
Серия "Полное собрание в одном томе" (Альфа-книга)
Justmariya
- 57 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Издания с полным собранием стихотворений – штука весьма зловредная, как для читателя, так и для поэта. Представьте себе все немаленькое, мягко говоря, поэтическое наследие Вознесенского, собранное под одной обложкой – тысяча страниц, в две колонки. Когда нет никакого отбора, удачные вещи разбавляются менее удачными, а вещей удачных, увы, у него как раз не так много, как хотелось бы. Читая такие книги, нужно как можно чаще делать перерыв, иначе – эмоциональная усталость.
Да, это было тяжелое чтение. Вознесенский в творчестве был эмоционален до крикливости, любил сложные неочевидные образы, был многословен, вольно обращался со стихотворным размером, много экспериментировал со словом. При этом его эксперименты не похожи на хлебниковское шаманство, в них больше какого-то архитектурного бунта – острые углы, выпирающие в неожиданных местах, неожиданный орнамент слов – и графический и морфологический (ТЬМАТЬМАТЬМАТЬМАТЬ). Вознесенский был прежде всего архитектором, а не стилистом, – и по образованию, и по методам создания стихов. А был ли стиль? Только если можно назвать стилем эклектику. На его счету рок-опера, песни, кричаще авангардные стихи, графические стихи и стихи с условно классической организацией и лексикой, в ритме которых, правда, поэт неизменно спотыкается и выбирает довольно противоречивые рифмы, добавляет варваризмы и мат. Впрочем, сомнительно, что Вознесенский не мог отшлифовать свои стихи, скорее всего это было продиктовано архитектурно-стадионным характером его поэзии. Но одно дело, когда стихи звучат на стадионе, и совсем другое дело, когда они напечатаны на бумаге.
А по стадионам Вознесенский ездил немало, много с кем общался, и очень многое и многих тащил в свои стихи, выстраивая из этого как из строительных блоков свои то красивые, то пугающие авангардные здания. Но читатель вместе с поэтом не ездил и с его именитыми друзьями не общался, потому в этом нагромождении мест, имен и событий без комментариев или титанической эрудиции разобраться сложно.
Однако когда острые углы, многословность и эклектика Вознесенского наложились на «девяностые» как на локально-эсхатологическое явление, получилась странная (а скорее закономерная) штука: оказалось, что тут Вознесенскиий как рыба в воде. Трудно было бы подобрать более подходящие изобразительные средства для этого переломного времени. Действительно, какой перелом без острых углов? Как можно было бы обойтись без эклектики и культурной болтанки во времена падения железного занавеса? В стихах, проникнутых, духом девяностых, отчаянное «Господи!» звучит уместно и искренне.
Получается, что для меня Вознесенский ценен прежде всего как поэт девяностых, даже не на уровне отдельных стихотворений, а на уровне эмоционального накала и пафоса, заложенного почти во все стихи этого периода. Конечно, есть и произведения, из других временных отрезков, показавшиеся мне весьма удачными (особенно, почему-то, близки оказались одни из самых ранних), а впрочем, все это как всегда субъективно.

В Древней Греции пифия впадая в наркотический экстаз, произносила бессвязные слова, фразы, которые записывали и толковали жрецы, именно такое впечатление сложилось у меня от знакомства с творчеством Вознесенского. Три недели читал этот бред в надежде найти те редкие гениальные стихотворения, которые все же выходили из под его пера. Каторга закончилась, итог: почти 1200 страниц и всего 10 понравившихся стихотворений. Приобретая эту книгу, не такого я себе желал времяпрепровождения. Также удивило частое употребление матерных слов и ненормативной лексики. Забавно было читать стихи, в которых фигурировали известные люди современной России (Галкин, Киркоров, Шнур – да, они оказывается давно с нами, с начала нулевых)).
В интернете видел много хвалебных отзывов на его творчество: и что он гений, и что его рукой водил Господь.., а по мне так это больше похоже на сказку про голого короля, все вокруг восторгаются его платьем, и только маленький мальчик говорит, что видит: король то голый. Вознесенский конечно не голый, он так сказать в нижнем белье, ведь все же хорошие стихи у него были, правда, я считаю, немного, как раз из ранних и до начала 80-х гг.
Если очень любите творчество Вознесенского, не читайте мой отзыв, а если прочли – забудьте, вы, вероятно, хорошо понимаете его стихи и будете только удивляться и негодовать таким персонам как я. Для остальных: прежде чем покупать такой объемный труд, прочтите, просто в интернете, первые 20-30 стихотворений, этого кол-ва должно хватить для понимания стилистики поэта и соответственно поймете, нужен ли он вам в коллекцию.

Я — Гойя!
Глазницы воронок мне выклевал ворон,
слетая на поле нагое.
Я — Горе.
Я — голос
Войны, городов головни
на снегу сорок первого года.
Я — Голод.
Я — горло
Повешенной бабы, чье тело, как колокол,
било над площадью голой…
Я — Гойя!
О, грозди
Возмездья! Взвил залпом на Запад —
я пепел незваного гостя!
И в мемориальное небо вбил крепкие звезды —
Как гвозди.
Я — Гойя.
1959г.















