Сама удивляюсь, что полностью читаю «Страдные годы» только сейчас, а не -цать лет назад, когда читала «Дягилев. С Дягилевым». Думаю, лучше книгу воспринимать как воспоминания с долей художественности, т.к. Лифарь всю жизнь был склонен к эффектным преувеличениям и страстям.
Биограф Лифаря Жан-Пьер Пастори даже сомневается в существовании графини-русалки, в которую был влюблён юный Сергей. Как бы то ни было, уже в юности Лифарь отмечает, что чувство к женщине хорошо в мечтах, а в реальности это грубость. Тем более, себя он описывает впечатлительным, и царящий в годы постреволюционной разрухи «разврат, называемый любовью», вызывал гадливость. Мне же всегда казалось, что когда Лифарь пробует объяснить …эм… личность Сергея Павловича, то больше пытается объяснить себя самого… Вскоре Лифарь начнёт притягивать к себе и мужчин, и женщин, потом у него будут и друзья, и подруги, а тогда Сергею, как пушкинской героине (как он сам перефразировал): «Давно сердечное томленье Теснило мне младую грудь, Душа ждала… кого-нибудь.» Тогда же он понял, что творческое и эротическое волнение одного толка.
Жизнь Лифаря в революционном Киеве в воспоминаниях становится похожей на приключенческий роман, и эти страницы явно перекликаются с булгаковской «Белой гвардией». В Сергее виден дух авантюризма и бунтарства, но в 1918 г. ему всего 13 лет – вскоре гимназист в юнкерской форме. Что он сам пережил и видел, что пересказал с чужих слов (например, своего соавтора Модеста Гофмана), как со временем переосмыслил? Лифарь описывает столько пережитых жутких событий, что хватит не на несколько лет, а на несколько жизней. Ясно одно – на место радости и нежности пришли смерть и кровь.
Но среди разрухи, жестокости и неудовлетворённых желаний Лифарь встретил красоту – балет, которому отдал всю свою бешеную энергию и страсть. Нет, он не учился в студии Брониславы Нижинской, она его не приняла. Сергею было 16 лет, возраст, в котором учёбу заканчивают, и никаких способностей в обаятельном юноше Бронислава не увидела (среди её учеников были и старше, но, по её мнению, талантливее). Но его в дверь – он в окно. Новая власть обязала Нижинскую вести бесплатный балетный кружок в ДК для всех желающих (я немножко утрирую: это была творческая Всеукраинская центральная студия) – Лифарь занимался там несколько месяцев. А потом 15 месяцев – самостоятельно. Самостоятельно!
Не Лифаря Нижинская вызывала в Париж в Русский балет к Дягилеву (она вообще сделает вид, что знать его не знает), но он поехал на свой страх и риск. Здесь снова начинаются приключения – первый неудачный переход границы, стрельба, погоня… В Варшаве знакомый отца посчитает молодого человека жиголо, но ему будет всё равно – Сергей стремился навстречу своей судьбе.
В издание включена книга «С Дягилевым», которую я уже читала несколько раз. Повторюсь, это просто «пять пудов любви». Воспоминания очень личные («роман о извращённом романе», как презрительно выразился Михаил Фокин), пристрастные (Лифарь всю жизнь отстаивал свою точку зрения), временами преувеличенные и порой неточные (кстати, неточностей не так много, как принято считать). Но я не знаю, в какой ещё книге я встречала столько нежности.
14 понравилось
