Таёжный тупик
О Лыковых я знаю очень давно. С той самой первой публикации в «Комсомолке» статьи Василия Пескова «Таёжный тупик» я слежу за их (к сожалению, уже много лет не их, а её, Агафьи) судьбой. Мне казалось, что я читала о Лыковых практически всё, но об этой книге узнала совсем недавно. Почему меня так зацепило? Наверное, потому что в комментариях к новостям об Агафье в последнее время читаю много злобного и жестокого. Что же случилось с нами, если многотрудная и многомолельная, одинокая жизнь старой и нездоровой женщины (да! непростой, да! упрямой, да! жёсткой и бескомпромиссной) стала предметом злости и зависти?!
Что же случилось с нами… И что случилось тогда, более 80 лет назад, с ними, с Лыковыми?
Автор книги «нашёл» их не в 1978-м году (Василий Песков впервые встретился с Лыковыми ещё позже), а в 1940-м. «Нашёл» - это неправильно, т.к. Лыковых в ту пору ещё не теряли.
Их было много, таких лыковых – староверов, убегающих подальше от властей, от коллективизации в глушь, в тайгу. Для староверов убегать и прятаться – дело привычное. Более 200 лет власти всячески преследовали и притесняли раскольников, от прямых расправ до двойного налогообложения. И они уходили всё дальше за Каменный пояс. Наконец-то, казалось, осели, при Николае II все притеснения и ограничения были закончены, и они, трудолюбивые и непьющие, стали жить как минимум зажиточно.
Коллективизацию староверы в массе своей не приняли, готовы были по крайности к «казённой» службе, но не к колхозам. А многие, как Лыковы, снова ушли «в бега». Их искали. В 1937-м безо всякой причины на глазах у Карпа Осиповича Лыкова убили его брата. После этого Лыков-старший стал уводить семью всё дальше в тайгу.
Их находили в 40-м и 41-м, предлагали вернуться хотя бы на кордон, отцу – работать смотрителем в заповеднике. Но Лыков ни разу не пришёл в условленное место даже за приготовленными для семьи (тогда ещё с двумя детьми) продуктами, а жили они очень трудно и скудно.
Искали Лыкова и вскоре после начала войны, но тут уж сотрудники заповедника сумели предупредить отшельника, что при встрече с отрядом НКВД его, скорее всего, просто пристрелят на месте как дезертира. Именно этого («Сгинем, вон сколь людей загубили, за что? (с)) Лыков-старший боялся и многие годы спустя. И Лыковы снова ушли в «пустынь», растворились в необъятных просторах суровой тайги Западных Саян.
В очередной раз Лыковых «нашли» в 46-м, на картах появилась «Заимка Лыковых». Отца семейства тогда могли привлечь к уголовной ответственности, как уклонившегося от призыва. И хотя ему обещали безопасность и очень просили подумать о судьбе детей, Карп Осипович в очередной, уже в последний раз, увел семью ещё дальше вверх по Абакану.
Экспедиция 1947-го года (автор в ней участвовал) нашла заимку пустой. Сначала были планы всё-таки найти Лыковых и вернуть их к людям, но потом так или иначе Лыковых решили оставить в покое. В очередной раз отшельники «нашлись» в 1951-м году, на них случайно наткнулся наблюдатель заповедника. Последствий не было, вскоре их судьба стала никому не интересна: заповедник закрыли.
Следующая встреча случилась в 1958-м году. На Лыковых набрели туристы-студенты. Видели они только Лыковых-старших, общения не получилось, да и какой разговор мог состояться между людьми из совершенно разных миров. До следующей встречи с людьми пройдёт 20 лет.
Всё, что было дальше, достаточно хорошо известно. Что есть сегодня? Есть Агафья. Почти 80 лет (даты рождения Агафьи у Пескова и Дулькейта разные). Отшельница. Дочь своего отца – упрямая (упертая!), жесткая, странная, храбрая. Грамотная! Труженица и молельница. А какой ещё она может быть? Могла бы быть совсем иной. Если бы… Но история не знает сослагательного наклонения. Дай ей Бог (которому она молится иначе, чем мы – «никониане») здоровья и всяческой помощи.
64 понравилось
