Литература как таковая. От Набокова к Пушкину. Избранные работы о русской словесности

«Литературой как таковой» швейцарский славист Ж.-Ф.Жаккар называет ту, которая ведет увлекательную и тонкую игру с читателем, самой собой и иными литературными явлениями. Эта литература говорит прежде всего о себе. Авторефлексия и автономность художественного мира — та энергия сопротивления, благодаря которой русской литературе удалось сохранить «свободное слово» в самые разные эпохи отечественной истории. С этой точки зрения в книге рассматриваются произведения А.С.Пушкина, Н.В.Гоголя, Ф.М.Дост...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

11 оценок

5
36%
4
45%
3
18%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 40

Рецензии

AkademikKrupiza
19 июля 2020
Искусство начинается лишь там, где кончается Подражание
Из всех исследований, посвященных русской литературе, всегда наибольший интерес представляют тексты зарубежных русистов, причем часто западные (да и не только западные) исследователи способны чрезвычайно глубоко погрузиться в понимание прецедентных текстов, которые для "наших" давно уже стали священными коровами. Но дело не только в этом, потому что, например, "взрослое" творчество Хармса не назовешь прецедентным ни для российского, ни для какого-либо еще читателя. Поэтому всегда особенно радостно читать зарубежные исследования русского авангарда, который в нашей стране долгое время был вынесен за скобки литературного процесса.
От этого вдвойне приятно, что в своем сборнике Жаккар очень много внимания уделяет именно авангардной литературе, в частности, уже упомянутому Хармсу, а кроме него - Туфанову и Хлебникову, Гнедову и пр. Причем в сборнике совершается принципиально важная вещь - русский авангард рассматривается в неразрывной связи с конвенционально принятой классикой: эстетические и теоретические воззрения Гнедова рифмуются с творческой программой Толстого, составленного им под конец жизни, о Хармсе написано не только в связи с Достоевским, но и с Гоголем и Пушкиным, а о самих Гоголе и Пушкине написаны отдельные статьи.
Все вышеперечисленные авторы, равно как и Ахматова с Набоковым, выстраиваются в достаточно логичный ряд, который в реверсивной ретроспективной форме (от "Отчаяния" к "Руслану и Людмиле" через "Реквием" и "Старуху") иллюстрируют некоторые авторские тезисы, заявленные в самом начале, а главным становится тезис о двухчастной схеме развития литературы - чередовании периодов консервации, когда содержание довлеет над формой и художественный текст сводится к подражательству, и периодов революции, когда форма становится настолько самоценна, что сама являет собой содержание. Причем именно вторые периоды двигают литературу вперед. И этот беспрерывный процесс на протяжении всей монографии постоянно рифмуется с образом реки, то связанной с Гераклитом и его принципом "все течет, все меняется", то с образами, встречающимися в текстах упоминаемых авторов.

Этот яркий образ можно связать со словами "Не течет великая река" в начале "Реквиема" Ахматовой: застывшая река - емкая метафора для судьбы, постигшей в тридцатые годы поэтическое слово и самих поэтов.
Все-таки самое приятное в подобных исследованиях - находить точки соприкосновения с автором, узнавать в его логических построениях свои собственные мысли по поводу развития литературы, а самое ценное, конечно, заключается в банальной радости от совпадения читательских вкусов и от того, что русская литература начала-середины XX века остается востребованной не только рядовым читателем, но и серьезными зарубежными исследователями, даже не смотря на то, что практически все деятели авангарда были уничтожены. Вот уж действительно - рукописи не горят.
Читать далее
18 понравилось
292
dopadkar
9 октября 2016
Самоперечитывание классики
Очень интересная монография о самодостаточном смысле литературы, о её разговоре с самой собой и о себе. Автор книги предлагает взгляд на произведения как на интерпретирующую себя текстовую реальность. Неразделимым единством выступает в любой книге её содержание (предмет, "что?") и форма (слово, "как?"). Двумя полюсами этого единства в русской литературе выступают соц.реализм и натуральная школа, с одной стороны, и модернизма и авангард, - с другой. Гармоничным же соединением обоих начал литературы видно в классике XIX века и постмодернизме. Именно поэтому автор книги идёт в обратном порядке, от В.В.Набокова и модернистов (В.Хлебникова, Д.Хармса и др.), к А.Пушкину и Н.Гоголю, предлагая перечитать их в духе современной нам поэтики. Благодаря этому интеллектуальному путешествию, понимаешь, насоклько относительны бывают категории реальности и абсурда, когда сама жизнь порою лишается логики. Движение литературы представлено как единое целое между андеграундом советской и европейской культур, заочно беседующих друг с другом.
Самореферентность литературным произведений, их обращённость самоосмыление и самопрочтение, диалогу с другими жанрами и предшественниками. Автор ярко описывает полемику Пушкина и Достоевского со своими предшественниками, их игру и художественные открытия. Особенно любопытен взгляд на раннюю поэму Пушкина "Руслан и Людмила" как на соединение акта письма, вызванным из-за прерванности плового акта героя.
Также интересен подход автора в плане зеркального прочтения произведений, нахождения в них смыслового центра в виде конкретной главы, рассказа и т.п. или стыка между ними, когда речь идёт о четном множестве. Симметрия весьма интересная для геометров от литературы.
Читать далее
6 понравилось
151
VitalyPautov
6 июля 2025
Сегодня мы говорим о сборнике статей швейцарского слависта, известного многим своей монографией о Данииле Хармсе. Но интерес Жаккара к русской литературе не исчерпывается им одним. В этой книге есть и о Шкловском, Туфанове, Хлебникове, Липавском, Ахматовой, Достоевском, Гоголе, Булгакове, Эрдмане.
Сначала благодарность. Мне вообще интересно читать то, что пишут о нашей литературе иностранцы. Во-первых, они обычно не поливают говном запросто так поэтов и писателей, как многими, наверное, уважаемая Лада Панова. Во-вторых, они могут увидеть и показать то, что нам увидеть сложнее, ведь мы с нашими поэтами из одной культуры, говорим на одном языке. А Жаккар немного из другой, и говорит он на французском. И вот я благодарю его за то, что он посмотрел, увидел и показал обратно.
Теперь о возможных перегибах. Мне кажутся таковым акценты на политической ситуации в разговоре о литературе. Не то, чтобы это не имеет значеия – имеет. Но местами Жаккар перегибает именно в риторическом плане. Так недолго и до того, чтобы текст о литературе превратился в толстую агитку. Но он не превращается. Может, в Жаккаре просто говорит огромное сочувствие к пострадавшим поэтам?
Ещё один возможный перегиб – крен в «философские взгляды» поэтов и в анализ этих самых манифестов. С одной стороны, я сам как литературовед (хотя и ненастоящий) испытал большое влияние такого подхода в своё время. С другой, уж слишком часто повторяется слово «философский» там, где философии мало или вообще нет. А манифесты принимать всерьёз – это вообще странно.
Но даже при всём внимании к политике и «философии» в текстах Жаккара не становится меньше литературы. Более того, её кому-то может даже показаться слишком много. А как же биографии писателей, а как же социальная действительность и прочее? Я же, наоборот, кайфовал. Жаккар меня вдохновил оченно своим разговором о так называемой автореференциальности литературы. Причём прикол в том, что это свойство он углядел и показал в текстах Гоголя, Пушкина и Достоевского. Мало того, что обнаружилось много ироничного в работе мастеров, так они ещё и предстают настоящими протопостмодернистами! Сразу вспомнилось, какую ерунду мы иногда обсуждали на уроках литературы по «Капитанской дочке»: любовь, морковь, государственная служба. Хотя всё это в романе не интересовало нисколько даже самого Пушкина, что исследователь хорошо демонстрирует.
Вот уж правда, Жаккар стряхнул пыль со старых забронзовевших кирпичиков! Даже захотелось снова взять в руки Пушкина с Гоголем. Если вы тоже хотите посмотреть новым взглядом на известные (как будто) произведения – добро пожаловать! Я вот очень освежился. Особенно от анализа поэмы «Руслан и Людмила», которая, согласно этому анализу, построена целиком и полностью на скабрёзных приколах и угарах над жанрами. Ай да Пушкин!
Заодно Жаккар проходится по закостеневшим оценкам творчества Гоголя и Достоевского как обличателей социальных чего-то там бла-бла. Что само по себе стоит признать удачей книги.
Читать далее
4 понравилось
27