
За давностью лет
Д. Евдокимов
4,2
(6)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга Дмитрия Евдокимова "За давностью лет" большая редкость для современного отечественного буккросинга. По жанру - это своеобразная трилогия, связанная сквозными героями, вчерашними школьниками и их учителем истории, повествующая о становлении профессиональных криминалистов. По жанру все три повести сборника - это исторические детективы. В каждой из них для проведения детального исторического расследования герои используют новейшие достижения криминалистики. В первой повести - изобличают провокатора царской охранки, в заключительной - идут по следу разбойника Ваньки-Каина. Наибольший же интерес у меня вызвала повесть "Шуйский против Шуйского", в котором главные герои пытаются распутать историю убийства царевича Димитрия. Примечательным же в этом расследовании является тот факт, что изначально все они уверены в том, что Борис Годунов был оклеветан и никакого отношения к Угличскому делу не имеет. В ход идёт знаменитая версия 10 главы "неистового Виссариона", в которой тот ставит в упрёк А.С.Пушкину, что в изображении образа царя Бориса тот подпал под влияние авторитета Н.Карамзина и не удосужился проверить приведённые последним в его "Истории Государства Российского" факты. Этот авторский приём мне в чём то напомнил "Печальный кипарис" и Эркюля Пуаро, берущегося за расследование преступления в полной уверенности, что обвиняемая действительно виновна, столь неопровержимыми являются улики, указывающие против неё. Но, результат превосходит все первоначальные ожидания Эркюля. Проведя качественное расследование он убеждается в том, что был не прав. Столь неожиданный ход от Агаты Кристи практически полностью повторяет Дмитрий Евдокимов. Правда в отличие от мистера Эркюля Пуаро герои повести "Шуйский против Шуйского" изначально уверены в невиновности Бориса Годунова. И главной целью расследования "Угличского дела" является их желание вернуть "доброе имя оклеветанному царю". В процессе следствия они сталкиваются с тем, что главный свидетель сего дела - князь Василий Шуйский трижды давал показания по нему. Но каждый раз они отличались от последующего коренным образом. На мой взгляд это произведение необычайно актуально. Ибо существующие сегодня последователи "неистового Виссариона" всеми правдами и неправдами стремятся переписать отечественную историю, ставя при этом под сомнение даже непреложные факты. В то время как Дмитрий Евдокимов посредством своих героев доказал - виновность царя Бориса в Угличском преступлении налицо. И это при том, что доказательство это было достигнуто от противоположного. Отталкиваясь от версии о невиновности Бориса Годунова герои приходят к иному вердикту. Вот как описывает это автор, Д.Евдокимов:
Ну а что было дальше, вы знаете из «судного дела», — сказал Андрей и устало опустился рядом с Ларисой, обняв ее за плечи.
Воцарилось молчание. За окном веранды уже густели осенние сумерки.
Максим Иванович негромко спросил:
— Так виновен Борис Годунов?
— Виновен, — твердо сказал Андрей.
— Виновен, — тихо повторила Лариса.
— Думаю, что да, — согласился Борис.
— Наверное, — помолчав, сказал Игорь.
— В поэме Егора Исаева «Суд памяти», — неожиданно произнес Борис, — есть замечательные строки. Вообще-то поэма о войне, но эти строки, по-моему, относятся к любому преступлению, когда бы оно ни было совершено.
И, глядя в окно, он начал размеренно читать:
Вы думаете, павшие молчат!
Конечно, да — вы скажете.
Неверно!
Они кричат.
Пока еще стучат
Сердца живых
И осязают нервы.
Они кричат не где-нибудь,
А в вас.
За нас кричат.
Особенно ночами.
Когда стоит бессонница у глаз
И прошлое толпится за плечами…
— «И прошлое толпится за плечами», — повторил Максим Иванович. — Хорошо сказано. Это очень верно, когда бы, в какие века ни было совершено преступление, суд памяти человеческой не простит никогда".
Да, действительно в какие бы века ни было совершено преступление, суд памяти человеческой не простит его никогда". И об этом нелишне напомнить всем желающим доказать обратное... Особенно если учесть, что ныне благоверный царевич Дмитрий Угличский причислен к лику святых, а в «Иконописном подлиннике» под 15 мая сказано: «Подобием млад отрок в венце царском и багрянице, руки молебные; убиен бысть на Угличе повелением Бориса Годунова». Сама история выносит убийце царю жестокий приговор - ВИНОВЕН!...

Д. Евдокимов
4,2
(6)

Чем дальше от какого-либо исторического события, тем сложнее собрать ДОСТОВЕРНУЮ информацию об этом событии – исчезают документы, умирают свидетели. Можно ли, спустя 70 лет, получив в руки одну лишь записку с текстом «Передайте на волю, среди нас ¬– предатель», узнать, что это была за история и каковы судьбы ее участников? Участники школьного исторического кружка пытаются это узнать («За давностию лет»).
Но загадки истории есть даже там, где, на первый взгляд, все ясно. Вы знаете, что произошло с царевичем Дмитрием, сыном Ивана Грозного, в городе Угличе? Проводилось дознание по этому делу, сохранились даже «свидетельские показания». Но вот что странно: чем дальше это событие уходило в историю, тем более складно рассказывали о нем летописцы и даже участники событий, тем больше появлялось различных уточнений. И в итоге возникло три версии событий в Угличе. Какая из них верная, если даже Василий Шуйский, расследовавший смерть царевича, в разное время сам обнародовал ТРИ версии, истинной из которых могла быть только одна («Шуйский против Шуйского»).
Сюжет третей повести («Похождения российского Картуша») несколько отличается от двух предыдущих – легкая современная детективная линия переплетается с историческим расследованием и некоторыми филологическими изысканиями. Расследование современной находки позволяет приоткрыть тайны прошлого, которые, в свою очередь, помогают раскрыть преступление в настоящем.
Любопытно, познавательно, интересно. Читается легко. Не литературный шедевр, конечно. Да и для знатоков историиничего нового не будет (тем более что и книга вышла не вчера). Но если вас интересует история России и жанр исторического расследования – почитайте эту книгу.

Д. Евдокимов
4,2
(6)

— Существуют три версии того, что произошло в Угличе в тот день около четырехсот лет назад, — начал Максим Иванович, оглядев свою немногочисленную аудиторию и убедившись, что все внимательно слушают. — И все три версии связаны с именем Шуйского, «лукавого царедворца», как назвал его Пушкин. Помните его разговор с Воротынским в трагедии «Борис Годунов»? Получается очень любопытный психологический портрет этого князя, состоявшего в прямом родстве с правящей династией — «Рюриковым домом», в связи с чем иностранные свидетели называли его «принцем крови». Вспомните, Воротынский спрашивает у Шуйского: «Ужасное злодейство! Полно, точно ль царевича сгубил Борис?» На что «лукавый царедворец» отвечает, — Максим Иванович привстал, поднял воротник плащ-палатки, как высокий воротник боярской шубы, и продекламировал голосом трагика из дореволюционного театра:
…А кто же?
Кто подкупал напрасно Чепчугова?
Кто подослал обоих Битяговских
С Качаловым? Я в Углич послан был
Исследовать на месте это дело:
Наехал я на свежие следы;
Весь город был свидетель злодеянья;
Все граждане согласно показали;
И, возвратись, я мог единым слоном
Изобличить сокрытого злодея.
И дальше Пушкин великолепно рисует его характер, — продолжил Максим Иванович. — На вопрос Воротынского: «Зачем же ты его не уничтожил?» — Шуйский отвечает:
…А что мне было делать?
Все объявить Феодору?
Но царь на все глядел очами Годунова.
Всему внимал ушами Годунова;
Пускай его б уверил я во всем;
Борис тотчас его бы разуверил,
А там меня ж сослали б в заточенье,
Да в добрый час, как дядю моего,

Для сыска про дело и для погребения Дмитрия были посланы в Углич князь Василий Иванович Шуйский, окольничий Андрей Клешнин, дьяк Елизар Вылузгин и крутицкий митрополит Геласий. Посланные осмотрели тело, погребли его и стала расспрашивать угличан, как по небрежению Нагих закололся царевич.
Угличане отвечали, что царевич был убит Битяговскими с товарищами по приказанию Бориса Годунова и его советников. Но, приехавши в Москву, Шуйский с товарищами сказали царю, что Дмитрий закололся сам. Нагих привезли в Москву и пытали крепко; у пытки был сам Г оду нов с боярами и Клешниным; но с пыток Нагие говорили, что царевич убит.

Тело Дмитрия положили в гроб и вынесли в соборную церковь Преображения, а к царю послали гонца с вестью об убийстве брата. Гонца привели к Борису; тот велел взять у него грамоту, а сам написал другую, что Дмитрий сам зарезался по небрежению Нагих, и велел эту грамоту подать царю; Федор долго плакал.











