Детские книги для взрослых
- 670 книг
Ваша оценкаВ основу повести-сказки «Смеющийся Пеликен» Евгения Наумова, известного читателям по книгам «Утро вечера мудренее», «Корраловый город», «Околесица», «Загадка острова Раутана», положен распространённый в сказках северных народностей сюжет о похищенном Солнце. Юноша-сирота Айван со своими верными друзьями отправляются в далёкий и опасный путь, чтобы освободить Солнце и вернуть его людям. В живой, увлекательной форме повесть знакомит с жизнью и бытом северных народностей, неповторимой природой Севера.
Рейтинг LiveLib
5,0
4 оценки
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 4Хотят прочитать 5
Рецензии
ash-sand3 января 2018 г.Читать далееВ детстве была у нас книжка "Смеющийся Пеликен", на основе чукотских мифов, "северная сказка". И была она, по воспоминаниям, хорошей - я, по крайней мере, из неё многое запомнил. Тут решил тряхнуть стариной, поискал - в интернете она легко находится. Перечитал. И, чёрт возьми, это такая офигенная книга!
У неё прекрасный язык. Она написана языком мифа. Таким, который одновременно сложный и простой. Как замечательно ложатся одно к другому слова и фразы. История одновременно и абстрактная, обобщённая, и очень, очень конкретная. В общем-то, именно это и ощущаешь при чтении оригинального мифа. Здесь язык ещё не выхолощен, слова тяжелы от смыслов, и так вкусно их разбирать. Описания, характеристики, события - сказано ровно столько, сколько нужно. По соотношению лакун и заполненных мест текст организован идеально.
И, что редко - он одинаково хорошо читается и в детском возрасте, и во взрослом. Никаких скидок. И сказка, и притча. Сама история замечательная - она может поворачиваться по-разному. В юности мне немного казалось, что она попахивает советской пропагандой (братство всех трудящихся, "Толстые Вожди" и пр.), но теперь, после прочтения, мне так не кажется. История глубже, шире, да и не про то. И финал - вовсе не про приход коммунистов (если мы только не отшелушим от "коммунизма" все наросшие на него смыслы). Её интересно читать - и перелагать на современность. Она очень философская, если хотите. И при этом не морализаторская - что тоже удивительно, ведь мораль в ней есть.)
Ну и сама атмосфера, конечно. Не так-то много книг, в которых вы можете познакомиться с чукотским бытом и чукотской мифологией, притом живо, просто и интересно. Я, как ценитель информации, очень ценю этот аспект в книгах. За это я люблю Олди, например, - у них ты по ходу сюжета наберёшь много маленьких чудесных фактов, много интересных и замечательных подробностей. Обогащает.Мне хочется всем рекомендовать "Смеющегося Пеликена", а потом совместно обсуждать.
1237
Цитаты
- ash-sand3 января 2018 г.Читать далее
Раньше люди просто жили. Если хотели есть, шли и добывали пищу. Если нуждались в одежде или обуви, мастерили ее. Если тесно становилось, делали такое жилище, чтобы все в нем поместились. Всегда правду говорили – зачем лгать? Никогда чужого не присваивали – своим довольствовались. Не обижали друг друга – в миру да ладу лучше жить. И чувствовали себя счастливыми.
Но потом появились иные. Еды им не хватало. Одна одежда быстро надоедала. В общем жилище плохо себя чувствовали. Кажется, зачем много еды? Ведь все не съешь. Но иные научились растягивать свои животы и съедали так много, что и представить невозможно! Одежду тоже не одну носили. Сначала одну одежду, потом вторую, потом третью… Всю, какая есть, надевали на себя! Жилища все больше и больше делали. Такие жилища, что в них не только многочисленная семья, а целое стадо оленей поместится!
Но счастливыми себя иные все равно не чувствовали. Всегда кто-то находился, у кого чего-то больше. И родились зависть, злоба, жадность и другие чувства, которых раньше люди не знали. Когда завладевали они каким-нибудь человеком, превращался он в рэккена – мерзкое существо. У рэккена был второй рот прямо на животе или на спине, или поперек лица. Заметив у кого-нибудь второй рот, люди прогоняли его, потому что рэккен пожирал все и даже человека мог съесть.1173 - ash-sand6 января 2018 г.Читать далее
Айван шагнул ближе к полоске света. На лице его, как всегда, застыло выражение упрямства. Он молчал.
Он уже давно привык ни о чем не спрашивать. Надо будет — старшие сами скажут. В конце концов они всегда говорят. Но он не всегда делал так, как они велели, потому что его часто заставляли делать то, чего он делать не хотел. Когда маленьким был и отказывался что-то делать, падал на землю или подходил к серединному столбу и бился об него головой.
Даже мог собственную руку грызть. Только тогда оставляли его в покое. «Вот упрямый!» — говорили с удивлением.0162