Две чаши весов, два разных полюса – поведение гражданского населения и армии в Керчи. Длинный список героических примеров самопожертвования тыловиков: здесь и светомаскировка предприятий, таких как судоремонтный завод, например. Помещения, в которых проводились сварочные работы, не вентилировались; вокруг металлургического завода им. Войкова пришлось возвести высокую стену из кирпича, ведь его производственные огни были видны из самой Анапы. Раскаленный доменный шлак пришлось вывозить только в дневное время. Сталевары вдвое увеличили число плавок, по сравнению с мирным временем. Параллельно рабочие нашли время на изготовление по собственной инициативе бронепоезда, который был укомплектован рабочими и отправлен на фронт. Бронепоезд «Войковец».
Табачная фабрика наладила выпуск гранат. Также, лаборанты химики продумали процесс изготовления мин. Взрывателем служили стеклянные ампулы с серной кислотой, уложенные на сахаре. При наезде танка на мину, ампула ломалась, и кислота попадала на сахар. В результате – тепловая реакция и взрыв. Изготовлялись и зажигательные авиабомбы, которые долго не хотели принимать военпреды. Но качество бомб было на уровне и тем пришлось признать это. Наладилось производство минометов. Рыбзавод начал производить рыбные лепешки из перемолотой, высушенной рыбы. Из них, в полевых условиях, можно было варить уху. В июле 1941 доменная печь завода Войкова была приспособлена для производства противотанковой жидкости марки «КС». Металлические плиты, облитые такой жидкостью, пылали ярким пламенем. Но сразу возникла проблема, как разливать эту жидкость, которая воспламенялась на воздухе. Пришлось придумать и произвести специальные разливные бочки.
А тем временем, партийцы решили создать партизанское движение, с местом дислокацией в каменоломнях.
Справка: каменоломни вокруг Керчи делились на три группы: Аджимушкайские, Старокарантинские и Багеровские. Их подземелья не сообщались друг с другом и не имели выхода в город.
Единственным предприятием, которое не демонтировалось, был Керченский судоремонтный завод. Шаланды и теплоходы на нем переделывались в тральщики, канонерские лодки и минные заградители. 16 ноября полуостров был оставлен войсками. Первым официальным лицом, которое прибыло из рейха для организации «нового порядка» был Фельдман. На должность головы города был назначен Токарев, бывший владелец поместья в Керчи. Первым указом новой управы был приказ о сдаче муки – до последнего килограмма и картофеля – до последнего клубня. Запрещалось резать скот и птицу. За нарушение приказа – расстрел! Школьникам, вызванных в школу якобы для продолжения занятий, дали горячий кофе с отравленными пирожками. Части детей просто смазывали губы синильной кислотой. Партизаны скрывались в штольнях каменоломен. Немцы завалили выход из каменоломен и так называемые партизаны, просидели в них до первого освобождения Керчи, когда 51-я армия под командованием В.Н. Львова высадилась на побережье. Освобождение партизан ознаменовалось гибелью подростка Володи Дубинина. Группа минеров, направленная для спасения партизан, пустила впереди себя мальчика для того, чтобы он показал вход в каменоломни. Володя подорвался на мине и погиб. Глупая и бессмысленная смерть по вине военных саперов, которую политагитаторы превратили в подвиг самопожертвования…
В мае 1942 года Керчь была повторно оставлена нашими войсками. Гражданское население ушло в каменоломни. Специальный саперный 88-й батальон 46-й пехотной дивизии получил приказ об «уничтожении всех русских, скрывающихся в каменоломнях». 2269 человек было убито только в районе Аджимушкайских каменоломен.
А дальше Н. Сирота начинает как бы путаться в показаниях. То он говорит о желании немцев уничтожить все население, то вдруг повествует о вербовке населения на работы в Германию. То всем надо было сдать скот и птицу, под угрозой расстрела. И вдруг мы читаем о подушном налоге в 400 рублей год, который должен отдать владелец собаки, 400 литров молока с каждой коровы и 100 яиц с каждой курицы. А «керчанка Иванова была оштрафована на 500 рублей за то, что сдала молока на два литра меньше, чем полагалось». Более того, когда Сирота начинает повествовать о «героических» деяниях партизан и партактива, то выясняется, что в городе была биржа труда, на которой работали многие из местного населения. И роль партизан сводилась к печатанию агитлистовок с обращением к населению. В листовках призывали людей не поддаваться на провокации и не устраиваться на работу к немцам. При этом, сама автор идеи работала именно на бирже!
Не иди ты гадам в лапы,
Не вербуйся в кабалу,
Не ищи благополучий,
Не срами страну свою…
Рассказы про борьбу партизан с немцами напоминают по масштабам оглупления немцев некоторые главы из Нюрнбергского процесса в переводе с английского языка. Чего стоит такая фраза: «аджимушкайцы высасывали по нескольку капель влаги из влажных камней подземелья, но не пили. Изо рта сливали в бутылки, поили раненых, детей»…
Второй десант в Керчь был высажен осенью 1943 года. Говорят, десант высаживался под песню, в которой были такие слова:
Туманы и тучи на запад поплыли,
Над Крымом орудий не молкнущий гром,
Последними мы из Керчи уходили,
И первые к ней мы с победой придем.
А весной 1944 началась Крымская операция. В ночь на 11 апреля Приморская армия освободила город. Для ознакомления с материалами о зверствах немецких захватчиков в Керчь прибыл член Государственной чрезвычайной комиссии, митрополит Киевский и Галицкий Николай. Это именно он управлял присоединёнными к Русской православной церкви западно-украинскими и западно-белорусскими епархиями, которые ранее находились в юрисдикции Польской православной церкви.
Подразделение десантников перед отплытием к берегам Керченского пролива. Ноябрь 1943 г.
2 понравилось
