Письма из Русского музея

А никто и не обещал путеводителя по Русскому музею! Не знаю, мне понравилась книга - честные мысли, сложные и прямые ассоциации, навеянные самим фактом существования этого учреждения (здания, города, страны, культурного кода) во времени и пространстве. Отличная вещь, не претендующая ни на плакатно-рекламную объективность, ни на умудрённую познаниями отстранённость.

Разочаровал меня только один момент - мало писем! Книга написана уже давно, много чего с тех пор изменилось (особенные старания прилагаются в области оценки современного искусства), но если не мелочиться, всё на своих местах. Те же стены, те же думы, та же горечь. Цитируя одного бессмертного персонажа: "...обыкновенные люди... В общем, напоминают прежних..." Как бы мы ни пыжились)

Оказывается, обычай пихать газетные очерки под одну обложку не задумываясь, как дублирующие друг друга тексты выглядят рядом существовал и в те далёкие времена. Понятно, что автора волнует то, о чем он пишет, а каково читателю? Ой, а это же уже где-то было, я что же, сам не ведая вернулся к предыдущему разделу? Не по нраву и первые письма. Хорошо пишет автор, душевно рассуждает об утраченной неспешности и вдумчивости, но телефон (и даже телеграф), требующий в 60-е годы быстроты, денег, а иногда и дополнительного похода на почту давно сменил интернет. Правда, к моему расстройству неспешные и вдумчивые записи в блог сменил яркий инстаграмм со смайликами и пошлыми фильтрами. Дорогой, многоуважаемый письменный стол, - восклицал Солоухин. Приветствую твое существование, живой журнал, - могла бы подхватить я. А ведь сравнение с блог тут вполне уместно. Это не путеводитель один из многих (двухтомник 1933 года вообще песТня), не дорогой альбом по искусству, который хоть и стоит пятнадцать рублей, но и дня не лежит на прилавке (в магазине стран народной демократии на улице Горького) - это прежде всего личные впечатления от города и его истории, от картин и состояния музейного дела в стране. Научные исследования принято писать научным языком, и нередко читать такие опусы откровенно скучно. То ли дело книгу, вышедшую из-под пера писателя и журналиста. Но пишущей о культуре журналист должен иметь некоторое представление о предмете (и пишущий о сельском хозяйстве, и о науке, и об истории, а не вот это все), так что книга - это не только личные впечатления, но и вполне конкретные биографии, факты, описания. Но живо. Но модно и актуально. Хотя и не люблю я чересчур модного и актуального для своего времени: только возник спрос на иконы, самовары и прочие прялки в интерьерах прокуренных жилищ - теряюсь я, какое определение выбрать, интеллигенции? самопровозглашенной советской элиты - что бы понять мое видение аудитории - и вот вам многоречевые текст на тему. Ещё и обильно сдобренный цитатами да и просто упоминаниями долгое время не совсем легальных литераторов. Но есть хорошее. Про понимание развития живописи вообще и иконописи в частности - на пальцах, но уже для сделавшего первый шаг. Про привлекательность распиаренных событий и про разочарование. Про работу для души. А как чудесен стон о неумении наших музеев грамотно рассказать о своей работе, о непонимании необходимости издания доступных публикаций и каталогов! Шестьдесят лет прошло, и если вы судите лишь по столичным гигантами, я вас разочарую: ничего не поменялось. Зато рассуждения о тиражах покоряют, ах, пять тысяч экземпляров, мало же. Досталось и "современной" живописи. Мне скорее подход Солоухина ближе, но многие посчитают его едкое "... зачем же трудиться, если все равно никто ничего не поймет" признаком дичайшего консерватизма и глупости. Даже если так - это все равно характеристика времени. Ещё очень интересно, откуда такая разница в количестве страниц между изданием 67 и 90 года, почти триста. Иллюстрации? Но это явно не самая сильная сторона книг того периода. Не забыть бы полюбовытствовать в библиотеке.

Вспыхнул интерес к Солоухину и поэтому посмотрел несколько его вещей. «Письма» оставляют довольно противоречивые впечатления. С одной стороны много примет советского периода (странно было бы, если бы тексте полувековой давности их не было) и много наивности, наряду с попытками просветить и познакомить читателя с отечественными шедеврами. (Ну, не А.Бенуа, конечно). Написано, как для школьников. А ведь советские люди и были такими детьми после всех геноцидов и «культурных революций». Однако к прекрасному многие искренне тянулись, и Солоухин им в этом активно помогал, сам вылезая из клетки «совка». Да, «процесс пошел», но был остановлен. Многие до сих пор остаются невежественными совками и агрессивно отстаивают свое право быть невежественным совком. (О «стыдно»)