
Электронная
399 ₽320 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Кажется, мне снова прилетело прямо в глаза современной российской прозой. И первые же страницы с ходу проговорились о заштампованных банальностями сюжетах в обрамлении словесных экзерсисов, которые у нас любят называть "вкусной прозой".
Сборник Матвеевой страдает тем же, что и 90% русскоязычной литературы XXI века - тексты написаны паршивым слогом с элементами "сделайте мне красиво", а в сюжетах сплошной тлен, говно, беспросветность и воняет скисшими борщами из зассаных коммуналок, даже если автор родился после распада совка и настоящую коммуналку видел разве что в фильме "Покровские ворота". А, и да: если в сюжете есть героиня, то она одинока, ей за 30, живет с мамой, имеет филологическое образование, работает в школе и держит трех котов. Ну, по меньшей мере 3 пункта обязательно соблюдены.
И абсолютно все рассказы пронизаны если не ностальгией, то тоской по несбывшемуся. Мальчик Петя из "На озере", живущий с разведенной мамой и её новым "другом", тоскует по жизни с папой; Е.С. из "Обстоятельство времени" - по Англии и своему ученику из 11 класса; Абба из "По соседству" - по маме... А Платоныч из "Под факелом" и Лена из "Острова Святой Елены" - вообще клинический случай. Они прожили всю жизнь - всю жизнь! - воспоминаниями о маленьком периоде, если не эпизоде, своей молодости.
Люди, которые живут прошлым, презренны и жалки. Каждой минутой воспоминаний они предают свою настоящую жизнь. Те, кто не умеет наслаждаться настоящим, недостойны лучшего будущего - и спасибо автору хотя бы за то, что она, судя по финалу рассказов, с этим согласна.
Более-менее интересными показались рассказы "На картине" и "В день, когда родился Абеляр". К середине сборника писательница, наконец, закопала Льва Толстого оставила попытки выпендриться знанием словаря русского языка, а сюжетные повороты начали даже удивлять, хоть герои и не прекратили тосковать и раздражать меня.
Самые большие претензии у меня к рассказам "В лесу", "На войне" и "День Патрика".
Рассказы о брошенных и отмщенных любовницах с таким финалом, как у "В лесу", филологические девы пишут пачками лет в 15.
В рассказе "На войне", написанном, очевидно, под впечатлением от сериала "Школа", одна девочка со своей скрипкой, балетом и прилежанием в учебе стала занозой в заднице для другой девочки, которая хотела, чтобы её просто оставили в покое, - и угадайте, чью сторону приняла автор.
Половина "Дня Патрика" посвящена кинопробам, которые проходит студентка Лена, а во второй половине оказывается, что они не имеют ни малейшего значения для сюжета.
На "Подожди, я умру – и приду" я возлагала особые надежды. Во-первых, очень интриговала сама фраза, и хотелось узнать, что за ней стоит. Во-вторых, после слабенького и невнятного начала хотелось мощного и запоминающегося финала. Ведь не зря же последний рассказ дал название всему сборнику - наверное, он и есть самый сильный! Но нет - начавшись как многообещающая антиутопия, он закончился резко и скомкано.
Буду ли я ещё читать современную русскоязычную прозу? Подождите, я умру - и приду.

Анна Матвеева
3,9
(179)

Так уж повелось, что одно лишь упоминание "Лебединого озера" у большинства наших соотечественников вызывает ностальгические воспоминания. И одновременно осознание того, что "великие мира сего" не более чем песчинки в мироздании. И удовлетворённость от того, что очередной вождь "в бозе почил", а ты ещё живёшь и здравствуешь. И этот факт делает тебя более значительным, весомым. Потому что хоть в чём-то ты оказался на высоте и превзошёл достижения народного избранника. И, тем самым повышает самооценку отдельно взятой личности. Но рассказ Анны Матвеевой не об этом. По стилистике он более всего соотносится с "Денискиными рассказами" Драгунского. В центре сюжета "На озере" рассказ первоклассника, приехавшего в Питер с мамой на просмотр балета "Лебединое озеро" и его реакция на происходящее на сцене. Детская непосредственность главного героя позволяет читателю посмотреть на известную историю с совершенно иного ракурса. Как видит её ребёнок, у которого подобное "культурное времяпровождение" вызывает "танталовые муки". И, несмотря на то, что временами рассказ Матвеевой вызывает неподдельную улыбку иногда так и хочется воскликнуть - "бедный, бедный ребёнок". Особо проникновенно у автора звучит саркастичное отца мальчика: "Отлично объясняешь, брат, как раз понятно для ребёнка", обличающее косноязычие "образованной публики", в частности, Глебсона, который, выражаясь словами главного героя из первого "А" больше похож на тётеньку, чем на мужчину и своим писклявым голосом напоминает мальчику надоедливого комара:
"Глебсон скачет рядом с мамой, у него совершенно идиотская походка, и мне не нравится, как он всё время тяжело дышит, с открытым ртом. У него какой-то вечный насморк. И волосы стоят большим дыбом..."
Разумеется, подобный "культурный деятель" не может вызвать симпатию ни у главного героя рассказа, ни у читателей. Но в целом, рассказ Анны Матвеевой заслуживает самых высоких оценок. И его вполне можно использовать для экранизации, благо материал весьма выигрышный... в том числе и в дидактическом плане...

Анна Матвеева
3,9
(179)

Очередной блестящий сборник рассказов екатеринбургской писательницы Анны Матвеевой, лауреата многих премий, в том числе итальянской премии Lo Stellato за лучший рассказ ("Остров Святой Елены", 2004 год, и он как раз есть в этой книге!) Её прозу я готова читать постоянно, и мне не надоест. Прекрасный язык, сюжеты вроде бы и бытовые, но цепляют. Персонажи вызывают эмоции - как положительные, так и отрицательные, но ни к кому вы не испытаете равнодушия. Все герои так или иначе находятся в ожидании... счастья, любви, спокойствия, благополучия... Не все, правда, дожидаются.
Матвееву даже относят к уральскому магическому реализму. Возможно, возможно.

Анна Матвеева
3,9
(179)

Их по инерции еще иногда звали на какие-то местные тусовки, пару раз приглашали в библиотеки, на встречи с читателями. На этих встречах собиралось человек пять, и все они в основном были сумасшедшие. "Какой писатель, такие и читатели", – говорила Руфь.

В свободное от школы время, то есть ночами и в воскресенье, Е.С. редактирует статьи для глянцевого журнала, поэтому у нее сформировалась привычка редактировать речь, а порой и мысли окружающих – она часто подсказывает нужные слова даже тем, кому это совсем не требуется.

Аббу вполне устраивало ее нынешнее состояние - она даже считала себя счастливой. А как же? Наше счастье, как и жизнь, есть сон.
















Другие издания

