Кариоки говорят: «Бог сотворил мир за шесть дней, а весь седьмой трудился над одним только Рио-де-Жанейро».
Вечер. Скатерти. Постукивание вилок. Не очень яркое освещение. Тихая музыка. Вино в бокалах. Водка в рюмках. Галстуки, бабочки, украшения.
Владимир Познер: Уф, наконец-то хотя бы раз в жизни вырвались в приличное общество, так, чтобы никто не гундел «У меня эфир через полтора часа».
Дмитрий Крылов: Я дико извиняюсь, но у меня самолёт…
Разные голоса: Ну вот! Да ну-у-у! Вот и посидели! Ну так всегда!
Дмитрий Крылов: Но через три часа. Так что поговорить успеем.
Владимир Познер: И куда теперь, коллега?
Дмитрий Крылов: Рио-де-Жанейро.
Владимир Познер: Прекрасное место. Океан, вечное бикини… Но позвольте, насколько я знаю, сейчас не лучшее время, чтобы делать передачу про Рио. Я понимаю, февраль, время всемирно известно карнавала. А что вы хотите снять в мае, когда там начинается зима?
Дальше...
Дмитрий Крылов: Да я не передачу делать. Я в отпуск.
Владимир Познер: Что-то я не понимаю. Зачем вам вообще отпуск? Вы и так за казённый счёт весь мир объездили. Мне бы такую передачу делать, я бы точно в отпуск не рвался. Ну что вы вы там будете делать, скажите на милость?
Дмитрий Крылов: Что-что… фейжоаду попробовать.
Разные голоса: Что? Как? Что он сказал?
Иван Ургант: Официант! (что-то говорит на ухо официанту, тот недоумённо покачивает головой, потом тихо шепчет «Если пожелаете, мы приготовим», но Ургант делает отрицательный жест и отсылает его).
Дмитрий Крылов: Никак, Ваня захотел заказать фейжоаду?
Иван Ургант: Ну да. Я знаю рецепт. Давно уже хотел приготовить её в эфире, да желающих нет. И технологически это непросто. А ещё долго. Часа четыре, не меньше.
Юлия Высоцкая: Та-а-ак, коллега, колись, что это за блюдо такое? С чем его едят?
Иван Ургант: Ну, нужна вырезка говядины, острая копченая колбаса, свиные рёбра, а также уши и хвосты…
Евгений Петросян: Уши и хвосты! Ой, уморил!..
Елена Малышева: В общем, гастрит обеспечен. В особенности если запивать португальским вином…
Юлия Высоцкая: А при чём тут Португалия? Вы полушарием не ошиблись?
Павел Любимцев: Историю надо было учить. Да! Бразилия, между прочим, до определённого времени была португальской колонией.
Екатерина Андреева: Покойный Бовин вам бы сейчас прочитал бы часовую лекцию о знаменитой бразильской коррупции в формате «Международной панорамы».
Алексей Пиманов: Дмитрий, а вы в отпуск, значит, без камеры едете?
Дмитрий Крылов: Ну, свой-то фотоаппарат возьму, он у меня хороший. А редакционную камеру, конечно, брать не стану.
Алексей Пиманов: Не светите свой аппарат там без присмотра. Стянут, как пить дать, можете не сомневаться. Знаете ли, что Рио – один из самых криминальных городов мира? Там восемьдесят убийств в неделю. И не садитесь на улицах в такси, могут отвезти в фавелы и порезать на лоскутки.
Екатерина Андреева: Куда отвезти?
Алексей Пиманов: В трущобы. В те самые, где раздевают догола. Хотя, конечно, чтобы там раздеть человека, с него, как правило, достаточно только шорты сдёрнуть. В общем, будьте аккуратны, если не хотите остаться без шорт и документов.
Александр Васильев: Правильно, я бы на вашем месте, Дмитрий, вообще с пляжа бы никуда не ходил. Лежи себе, посматривай на женщин. Ах, какое замечательное многообразие!
Юлия Высоцкая: Как интересно! Вас так сильно интересует многообразие женщин, что вы об этом говорите в присутствии женщин?
Александр Васильев: Голубушка, помилуйте! Я говорю о разнообразии купальников! Нигде в мире не найдёте такую богатую коллекцию бикини, как на пляжах Рио-де-Жанейро. Я уж молчу про filo dental.
Юлия Высоцкая: Дентал? Зубы?
Александр Васильев: Так называется максимально открытый купальник, который прикрывает только самое… кхм… самое то, что должно быть обязательно прикрыто. Всё остальные части тела выставлены на всеобщее обозрение
Виктор Гусев: Ещё бы. Они там так на совершенстве телес повёрнуты! У всех в мыслях только одно – пробежка, тренажёрный зал…
Елена Малышева: И пластическая операция!
Виктор Гусев: Что правда, то правда.
Павел Любимцев: А вот если бы я поехал в Рио-де-Жанейро, я бы первым делом посетил Cristo Redentor, кафе «The Girl from Ipanema», а также «Cassino Atlântico».
Дмитрий Крылов: Вот уж не думал, что наш культурный обозреватель захочет в казино.
Павел Любимцев: (обиженно) Это вовсе и не казино, между прочим. Мою передачу надо смотреть. А раз не смотрите – спрашивайте у Яндекса.
Николай Дроздов: А я вам посоветую Jardim Botânico – он переходит прямо в Floresta Athintica.
Владимир Познер: Ну всё, коллеги, вы уже начинаете демонстрировать, кто кого умнее. Мы вообще-то пришли сюда культурно вы… посидеть, я хотел сказать. А вообще знаете что? Мне такая идея пришла. Вот этот наш разговор сейчас показал, что мы все в принципе о Бразилии кое-что представляем. Каждый в своей передаче что-то мог бы рассказать. А не сделать ли нам какой-нибудь общий, коллективный труд. Чтобы поведать народу сразу обо всём.
Разные голоса: Ну, намудрил! Да мы же все передерёмся! Это какая же передача должна быть?
Владимир Познер: Ну, это может быть не только передача. Давайте, книгу напишем, например. Каждый по главе.
Игорь Волгин: Опоздали, Владимир Владимирович. Есть такое издание. Жанна Голубицкая, «Десять дней в Рио». Написано практически обо всё, о чём мы с вами тут говорили. И ещё о многом.
Владимир Познер: Ну здравствуйте! Получается, даром время потеряли? А книжка хорошая хоть?
Игорь Волгин: Как бы вам сказать? Не так, чтобы «так», но и не очень, чтобы «очень». Да что там, вот я вам несколько выдержек из отзывов на ЛайвЛибе прочитаю. Вы ведь знаете, что такое ЛайвЛиб?
Владимир Познер: Конечно, знаю. (наклоняется с сидящему рядом, шепотом) А что это такое?
Игорь Волгин: Тут вай-фай в ресторане есть? А, открылось! (щелкает по ноутбуку). Ну вот, пожалуйста. Читаю. Первый отзыв
На обочинах тротуаров, укрывшись от палящего солнца в нишах между домами, спят бездомные. Но даже они — то ли от яркого солнца и подступающей сини океана, то ли от общего бодрящего духа города — не вызывают ощущения упадничества. Мое первое впечатление: даже бомжи в Рио какие-то праздничные, будто бутафорские! А зубы у них подозрительно белые, словно они исправно наблюдаются у хорошего дантиста.
Уже после этой цитаты понял, что в Рио нельзя отдыхать. Там надо жить. Тем более, что это подтверждает ещё одна цитатка:
В Европе, конечно, выгоднее работать. А в Бразилии выгоднее жить.
Другой читатель пишет следующее: Написано в целом интересно, но как же вязнут в зубах и мозгах все эти многочисленные повторы про то, что Яна недоспала в первый день, но кофе её взбодрил, про сезонные повышения цен во время карнавала, или про то, что у бразильцев культ тела. И через каждую страницу я читаю об этом вновь и вновь! Или вот, к примеру – часто упоминается «Рабыня Изаура». Я знаю, что когда-то показывали этот сериал по телевизору, но я в то время ещё только ходить научилась, хотя я почти ровесница этой Яны. Интересно, какая разница в возрасте между главной героиней и автором книги?
Следующий отзыв: В России, нельзя быть в тридцать лет такой наивной девочкой. Особенно, если ты москвичка, журналистка, работаешь в серьёзной газете и являешься любовницей большого начальника. Как-то поздновато к Яне приходит кризис любви и жанра. Правда, лекарство от него – поездку в Рио - она выбрала верное. Что тоже странно при её мировоззрении.
Позитивное сообщение: Дома выключили отопление, а на улице похолодало. Читал эту книгу, и было так тепло, так позитивно, словно я ездил сам в Бразилию. Всё, начинаю копить деньги на поездку!
Вот мнение прямо противоположное: Не знаю, какая Яна журналистка, но вот авторский язык – убогий. Как можно, регулярно называть людей старше себя дядечками и тётечками, саму Яну – девушкой, употреблять такие слова, как «причепуриться», «полтос», «сортир»?
Ещё реплика: В книге есть один существенный минус. Это её любовник, Лев Николаевич. Он так часто появляется в ностальгических воспоминаниях Яны, пока она в полном восторге путешествует по Рио, и очень красочно и описывает свои приключения, что набивает оскомину. С другой стороны он становится как бы тенью героини, и просто обязан появиться в конце книги в любом ракурсе. А что получается? Яна решила изменить свою жизнь, и всё! При огромном вступлении, предваряющем путешествие, такая скомканная концовка просто глупа. А наделять любовника таким именем ещё и кощунственно.
Далее: Книга – неплохой путеводитель и руководство к действию для путешественников. Я бы её рекомендовал всем, кто поедет в Рио. Но только есть сомнение – не слишком ли радужное содержание?
Следующее мнение. Или хватит?
Владимир Познер: Что ж, судя по содержанию, книга в целом не понравилась читателям?
Игорь Волгин: Я бы не сказал, хотя на данный момент высшую оценку никто не поставил.
Владимир Познер: А разве это не стимул всё-таки попробовать написать другую книжку про Бразилию?
Игорь Кириллов: И подписаться "Группа товарищей", хе-хе? Бросьте, Владимир Владимирович, неважная идея. Вот я вам лучше случай расскажу один. В середине семидесятых по телевизору прошёл репортаж, как советские студенты университета имени Лумумбы поставили "Двенадцать стульев", и в интервью один из ребят сказал, что наибольшей трудностью для них было найти ослепительные белые брюки для Остапа Бендера.
Павел Любимцев: Игорь Леонидович, не хочу вас расстроить, но в Бразилии на самом деле белые брюки надевают один раз в году. Так что представление Остапа рождено либо его наивностью, либо незнанием Ильфа и Петрова.
Игорь Кириллов: Так в том то и дело! На спектакль был приглашён посол Бразилии! Ему настолько понравился спектакль и бендеровское представление о Рио-де-Жанейро, что на ближайший приём в министерстве иностранных дел он явился в белых брюках и чёрном пиджаке. Так министр иностранных дел Громыко решил, что это такая новая бразильская мода!
Александр Васильев: Ну, за это надо выпить!
Все смеются. Поднимаются бокалы и рюмки. Музыка продолжает играть.
P.S. Все совпадения имён преднамеренно не случайны, однако достоверность описанных событий никем не подтверждена, равно как и не опровергнута.