Мэрилин Монро

«<...> студия дала мне имя Мэрилин Монро. <...>
Мне было двадцать лет. Главное — я стояла на пути в кинозвезды. В студии я была среди других “старлеток”, наиболее удачливые из которых получали маленькие роли без слов... Вас никто не заметит, если не найдётся какой-нибудь внимательный наблюдатель, или — иначе, если Вы не станете чьей-нибудь любовницей. Это-то и есть “необыкновенное” для “старлетки” начало восхождения в “звёзды”. <...> И только когда календарь, где я была изображена обнажённой, увидел свет, “ХХ-век-Фокс” получила в конце 1951 года тысячи писем, запрашивающих мои фотографии, — главный босс Спиро Скурас распорядился, чтобы “сексуальную блондинку” Мэрилин Монро ввели в находящиеся в производстве картины...»


Г л а в а  "Я несу бремя прошлого"

«13 марта [1952 года] пресса опубликовала “исповедь” Монро <...>. <...> Календарь был распродан с быстротой молнии, а Мэрилин назвали красивейшей женщиной американского кино. Кинотеатры, в которых демонстрировались её ранние фильмы, охраняла полиция, так как ежедневно были инциденты между её обожателями и хулителями».


Г л а в а  "В плену у мифа"

«Я, Мэрилин Монро. Я знаю, что я принадлежу публике и миру не потому, что я талантлива или даже прекрасна, а потому, что я никогда не принадлежала чему-нибудь или кому-нибудь другому...
А Голливуде достоинство девушки имеет <...> меньшее значение, чем её причёска... Голливуд — место, где Вам платят тысячу долларов за поцелуй и пятьдесят центов за Вашу душу. Я знаю это, потому что отклоняла первое неоднократно и протягивала руку для пятидесяти центов... Знаете, когда продюсер вызывал актрису в свой офис “обсудить сценарий”, то у него в мыслях было совсем другое... Она могла ходить голодной. Она могла спать в автомобиле. Но она не должна думать об этом, если хочет получить работу. Я знаю это, потому что испытала всё сама... И я спала с продюсерами. Я бы солгала, если бы сказала иначе...
Я знаю, что была третьесортной артисткой. Я действительно чувствовала недостаток таланта так, как чувствуют на себе дешёвое платье, изношенное изнутри... Но, мой бог, как я хотела учиться! Измениться, стать лучше. Я не хотела ничего иного. Ни мужчин, ни денег, ни любви, а только умения играть! С помощью яркого света осветительных ламп и нацеленной на меня камеры я изучала себя. Какой неуклюжей, пустой, некультурной я была! <...> Но я стану иной. Я трачу свое желание на уроки драматического мастерства, на уроки танца и пения»


Г л а в а  "Я обманываю, может быть, себя..."

«Мэрилин никогда не признавалась, что мать жива, — она говорила, что не помнит её или что мать умерла. 3 мая [1952 года] в газетах <...> замелькали фотографии Монро. Газеты писали: “<...> До сего дня было принято считать Мэрилин сиротой, но это неправда! Её мать, бывшая служащая "РКО", Глэдис Бейкер — жива. Вот, что о ней рассказывает сама Мэрилин: "Самые близкие мои друзья знали, что моя мама жива и находится в больнице. Я никогда не знала её личной жизни, но всегда помогала ей и впредь буду это делать"”.

Не исключено, что все это делалось с согласия и даже по инициативе самого Скураса, дабы поддерживать интерес к своему “товару”. Но такого рода “сенсации” всякий раз выбивали Мэрилин из колеи. Она впадала а депрессию».


Г л а в а  "В плену у мифа"

«В августе 1946 года контракт, связывающий Норму Джин с “ХХ веком-Фокс”, был подписан. <...>

Итак, Мэрилин пришла в “ХХ век-Фокс” благодаря “Лафу”, “Пику” (журналы для мужчин) и железной глотке одного из руководителей кинокомпании “РКО” Говарда Хьюга.
<...> На Роя Крафта — агента “Фокса” — полилась вперемешку с правдой выдумка: о несчастном детстве, о сиротстве и, наконец, даже (что можно уже хуже придумать) — об изнасиловании её в девятилетнем возрасте. Потом возраст менялся, но суть оставалась, хотя впоследствии и её первый муж, и другие биографы напрочь отвергали этот факт. О том, что были живы родители, что в детстве мать водила её на уроки музыки, что даже дома было белое пианино — всё забыто. Мэрилин повела игру, которую подхватили, поддержали. Уже начал вырисовываться этакий контур Синдереллы — розовый и трогательный образ современной Золушки, которая благодаря хорошему поведению и прилежанию выбилась в принцессы».


Г л а в а  "Как рождается миф"