
Радиоспектакли
Julia_cherry
- 774 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
1868. десяток лет уже Александр II пытается двигать реформы. Российская империя как большая инертная масса начинает медленно двигаться, а может уже и останавливается. Типажи в пьесе всё ещё узнаваемы и от этого горько.
Люди оказываются зависимы от лакейства. Они рады потакать своим слабостям. Всегда нужен кто-то, кто будет потакать, а мы будем млеть от удовольствия.
Ворами, убийцами, наркоманами и педофилами, если они ещё и у власти, легко управлять. Всего лишь кнутом и пряником. Причём, чем слаще пряник, тем больнее кнут. А вот теми, кто «не замазан», управлять намного сложнее. А, впрочем, на всякого мудреца…
Управлять можно не только сверху, но и снизу. Так и делаются карьеры. Есть, конечно, исключения (и каждый подумал про себя).
В пьесе сатирический срез общества: ультраконсерватор, просвещённый консерватор, либерал, дама в летах, обманывающая себя, что может нравится молодым мужчинам за просто так и другие. Поддакивая каждому в отдельности, можно недурно подняться. Вот и появляется молодой, красивый, сообразительный карьерист.
Для той самой дамы в летах больше и не нужно.
Инженер едет на работу в трамвае в облезлой рубашке и штанах – это норм, а красивый пидо…гомосексуалист должен быть обязательно от стилиста и на ламбе, а то глаз будет колоть.
Кажется, что это утрирование (Островскому пеняли), или кто-то просто оторвался от реальности? Кто вы и зачем вы, современные герои этой пьесы?
И вот мы приехали в театр на Майбахе, сидим в смокинге, смотрим спектакль и нам 26 лет. Я знаю таких людей.
Всем начальникам с пивным пузом нравятся такие подчинённые. Новое они воспринимают только по приказу сверху и то, с ворчанием.
Как свежо и красочно, как либерально. Чем прогрессивнее надо сделать вид, тем ярче речи.
Таких, как Глумов, я встречаю постоянно. Шуты для тех, кто видит. Они ненавидят своих начальников, мечтая забраться как можно выше. И для этого подойдут любые слова. Правильные в этот момент. Их легко узнать, они в любом обществе говорят правильные слова и нравятся этим всем.
То, что Глумов немного просчитался с дневником, приём автора. Это было необходимо, чтобы показать катастрофическую необходимость в Глумове для описываемого общества.
А если резать правду-матку в глаза, мало кто стерпит. А, пожалуй, что и не поверит в неё и не поймёт.
Забавное сравнение трагедий и сбитня. Коррелирует с трактатом «о вреде реформ вообще». Они прочно ассоциировались с прошлым (XVIII) веком, хотя трагедии были написаны в начале XIX века.
Весь окружающий мир есть ни что иное, как наше собственное отражение. Поэтому раздражает в людях особенно то, что раздражает в нас самих. Также мы никогда не увидим в окружающих людях качеств, отсутствующих у нас.
Несмотря на лицемерие и лакейство, главный герой нужен обществу, каждому он оказывает услуги и вешает лапшу на уши. Так продавец оружия любезно продаёт его обеим воюющим сторонам.
Деловой человек.

Спасибо автору-составителю аннотации, всё, что должен был понять, почувствовать и сформулировать читатель/зритель спектакля, аннотатор выполнил за него. И потому ниже просто повторю этот текст:
«В центре комедии — два соседствующих семейства: купеческой вдовы Кругловой с дочкой-бесприданницей и богача Ахова, миллионщика лет 60. В незамысловатых, на первый взгляд, сценах из московской жизни — все в движении, все охвачены своей страстью, пусть иногда смешной и нелепой. Тупая одурь богатства, уверенность в собственной вседозволенности у Ахова, лихорадка бедности и крепнущей любви у племянника его Ипполита, мечта о счастье у бедной невесты Агнии. Для Ахова весь мир в нём самом, в его капитале, силе, капризах. Ипполит стеснен робостью и бедностью, многие годы он безропотно ведёт дела своего дядюшки-толстосума в надежде когда-нибудь получить жалованье. Обаятельный, импульсивный, несколько дурашливый, смешной в своих страхах перед денежной силой Ахова, он старается сохранить в душе честность, совестливость, хотя жизнь нещадно ломает его и ставит на колени. И вот теперь, когда их с Агнией будущее счастье зависит от обещанного жалованья, он решается на отчаянный дерзкий поступок".
От себя добавлю, что затея Ипполита вряд ли увенчалась бы успехом, если бы не порядочность и Агнии, и её матери Дарьи Федосеевны, которые обе не пожелали променять счастье Агнии на деньги богача.
Увлечённо слушал радиоверсию спектакля государственного академического Малого театра 1974 года, однако список актёров мне мало знаком, разве что Виталий Соломин в роли Ипполита ярок и убедителен, а прочие убедительны и ярки, но не опознаны :-)

Интересная пьеса, где малым количеством героев и незамысловатым сюжетом сказано столь многое. А есть у нас богатый старец, хам и тиран, ни во что не ставящий окружающих, уверенный, что все вокруг стелиться должны только потому что он богат. Что он всех может купить, заставить унижаться и прилюдно лизать себе сапоги. И кланяться ему не из великого уважения, а просто потому что он богат опять же. И собственно не дает себе труда завуалировать это все, прилюдно требуя всех этих "почестей". Самодурсвуя он выжил своих детей и от тоски решил жениться на молоденькой и бедненькой, чтобы помыкать ею и попрекать ее во всем и всегда. Короче - тот еще энергетический вампир, не брезгующий подкупом, лестью, пеняющий на низкое воспитание молодежи, и много еще такого интересного. И есть у нас мать-вдова с дочерью на выданье, как раз таки бедная, но достойная. И вот оно - решение сделки века: продать дочь в клетку, но золотую, или на бобах оставить. Расстроила меня только дочь, такая вроде бы умная (не глупая уж точно), а в самый важный момент легко переложила ответственность на мать, умыв руки. Но в целом, очень поучительные персонажи, очень живых и харАктерные, отлично представляемые с легкой руки автора. Эффект присутствия поразительный - и образ жизни, и признаки времени и типичные черты представителей сословия, ощущение переноса в ту среду создается малыми средствами, что может сотворить только очень талантливый автор. И действительно, не все коту масленица...

Над глупыми людьми не надо смеяться, надо уметь пользоваться их слабостями.

как ты ухитрился, дожив до шестидесятилетнего возраста, сохранить во всей неприкосновенности ум шестилетнего ребенка?