Литературные воспоминания

Николай Чуковский - блестящий мемуарист. Его воспоминания менее известны, чем "Некрополь", или "Петербургские зимы", но в художественном отношении ни в чем им не уступают. Очень живая книга, читается легко и очень интересно. Особенно понравится тем, кто любит поэзию Конастнтина Вагинова, Николая Заболоцкого, кому интересна литературная жизнь Ленинграда 20-30-х годов. Годы Дома Искусств, когда в городе царил голод, холод и звенящая пустота, руины, которые так любимы поэтами. Это было время нужды и восторга. Победы духа над мещанским счастьем. Преображающего голода над позорной сытостью. Воспоминания писались Чуковским уже в 60-е годы, но острая память запечатлевшая когда-то опухшего и не влазившего в мундир Блока - с короткими ногами и большим телом, надменного Гумилева, не имеющего ни гроша Мандельштама, бродящего по ленинградским букинистическим лавочкам Вагинова, в драном пальто и детской шапочке, завязанной под подбородком, Заболоцкого, шагавшего в одном исподнем по этапу, Хармса, боящегося мальчишек,пьяного Фадеева, заблудившегося на даче в Переделкине - читаешь все это как анекдот. Иногда, впрочем и не понимаешь, где правда. У Чуковского история с ссорой Саргиджана и Мандельштама перевернута с ног на голову. В отличие от широко известной версии, что Саргиджан занял у Мандельштама 50 рублей и не отдавал их, Чуковский пишет, нет, что это Мандельштам занял денег. Хотя, вот и такая версия не кажется невозможной, зная Мандельштама, у которого и денег-то никогда не было. Правильный или не правильный вариант рассказал Чуковский не так уж теперь и важно. Любитель докопаться до истины - сам до нее дойдет. Но прочитав книгу воспоминаний Чуковского, не только не разочаруется, но поставит томик на видное место, чтобы при случае перечитать вновь.

Воспоминания Лидии Чуковской известны. Это - воспоминания ее брата. Они очень интересны, особенно в сопоставлении с книгами сестры и отца. Корней Чуковский был великим и в своих статьях к людям был добр. Лидия Чуковская - прямая и принципиальная, у нее все черно-белое. Николай Чуковский, похоже, был человек значительно более земной, но очень умный и довольно циничный, и тем интереснее его взгляд на жизнь. Без излишних требований к людям, без идеализма, без преклонения перед авторитетами.

В 1943 году он написал "Дракон" - на мой взгляд, лучшую свою пьесу-сказку. Вторая мировая война только что перешла через свою кульминацию - гитлеровцы разгромлены под Сталинградом, на Курской дуге и медленно откатываются, на западе американцы, англичане и французы несколько улучшают свои позиции. До конца войны еще почти два года, но победа уже угадывается. И встает вопрос - что будет с миром после разгрома гитлеризма? Сюжет "Дракона" - традиционнейший сказочный сюжет, по крайней мере в начале. Город уже триста лет находится во власти дракона, который диктует городу законы и каждый год пожирает красивейшую девушку. Даже не пожирает, а просто уводит в свою пещеру, и там она умирает от отвращения. Отважный странствующий рыцарь Ланцелот заходит случайно в город, встречает девушку, предназначенную дракону, и вызывает дракона на поединок. Три драконовы головы, отрубленные его победоносным мечом, одна за другой валятся на сцену. Так, казалось бы, должно было кончится последнее, третье действие. Ничего подобного. Ланцелот убивает дракона в середине пьесы. А что же дальше? В чьи руки попадет власть? В руки Ланцелота? В руки особожденного народа? Нет, в руки бургомистра, бывшего приспешника дракона. Не Ланцелот, а бургомистр объявлен победителем дракона. Бургомистр поносит дракона, перед которым прежде пресмыкался, и провозглашает себя "главой самого демократического правительства в мире". Его власть нисколько не уступает власти дракона, и порядки, которые он вводит, - все те же драконовы порядки. Ничего не изменилось. даже девушку, предназначенную прежде дракону, должны насильно выдать замуж за поганого и подлого сына бургомистра

Это о Шварце. Мне не удивительно, что Шварц написал пьесу "Дракон" в 1943 году, хотя я думала, что она была написана после войны, уже после Хиросимы и Нагасаки. Мне удивительно, что Николай Чуковский написал об этом в 1959 году.