочинительство. Был свидетелем немецкой оккупации и из первых рядов наблюдал за театром военных действий, которые подошли вплотную к Шарлевилю. Восторгался Парижской коммуной, с некоторыми из коммунаров продолжал общаться во время своих европейских поездок. Вместе с Верленом скитался по Бельгии и жил в Лондоне. Их дружба-связь началась с вызова и веселья, а закончилась выстрелами, тюрьмой (для Верлена) и больницей (для Рембо). Владел несколькими европейскими языками, а также арабским. По завершении поэтической «карьеры», был (недолгое время) наёмником колониальных войск Нидерландской Индии, бригадиром (а по сути — надсмотрщиком)во французской строительной фирме на Кипре, торговцем колониальными товарами и оружием в Абиссинии…

Он умер, так и не узнав, что за три дня до этого в Париже, в издательстве Леона Женонсо вышла 180-страничная книга его стихотворений под названием «Реликварий». Так как все они были написаны между 1869 и 1872 годами, это юношеские произведения.

Этого хватило бы на несколько авантюрных романов, и уж точно хватило на один скандальный фильм: «Полное затмение» с Леонардо Ди Каприо в главной роли (Франция-Великобритания-Бельгия, 1995). Вот уж действительно, «человек в башмаках, подбитых ветром»!.. Это прозвище приписывается Верлену, а один из наиболее известных памятников поэту его пародирует: монумент, установленный в 1984 году по заказу Франсуа Миттерана, носит название «Человек с башмаками впереди». По-французски здесь присутствует игра слов: L’Homme aux semelles de vent — L’Homme aux semelles devant.

Справочный аппарат издания включает не только список примечаний, сгруппированных по главам, но и основные даты жизни поэта. А библиография состоит не только из книг, посвящённых его творчеству, но и перечень прижизненных изданий.

Coda:

Юность моя не была ли однажды ласковой, героическом, сказочной, — на золотых страницах о ней бы писать, — о избыток удачи! Каким преступленьем, какою ошибкой заслужил я теперь эту слабость? Вы, утверждающие, что звери рыдают в печали, что больные предаются отчаянью, что мертвые видят недобрые сны, — попробуйте рассказать о моем паденье, рассказать о моих сновиденьях! А сам я теперь изъясняюсь не лучше последнего нищего с его бесконечными Pater и Ave Maria. Разучился я говорить! Артюр Рембо. «Одно лето в аду». Пер. М. Кудинова

Постскриптум дотошного читателя. Оценку снизила на 1 балл по очень субъективной причине: из-за переводов цитируемых в тексте стихов. Все они принадлежат Владиславу Зайцеву, работавшему над переводом самой книги. Возможно, они более близки к оригиналу?.. Не могу судить, потому что не знаю французского. Зато знаю, что неоднократно цитируемый «Пьяный корабль» великолепно переводил Владимир Набоков, «Гласные» — Николай Гумилёв, а «В „Зелёном кабаре“» — Валерий Брюсов. И представленные в этом томике интерпретации, на мой вкус, в литературном плане им проигрывают.