
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Ив Жантийом-Кутырин - внучатый племянник И.С. Шмелева. С трех лет его воспитывали уехавшие из России Шмелевы. Почти в восемьдесят лет Ивистион по просьбе составителей книги делится воспоминаниями.
Первая часть книги — собственные записи Ива Жантийом-Кутырина и записи его устных рассказов. Это воспоминания детства, проведенного во Франции рядом с "дядей Ваней" и "тетей Олей", - их мирный быт, встречи с друзьями, ласковое воспитание маленького Ивика, который стал им "вторым сыном". С особым удовольствием автор приводит слова русских песен того времени - тех, что исполняли в семье Шмелевых и их близкие.
Вторая часть — письма Ивана Шмелева, адресованные племяннику и его маме Юлии Кутыриной. Шмелевы скучают по своему "роднусику" Ивику, а тот и после смерти Ольги Александровны редко отвечает. Письма любви, заботливых наставлений и одиночества.

Полагаю, всем хорошо известна трагедия семьи Шмелевых - убийство большевиками единственного сына Сережи. Оказавшись в эмиграции Иван Сергеевич и его супруга Ольга Александровна перенесли свои теплые чувства на внучатого племянника - Ива Жантийома-Кутырина. Эта книга о семье Шмелевых, о дяде Ване и тете Оле, о бережно хранимых русских традициях и русском духе во Франции, о детстве русского мальчика-эмигранта во Франции, о пикниках с семьей Деникиных, о скаутских лагерях и русских сказках. Здесь отчетливо слышатся отзвуки произведений Ивана Сергеевича, а письма Шмелева к племяннице и ее сыну полны мелких повседневных мелочей.

"Ничего написано, а надо бы получше! Свободней пиши, а то кажется, что ты словно на фабрике их делаешь, одно на другое похоже Ты пой в письмах!"

На Пасху тетя Оля пекла куличи, готовила пасху и меня научила, так что я и теперь сам готовлю пасху, ее вспоминая. У каждой русской семьи были свои навыки, как ее готовить. Мы ходили по знакомым, сравнивали по вкусу.
Конечно, красили яйца разными красками и даже шелухой от лука. Устраивали «катки» с горки – чье яйцо самое крепкое? Само собой разумеется, каждому хотелось поплутовать, прокатить деревянное яичко, но жульничество считалось позорным, даже запрещалось катать утиные яйца с более прочной скорлупой.
Иногда к Шмелевым приезжали знакомые. Шмелевы были гостеприимны, но не принимали «встречного и поперечного», боялись «большевиков». Похищение генерала Кутепова стояло у всех в памяти.
Мне помнятся Серовы, Деникины, Карташовы, профессор Кульман с супругой, очень строгие, я их немного боялся.

Вас, кажется, больше интересует дружба Шмелевых с Деникиными. Об этом у меня также остались кое-какие воспоминания. Деникины жили в двухстах метрах от нашей виллы Riant Sejour, среди довольно большой усадьбы с огородами, принадлежащей какому-то фермеру-баску, вблизи от канала Будиго. Обе семьи часто ходили в гости друг к другу. По дороге встречались тележки, запряженные волами. На них отчаянно орали их хозяева, но я многих слов не понимал, а когда спрашивал у взрослых, то они мне отказывались переводить, и только убеждали их не повторять. Лишь много лет спустя я догадался, о чем могла идти речь.
Между Антоном Иванычем и Дядей Ваней было некое соревнование – чья водка «слаще»? Покупали в аптеке лечебный алкоголь, подливали воды, кажется, дистиллированной, важно было знать пропорцию и как подливать, к тому же подмешивали какие-то таинственные травы, натирали какие-то корешки, причем у каждого был свой рецепт, и получалась отличная водка. Ее пробовали и закусывали, «чем Бог дал». На самом деле, Тетя Оля была мастерица стряпать, никто не умел так готовить баклажанную икру, маринованные грибки или пирожки с разнообразной начинкой и даже с вязигой (мало кто теперь знает, даже среди русских, что такое вязига), или соленые рыжики по-домашнему, с укропом и лавровым листом. А Дядя Ваня, надо признаться, был большим лакомкой, требовательным гурманом. Тетя Оля его избаловала.
Дядя Ваня и Антон Иваныч часами обменивались мыслями, конечно, подальше от ребячьего щебетанья. А мы, дети и Мариша, развлекались по-своему, шныряя по огородам или прячась в камышовых зарослях на берегу канала, или еще лучше, кормя уток червяками и ракушками, которые мы вытаскивали из песка и тины на берегу озера. Нам было особенно смешно, как утки друг у друга вырывали из клюва лакомые кусочки.