
Книжный Wish list.
NeoSonus
- 431 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Один из биографов Марины Цветаевой и - на мой взгляд - самый лучший, потому что самый проникновенный, Ирма Кудрова написала замечательную книгу, где рассказала об эпохе, в которую жила и которую - несмотря ни на что - любит, потому что эпоха - это не только и не столько общее, но во многом и личное (любви, дружбы, события, биографии, портреты, литература), о своём исследовательском поиске и ещё между строк о чём-то сокровенном, что каждый вычитает по-своему. Сокровенность - это свойство прозы Кудровой, неизменное и тесно связанное с открытостью. "Прощание с морокой" - прощание с некоторыми очарованиями и разочарованиями, но не с лучшим в том, что было дано поколению Ирмы Кудровой и лучшей породе людей, о которых она то и дело говорит. Для меня ещё эта книга ценна упоминаниями (а точнее, красной нитью, которую Кудрова распутывает бесконечно - и мне от этого радостно) о Марине Цветаевой, рассказом о большой - неизбежной и самой верной, какую можно представить, - встрече поэта со своим проводником.
Автор "Прощания с морокой" написала уже ещё одну книгу - личную, очень интимную, по-видимому, о своей собственной жизни. И хочется, чтобы она сбылась для читателя, поскольку книги Кудровой читаешь с наслаждением, радостью и восхищением - от простоты, с какой она пишет о невероятно важных вещах, от непосредственности тона (словно бы она - собеседник на твоей кухне, и тут же хочется вступить с ней в разговор), от насыщенного чувства, которое делает текст ярким, густым, запоминающимся.

Ирма Викторовна - удивительный, прекрасный человек и замечательный писатель. Читала и плакала, и смеялась, и удивлялась, и возмущалась: какое живое сердце, какой цепкий ум у этого уже очень пожилого человека. Люблю Вас, дорогая моя, долгих лет!

Ирма Кудрова книгами, посвященными жизни и творчеству Марины Цветаевой.
Благодаря Ирме Кудровой оказались сохранены воспоминания ленинградской интеллектуальной элиты, лично знавших Марину Цветаеву.

Судьба подарила нам два лакомых кусочка бездомной влюблённости, не имевшей ни времени, ни возможности связать себя словами и объятиями. Мы были вместе всего несколько часов,- и каждый раз в канун неотменяемой разлуки. Но зато, утешала я себя … это уже никогда не заслонится буднями. Не обрастёт бредом недоразумений, горечью ссор, измен… И вот теперь это стремительно уходит в небытие, оттесняемое прочеркнутым временем, пустым временем,-потому что в нем нет тебя

Любовь Дельмас о Блоке: « Все говорят: трагический поэт, трагическая поэзия… Но когда он был со мной, он был счастлив! Потому что я была-огонь!»

Вспоминая 40-50 гг, мы жили так, как сказал поэт: «под собою не чуя страны». Не зная и сотой доли того, что творилось под носом. Но в этих именно условиях режим и плодит слепых уродов, даже не догадывающихся о своей изувеченности. Ибо в таком мире просто нет зеркал.