Afgantsy: The Russians In Afghanistan, 1979-1989

As former ambassador to Moscow, Rodric Braithwaite brings unique insights to the Soviet war in Afghanistan. The story has been distorted not only by Cold War propaganda but also by the myths of the nineteenth century Great Game. It moves from the high politics of the Kremlin to the lonely Russian conscripts in isolated mountain outposts. The parallels with Afghanistan today speak for themselves. ‘A superb achievement of narrative history, sensitive writing and exciting fresh research’: so wrote...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

68 оценок

5
65%
4
24%
3
12%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 76Хотят прочитать 238

Рецензии

MrBlonde27 апреля 2014 г.
Рассказы ребят, отслуживших в современной российской армии, всегда одни и те же. Кто-то бил, кого-то били, наряд по кухне, наряд на туалет, тумбочка, уборка территории, командировка на строительство офицерской дачи… “Скучно”, “нечего там делать было”, “х…нёй страдали”, говорят наши друзья, хоть и отказываются признавать свой опыт негодным: чему-то армия научила, значит, сходили не зря. Так или иначе, а все истории сводятся к солдатскому бытованию, рутине армии мирного времени с обрыдлыми ритуалами и гнилой моралью. Такой же была служба и в 1979 году.
Затем началась Афганская кампания, которую прошли полмиллиона советских людей. Странная война, в которой размеренная повседневная жизнь гарнизонов нарушалась жестокими боями, даже и не война вовсе, а пребывание ограниченного контингента. Субботники, утренники, построенные детсады, больницы и шахты – взаимная ненависть, выжженные кишлаки, изнасилованные женщины, предательство, страх. Жизнь с головорезом за стенкой, пограничное состояние, абсурд чистой воды. Книга Родрика Брейтвейта – о солдатах и врачах, офицерах и генералах, политиках и дипломатах, матерях и сыновьях, столкнувшихся с кошмаром войны без линии фронта.
Автор книги – человек не случайный, осведомлённый и понимающий. В качестве британского посла в позднеперестроечном СССР сэр Брейтвейт “присутствовал” при событиях, представляя официальную позицию Форин офис и премьер-министра Тэтчер. Тем более удивительно его чуткое, сочувственное отношение к армии и отдельным солдатам бывшего идеологического врага. Воспоминания, дневники, песни, привычки, характеры и судьбы участников кампании в центре исследования, о чём сообщает уже подзаголовок – “Русские на войне”. Часто читатель видит Афган глазами простого солдата, и некоторые места в тексте перерастают свою беллетристическую форму, превращаясь в мощную психологическую прозу. Это не запредельная “чернуха” в стиле балабановского “Жених приехал!”, но не менее страшно, потому что было на самом деле. Вот офицер, доставивший гроб с телом солдата в глухую деревню, - его чуть ли не линчуют на месте обезумевшие родственники; вот двое пленных бойцов вынуждены воевать на стороне моджахедов – потом их вытащат из Афгана англичане, но наши улетят обратно в разваливающийся Союз; вот рядовой, который поленился проверить шкаф в покинутом доме – расстрелял дверь, а от туда вывалились мёртвые дети… Параллельно с дикостями и бессмыслицей – подлинные примеры солдатского героизма, самоотверженности врачей и советников, безрассудной храбрости и вопиющей некомпетентности генералов, т.е. непременные черты русской армии в “довежливую” эпоху.
Разумеется, работа Брейтвейта была бы неполной без описания собственно Афганистана, причин и хода войны. Как и многие сложные события, афганская кампания может трактоваться по-разному: столкновение западной и восточной цивилизаций, традиционного и технократического обществ, атеистического и религиозного мышлений; преступная интервенция; защита геополитических интересов; импульс для развития военно-промышленного комплекса и ускорения научного прогресса и т.д. Столь же расходятся мнения и по поводу влияния Афгана на советское общество и распад СССР: одни обвиняют “грязную войну” в росте преступности, деидеологизации и разочаровании народа, проникновении наркотиков и западных товаров в Советский Союз; другие выделяют положительные моменты, такие как рост технической оснащённости армии, получение навыков ведения войны в экстремальных условиях, возрождение традиций боевого товарищества… Брейтвейт рисует идиллическую картину довоенного Афганистана, чуть ли не рая для хиппи, и обвиняет в начале гражданской войны почти исключительно коммунистов, пришедших к власти в 1978, и особенно их вождей: демагога Тараки, палача Амина, алкоголика Кармаля и гэбиста Наджибуллу. Много места уделено истории принятия советским руководством решения о вводе войск: как мучительно долго и неумолимо ситуация сползала к хаосу и как нехотя, со скрипом мы вмешались.
Сейчас об этой войне мало говорят, почти не помнят. Побывавшие там солдаты стали заметными фигурами отечественного бизнеса, политики и криминала. Большинство вступило во влиятельный Союз ветеранов Афганистана. Леонида Брежнева с благодарностью вспоминают наши родители, Юрия Андропова – ветераны спецслужб, Дмитрия Устинова – военные конструкторы, а Андрея Громыко – дипломаты. Но эти несколько человек в тёплом кабинете Политбюро зимой 1979 года приняли неверное решение, стоившее жизни пятнадцати тысячам советских солдат. Ненужное, глупое решение, которое спустя тридцать пять лет им почти простили. Зато, говорят, Олимпиаду провели.
Читать далее
63
892
countymayo16 июня 2013 г.
Война - это не более чем трусливое бегство от проблем мирного времени.

Томас Манн.
В качестве дисклеймера: в истории афганского конфликта я разбираюсь очень слабо, поэтому пролог, содержащий краткие сведения о национальном составе, экономике и политике Афганистана до коммунистического путча, оказался как нельзя кстати. Ох, и тёмная я, камарады! То есть мне было известно, что там два основных языка: пушту и дари, на пушту говорят пуштуны, или патаны, а вот на дари кто? Оказывается, таджики. Их почти треть населения. А ещё имеются узбеки - 9% и таинственные хазарейцы, потомки Чингисхана, в силу религиозных особенностей занявшие место изгоев. Растолковали мне и про Большую Игру, и про отца народов Ахмад-шаха, и про афганский Золотой век - семидесятые годы XX столетия. Трудно поверить, но Кабул тогда был прямо-таки европейским городом, местом паломничества хиппи: звучала музыка, кружились танцующие пары, гостиницы и музеи полнились туристами, а в глухих деревнях, за глинобитными стенами таились те, которые во имя Аллаха мечтали разрушить этот хрупкий прогресс.
Единственное, что сэр Родерик Брейтвейт, рыцарь Св. Михаила и бывший посол Великобритании в СССР и затем в РФ, не сумел мне разъяснить, это за каким чёртом нас понесло на эту галеру. Что именно забыли русские в Афгане и какую роль они сыграли в кровавом перевороте 1978 года? По Брейтвейту - никакой. Афганские коммунисты объединились сами, сами охватили влиянием войска и сами истребили правительство Дауда, с которым Москва в целом нашла общий язык. После чего сделались непреходящей головной болью советского правительства.
Афганские правители - это типы, достойные Шекспира, и одновременно бой тарантулов в банке. Прекраснодушный просветитель Тараки, веривший своему любимому ученику Амину больше, чем себе. Коварный Амин, энергичный, трудолюбивый, улыбающийся предатель. Бабрак Кармаль, который совсем не Бабрак и не Кармаль, и даже не афганец. Властный, хитрый и порывистый Наджибулла, по профессии, кстати, гинеколог. Вопрос по поводу галеры остаётся открытым...

Победители валились с ног от усталости, однако, поскольку казалось вероятным, что афганцы могут попытаться отбить дворец, советские солдаты, всё ещё сильно нервничающие, заняли круговую оборону. Услышав в шахте лифта шорох, они решили, что люди Амина начали контратаку через подземный ход. Они схватились за оружие, забросали шахту гранатами.
Это был дворцовый кот.

Как известно, убить кота - семь лет удачи не видать. Данный кот оказался могущественным, и его влияние продолжалось десять лет. Разумеется, втиснуть эти троянские годы в среднюю по объёмам книгу не представляется возможным, но Брейтуэйт придаёт тексту третье измерение - открывает несведущему читателю экономику войны, её секретные течения. Как выменивали пленных на мешки с провиантом. Как пытались пробить глиняные стены из танковой пушки - и не получалось. Как выли от скуки на заставах, как делали мебель из снарядных ящиков. Как мародёрствовали и добывали трофеи. Как наживались и устраивали аферы (о, нурсики!). Как шли в первый бой, подозревая, что быть ему последним. Как влюблялись и устраивали семью, а расписываться надо было ехать по заминированным дорогам. Отдельное спасибо сэру Родерику за главу "Женщины", посвящённую полутора процентам советских военных, а также гражданским специалисткам.

Их обвиняли в том, что они отправились в Афганистан за мужчинами и деньгами.

Говорят, за женихами, мол, приехали? Ну, а если и за женихами? Зачем скрывать? Мне 32 года, я одна...

Предлогом ко вводу 40-й армии в Афганистан было строительство мирных объектов: каналов, больниц, школ и прочего подобного. Но как объяснить гибель солдата? С лесов упал? Брейтвейт разворачивает сюрреалистическую картину: тела передавали семьям ночью, хоронили тайно, в спешке, в атмосфере угроз: за разглашение тайны грозили карами. Трагифарс не находил благодарных зрителей, и всё тайное становилось явным, по пути обрастая самыми чудовищными сплетнями. Садистские пытки пленных, желтуха и холера, героин и опиум, мины и бомбы, партизанские отряды, возникающие из ниоткуда и уходящие в никуда... Душманы. Духи. Я помню, что в то время вокруг афганских событий разрасталась какая-то пелена слухов, бредней, фигур умолчания, но из книги явствует, что многие "бредни" были близки к истине.

Их революция - пусть они её и защищают.

Что характерно - Брейтвейт сознательно писал, чтобы не обидеть русских и не задеть чувства военнослужащих. Периодически он оговаривается: Американская пропаганда утверждала, что русские проявили беспримерную жестокость по отношению к мирному населению, но во Вьетнаме в таком-то году... И приводит такие цифры, что хоть стой, хоть падай. Слышать тошно, что одни человеки способны делать так с другими. Вьетнам, Алжир, Афган... Сколько вбухано денег, труда, невосполнимого ресурса - жизней! Сколько судеб сломано, сколько умов разрушено. И ради чего? Чтобы горная нищая страна сделалась шестнадцатой республикой СССР?!
Время всё разложило по полочкам. Когда в 2008 году опрашивали афганцев, какой строй им больше всего нравился, большинство проголосовало за режим Наджибуллы, которого в 1996 году пытала и линчевала толпа. Ужасы правления талибов примирили Афганистан с шурави.

Маладани тоже предпочитал русских: они были сильными, храбрыми, сражались как мужчины, поднимали оружие только против вооружённого врага. Они никогда не убивали женщин и детей. А американцы слишком боятся сражаться на земле и бомбят всё без разбору.
Читать далее
56
750
takatalvi30 апреля 2020 г.
Под сенью гор
Афган – страница в русской истории, прямо скажем, непопулярная и вызывающая противоречивые эмоции как у свидетелей, так и у участников. Вопросы «а что советы там вообще забыли» и «каковы итоги» повисают в воздухе. Это, конечно, само по себе ужасно, учитывая потери – не только погибших и раненых, но и людей со сломанными жизнями…
Поначалу книга Родрика Брейтвейта, в прошлом дипломата, между прочим, читается как смесь шпионского детектива и остросюжетного боевика: борьба за власть, политические интриги, заигрывания с возможными союзниками и безыскусные ухищрения… Апогеем становится начало вторжения и поистине жуткий штурм дворца. Затем, потихоньку, градус спадает, но только в повествовании, которое становится более размеренным, дополняется разными версиями и точками зрения, погружает в «бытовуху». В реальности война лишь набирает обороты.
Помнится, когда-то интернет радовали фотографии афганских женщин при коммунистах – «открытые», ну, как есть советские гражданки, ходят на каблучках, учатся в университетах, работают. Брейтвейт, а вместе с ним и читатель, сетует: бравые «революционеры»-коммунисты в упор не понимали, что нельзя просто взять и сказать – ислам все, теперь коммунизм, свобода, равенство и братство, женщин открыть, в мечети не ходить. Пожинать горькие плоды этого заблуждения пришлось в изобилии. Примечательно, что даже с советской стороны фейспалмили от такой «тактики» и призывали действовать иначе, но как об стенку. Переговоры двух сторон вообще частенько выглядят абсурдно, по принципу «пропускаю мимо ушей все, что не хочу слышать, гну свою линию».
Чем книга особенно хороша, так это адекватностью и широтой взглядов автора, который не делит мир на черное и белое и понимает, что те ужасы, которые он описывает – неизбежная часть любой войны, не только Афганской. Он пытается понять и ту сторону, и другую, причем, что любопытно, не заметно, чтобы он симпатизировал какому-то определенному режиму. К советской молодежи, брошенной в огонь войны, автор питает явное сочувствие, тем более что после вывода войск никто и не думал обращаться с ветеранами как с героями или хотя бы оказывать им помощь, зато клеймили злодеями часто… Резкий контраст с боевой славой дедов, воевавших в Великую Отечественную. За что воевали? Почему государство бросило туда, а потом усиленно отводило взгляд в сторону? Как со всем этим жить?
Помимо собственно военных действий, здесь рассказывается об отношении к ним в мире, жизни в Афганистане в разные периоды и многом другом. Интересных моментов немало – о женщинах, отправленных в Афганистан или поехавших туда по собственному желанию, ходе политических заседаний, цензуре и забавных подробностях: например, как выручала русских матерная речь, когда требовалось опознать своих в кромешной тьме или доказать афганцам свою национальную принадлежность.
Автор хорошо разобрался в теме, замечательно все изложил и состыковал, провел аналогии, позаботился о том, чтобы привести свидетельства очевидцев. Книгу рекомендую всем без исключения: она легко и интересно читается, проливает свет на кровавую войну и оставляет чувство горечи – вот, все разложено по полочкам, и результат, итог всех этих страстей, печалит необыкновенно…
Читать далее
48
917

Все рецензии

Цитаты

shark77727 марта 2015 г.
В сущности, советские войска хорошо владели тактикой, но у них не было реалистичной стратегии. Они выигрывали битвы, но не смогли одержать убедительную победу в войне. Все их усилия, как военные, так и политические, оканчивались ничем.В итоге у них не осталось выбора: пришлось пойти на все, лишь бы выпутаться из этой истории.
2
254
OhmanDecorative9 сентября 2018 г.
Русским понадобилось двести пятьдесят лет, чтобы добраться до Кабула. Британцы вступили на этот путь позже, но завершили его раньше. И те, и другие следовали одной логике - имперской.
1
298
OhmanDecorative9 сентября 2018 г.
Политики ввязываются в чужие войны, ведомые своими амбициями, жадностью, моральными соображениями или мессианским пылом, либо рассчитывая - верно или ошибочно - принести пользу своей стране.
Генералы ведут войну в меру своего умения. Лучшие из них стараются беречь жизни солдат и в разумной степени контролировать их. Когда все заканчивается, они изучают архивы и сочиняют мемуары, стремясь застолбить себе место
в истории, оправдать принятые решения, а иногда раскритиковать бывших коллег.
Солдаты возвращаются домой, успев увидеть и сотворить страшные вещи, память о которых преследует их много
лет спустя. Истории о подвигах и товариществе помогаютим справляться с воспоминаниями и осмысливать свой
опыт. Некоторые утверждают, что годы войны были лучшими в их жизни. Многие не говорят ничего и отправляются в могилу,
не рассказав даже самым дорогим и близким людям о том, что пережили.
Так происходит после любой войны.
Читать далее
0
214