
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга интересна прежде всего отражением истории в мемуарах. Очень интересно читать о дореволюционной жизни и укладе семьи уездного врача. Достаточно интересно читать и о революции, которую автор встретил будучи студентом-первокурсником медицинского университета. И о довоенном времени интересно. Например, об эпидемии загадочной болезни, напоминающей чуму. А дальше, увы. И даже история с болезнью Сталина - по сути единственная история о пациенте в этих мемуарах - не захватила. Мемуары эти не о медицине вовсе. А к концу, так и вовсе одни рассказы о зарубежных поездках, банкетах и музеях. Мне кажется, что это скорее коммерческий проект внука и полного тёзки, и если уж читать о медицине, то лучше Углова, а если о музеях, то лучше искусствоведческую литературу. Но первая четверть книги - блеск!

Операционная сестра больницы заболела желтухой, но не захотела ложиться в палату, а продолжала оставаться на ногах. Внезапно у нее развились сильные приступы болей в области печени. Хирург (профессор Теплиц) поставил диагноз - желчнокаменная болезнь. Мы занимались тогда пробой с галактозой, которая оказалась у больной положительной, что говорило за острый гепатит. Больную, однако, оперировали, камней не нашли - острая желтая атрофия печени (больная умерла). После этого случая я с большей осторожностью оцениваю печеночные колики как проявление заболевания желчного пузыря и протоков; как часто в дальнейшем приходилось отмечать их и при тяжелых острых гепатитах! Вместе с тем уважение к лабораторным биохимическим пробам после того случая увеличилось.

Я помню больного 32 лет от роду, слесаря, худощавого человека, поступившего в больницу в 6-7 часов утра с резкими болями в груди. Дежурный врач подумал о перфорации язвы желудка или двенадцатиперстной кишки. Больного подвергли рентгеноскопии для выяснения вопроса, нет ли газа в брюшной полости. Газа не оказалось, и диагноз был изменен на острый панкреатит. Больного стали готовить к операции. В 9 часов утра, когда я пришел, он был еще в нашем терапевтическом отделении, боль под ложечкой и в середине груди продолжалась, никаких симптомов перитонита не было. Хирурги настаивали на операции, я медлил с решением. Прошел еще час, я делал обход, в другой палате, и вдруг меня вызвали и сообщили, что больной умер. Какой диагноз? Принимая во внимание внезапную смерть, мы поставили диагноз «острый инфаркт миокарда», что и подтвердилось на вскрытии.

Я заметил, что клиницисты, не имеющие особого отношения к науке, обычно считаются «хорошими врачами», а клиницисты с талантом научных исследователей обычно считаются «теоретиками», хотя бы они и были одновременно отличными врачами и диагностами; ошибки первых прощаются или забываются, вторых - нет.









