Ввиду отсутствия отдельного издания пришлось закачать текст проповеди в виртуальную библиотеку. * Человеку регулярно приходится совершать действия, требующие моральной оценки. И для этой оценки нужна какая-то точка отсчета. Подавляющее большинство не выстраивает морально-этическую систему самостоятельно, а делегирует ее вовне либо религии, либо литературе (а в последнее время даже глянцевым журналам). Литература, моделируя жизненные ситуации, описывает моральные последствия поступков. В результате студент, задумавший убить старуху-процентщицу, получает наглядную картину последующих душевных мук, даже если ему удастся чудом избежать уголовного преследования. Религия выстраивает свою моральную систему, опираясь на определенный свод правил или постулатов. И именно в этом должен заключаться ее главный функционал в обществе. Она подобно литературе должна выстраивать цепочки от декларируемых принципов до проблем, волнующих каждого человека в повседневной жизни, и предлагать обществу свою точку зрения. Причем, религии можно четко разделить на ортодоксальные, которые пытаются применить к настоящей жизни заповеди тысячелетней давности, и «живые». Можно вспомнить, например, фетву о кормлении грудью, когда один из религиозных деятелей Египта предложил весьма оригинальным способом обойти запрет Корана на совместную работу в одном офисе неродственных мужчин и женщин. Женщины, оказывается, должны покормить своим грудным молоком всех мужчин и тогда они станут им названными родственниками. А в иудаизме на полном серьезе обсуждаются проблемы: можно ли молиться при открытой двери туалета или когда поет женщина. Живые религии допускают «инакомыслие» и конкуренцию религиозных воззрений. Как например, буддизм, где существуют «махаяна», в котором Будда – всемогущий, всеблагой бог, и «хинаяна» - учение идущих по восьмеричному пути, для которых Будда – учитель, указавший направление движения. * В христианстве также присутствуют ортодоксальные и неортодоксальные направления. На взгляд великого негритянского проповедника Мартина Лютера Кинга (1929 – 1968), к Евангелиям нельзя относиться как только к текстам, описывающим жизнь и деяния Христа. Это некий свод принципов и правил, часто выраженных в аллегорической форме, требующих своей адаптации к каждой исторической эпохе и даже к каждому человеку. Начав с анализа ситуации – как отвечать афроамериканцам на постоянные притеснения со стороны белых жителей Америки, он сумел на основе Евангелий от Матфея (5, 43-46) и от Луки (6, 27-33) выстроить убедительную систему доказательств, что исполнение заповеди о любви к врагам является не только абсолютным условием выживания, но и ключом решения всех проблем. Результат известен – сверхтолерантность американского общества и победа Барака Обамы на президентских выборах. *** Некоторые ключевые моменты проповеди.
Заповедь «любите врагов ваших» всегда была, пожалуй, самой трудной из всех заповедей Христа. Некоторые люди искренне верили, что в реальной жизни она невыполнима. ... Иисус — это оторванный от реальной жизни идеалист, говорят они. Несмотря на подобные острые вопросы и непрекращающиеся возражения, эта заповедь Иисуса приобретает для нас все возрастающее значение. ... Заповедь «любите врагов ваших» — это не благочестивое пожелание мечтателя-утописта, а абсолютное условие нашего выживания. Любовь даже к врагам — вот ключ к решению всех существующих в нашем мире проблем. И Иисус — это не оторванный от жизни идеалист, он — трезвый реалист. Давайте будем реалистами и спросим: как нам любить наших врагов? Во-первых, мы должны развить в себе умение прощать. Лишенный силы прощения лишен и силы любви. ... Надо также понять, что прощать всегда должен пострадавший, испытывающий боль и страдания, жертва мучительной несправедливости, униженный и оскорбленный. Обидчик может просить о прощении. Он может одуматься и как блудный сын пройти пыльными дорогами, с сердцем, трепещущим от желания быть прощенным. Всепрощение — это не игнорирование того, что было сделано, или представление зла добром. ... Да, человек не может забыть, если это значит, что происшедшее стирается совершенно из памяти. Но, когда мы прощаем, мы забываем в том смысле, что зло более уже не является психологической преградой на пути установления новых взаимоотношений. Точно так же, мы никогда не сможем сказать: «Я прощаю вас, но отныне не желаю вас знать». Прощение означает примирение, воссоединение вновь. Без этого ни один человек не в состоянии возлюбить врагов. Степень прощения определяет степень нашей любви к врагам. Во-вторых, мы должны понять, что зло, творимое ближним нашим — врагом, причина наших страданий, никогда не отражают всей сущности этого человека. ... Все мы чем-то напоминаем шизофреников, людей с раздвоенной личностью и характером. Бесконечная гражданская война бушует внутри каждого из нас. Что-то внутри нас заставляет нас сокрушаться вместе с римским поэтом Овидием: «Я сторонник добра, но в своих поступках руководствуюсь злом», или соглашаться с Платоном, говорившим, что человеческий характер — это колесничий, управляющий двумя конями, каждый из которых тянет в свою сторону, или повторять вслед за апостолом Павлом: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которое не хочу, делаю». В-третьих, мы должны искать не поражения или унижения нашего врага, а его дружбы и взаимопонимания. ... Неминуемо приходит час, когда его слабости проявляются и мы получаем возможность вонзить в него копье победы. Но мы не должны этого делать. Смысл любви не следует путать с сентиментальным излиянием чувств. Любовь гораздо глубже глупой эмоциональной болтовни. Может быть, греческий язык внесет ясность в этот вопрос. Греческий текст Нового Завета использует три слова для обозначения любви. «Эрос» — это эстетическая, романтическая любовь. В диалогах Платона «эрос» — это божественное устремление души. Второе слово: «филия» — взаимная любовь, душевная привязанность, близость друзей. Мы любим тех, кто любит нас и любим потому, что любимы сами. Третье слово: «aгапи» — согласие и созидательная, всепрощающая добросердечность в отношениях между всеми людьми. Льющееся через край бескорыстное чувство, «aгапи» — это Божья любовь в сердце людей. На этом уровне мы любим людей не потому, что нам нравятся они или их поступки, и даже не за то, что в них есть искра Божья; мы любим каждого человека за то, что его любит Господь. На этом уровне мы любим человека, творящего зло, хотя и ненавидим содеянное им. Теперь мы понимаем, что имел в виду Иисус, говоря: «Любите врагов ваших». Мы должны быть благодарны, что он не сказал: «Относитесь к врагам вашим с симпатией и привязанностью». К некоторым людям просто невозможно испытывать чувство симпатии и привязанности. Как можем мы испытывать симпатию к человеку, не скрывающему своих намерений уничтожить нас и усеять наш путь неисчислимыми трудностями и преградами? Как может нам нравиться человек, угрожающий жизни наших детей и разрушающий наше жилище? Это невозможно. Но Иисус осознал, что «любовь» выше «привязанности» и «симпатии». Приказывая нам любить наших врагов, Иисус не имеет в виду «эрос» или «филию»; он говорит об «агапи» согласии и созидательной, всепрощающей добросердечности в отношениях между всеми людьми.
*** А далее Кинг пытается ответить на вопрос «почему» мы должны любить своих врагов.
Я думаю, что прочтение этой проповеди должно входить в обязательный культурологический минимум любого человека, независимо от вероисповедания.
13 понравилось
