
Василий III
Александр Филюшкин
4,6
(18)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Василий III стоял у истоков объединённой России, которая превратилась в ту Россию, которая существует и сегодня, но он явно оказался в тени своего отца Ивана III и сына своего Ивана IV: его правление оказалось на фоне последних не таким ярким. Ему повезло оказаться на троне, после смерти Старшего брата Ивана Молодого и после обвинений в оскорблении чувств верующих ереси жены Ивана Ивановича Елены "Волошанки" и её сына, уже назначенного князем Дмитрия Ивановича. Будто бы Джон Гонт стал королём Англии вместо Ричарда II. Мама и сын (Елена "Волошанка" и Дмитрий Иванович) умерли в тюрьме. Не исключено, что им помогли, но это не точно. Остальные фигуранты-подельники были сожжены. Интересен факт, что Василий Иванович так и не прошёл обряд "крещения" на княжение, даже после смерти Дмитрия Ивановича.
Так или иначе Василий Иванович продолжил политику отца по сокращению уделов и запретил братьям жениться до того, как сам обретёт наследника, чтобы не было конкурентов, а братьев было достаточно. В итоге зайка появился у Дмитрия Старицкого - Владимир, но это уже спойлер на новый сезон.
В целом по XV-XVI веку информация, хотя и имеется, но сравнительно с Европой её значительно меньше, поэтому было описание должностей, институтов власти сформировавшихся к тому времени, получившие развитие при сыне Иване Васильевиче, что совпадает со стандартной историей государства и права России по данной эпохе. Интересна политика взаимодействия с Казанью (подчинением, отваливанием, снова подчинением) Крымом, Ногаями, Ливонией, Польшей. Немало места посвящено внешней политике с Европой и взаимодействием со Священной Римской Империей. Но тут чувствуется современная российская повестка и обозначение начала "русофобии" запада. В принципе выводы интересные и обоснованные, но и порассуждать об альтернативах было бы интересно Может, копнуть под мотивацию Василия при принятии тех или решений? Также автор ниспровергает обвинения концепции "Москва - Третий Рим", но быстро сходит с этой темы, хотя и соглашусь, что она уже выстрелила смерти Василия Ивановича и Филофея.
Интересна тема наследника, разводом с Соломонией Собуровой под предлогом ведьмовства в целях беременности (например, мочёными рубахами затроллила Василия Ивановича) и отправкой её в ГУЛАГ/ФСИН монастырь. А ещё подъехала конспирологическая теория с Дмитрием Васильевичем, родившемся в ГУЛАГе/ФСИНе, для которой были некоторые зацепы, но маловероятно, на что указывает автор. Рассказано об обстоятельствах свадьбы Елены Васильевны Глинской, родовитой женщины, связанной родством с Дмитрием Донским и возможно Мамаем по одной из легенд, дядя которой Михаил Львович Глинский был репрессирован её будущим мужем после завершения ратного похода на Смоленск. Была рассмотрена и конспирологическая теория и с отцовством Ивана Васильевича и брата его Юрия от любовника. Но все же в её предполагаемом возрасте свадьбы 13-15 лет, вряд ли был любовник. Интересны и репрессии царя против Максима грека и других "диссидентов" не согласных с разводом. Здесь всплывает Александрова Слобода - "Родина страха" из эпохи Рюриковичей.
Царём юридически Василий Иванович не стал, но восточные партнёры и некоторые церковники уже начали величать царём, Римский Папа сулил королевский статус. Василию Ивановичу расширить границы, вернуть Смоленск. ВИ запустил механизмы карьерных лифтов от окольничего до боярина для обновления Боярской думы, сократил число уделов, уменьшив шансы на узурпацию власти своего сына со стороны его дядьёв, хотя ранняя смерть сыграла в росте влияния Боярской Думы, борьбу сына уже с ней, а впоследствии уже к династическому кризису, но в прочем это уже совсем другая история.

Александр Филюшкин
4,6
(18)

Сначала о названии рецензии: это слова о Василии III посла Священной Римской империи Сигизмунда фон Герберштейна из его «Записок о Московии».
Теперь непосредственно о книге: «Воды ни о чём» в этой книге я не заметил. У Александра Ильича книга удалась. На некоторых аспектах этой книги я решил остановиться поподробней. Особенно в понятии возникновения корней той «кондовой русофобии», которая цветёт сегодня в ЕС. Я думаю, что Филюшкин прав, корни современной русофобии тянутся из начала XVI века, именно тогда Русью правил Василий III. Я вообще думаю, что ростки русофобии тянутся из времён Александра Невского. Как-то в интернете я наткнулся на шуточное выражение: в 1242 году Русь на Чудском озере отказалась вступать в Евросоюз.
Главу о возникновении русофобии в Европе автор начинает с цитирования одного американского историка:
В книге американского историка Ларри Вульфа, посвященной истории постижения Западом самобытных и своеобразных культур народов Восточной Европы в XVIII веке, содержится примечательная мысль: «Если бы России не было, Западу следовало бы ее выдумать»
И далее:
Дело в том, что как раз в то время (начало XVI века) в Европе начиналась Реформация (отделение от католицизма различных форм протестантизма), в это же время папам римским напели в уши бравурных вестей всякие купцы, торгаши, послы различных стран и прочие проходимцы, которые проходили по московскому княжеству. О чём вести? А о том, что «эти русские спят и видят себя у подножия ватиканского престола, лобызающими папские туфли». И папа Лев Х купился-таки на эту байку и прислал буллу Василию III с намёком, что пора уж Руссии влиться в стройные ряды римских прихожан. Но Василий III талантливо этот намёк заболтал и перевёл его в стадию «переговоров о переговорах». И с тех пор из России лепят все, кому не лень «жуткую варварскую Азию».
Ещё одно место мне в книге очень понравилось и называется оно – «Оршанский реванш», о том, как поляки русских победили, и начинается этот рассказ очень бравурно:
Никаких ассоциаций с сегодняшней реальностью? Тогда, в XVI веке – Польша защищала Европу, а сегодня, в XXI веке – украинские добровольцы...
Далее ещё сказочней и «страньше», а именно:
Рассказ о 80 тысячах московитов – это сказки, с двух сторон участвовало не более 25 тысяч бойцов, о чём есть достаточно убедительные расчёты в книге, кстати ничего, кроме морального удовлетворения поляки от этой победы не получили – потерянный раннее, летом этого же года Смоленск они не вернули. Ну, и как говорится «вишенка на торте» из сегодняшних реалий:
Это только два, наиболее понравившихся мне места из книги, но постоянные«шпильки» в сторону Ивана VI (будущего Грозного) и недостаточная проработанность концепции «Москва – третий Рим» не позволили мне поставить высший балл.
Там ещё был целый детектив с «делом Максима Грека», драма с разводом Василия III, трагедия болезни Великого князя и смерть.
P.S.: я не стал пересказывать всю книгу – будет неинтересно читать после такого пересказа.
P.P.S.: и последнее – как только не называли нашу Русь всякие проходимцы – и Сарматия, и Скифия, и Роксолания, и Руссия, и Московия и т.д. и т.п.

Александр Филюшкин
4,6
(18)

Если коротко то книга удалась. Хорошая структура с уместными отступлениями, подробное описание военных и дипломатических событий, религиозных аспектов, взвешенный подход и всесторонний анализ основных спорных моментов правления Василия III (развод, отцовство Ивана IV, процесс над Феофаном Греком, кабальная присяга и др.). Написано все это доступным, местами к месту эмоциональным языком. Автор грамотно и вовремя ввернул в книгу достаточно оригинальное видение проблемы непонимания Европа-Азия. Идея интересная и для обсуждения и споров весьма продуктивная. Несмотря на то, что стиль у книги а-ля повседневная жизнь эпохи, в целом чтение оставило очень позитивное впечатление. Ну и качество изданий ЖЗЛ как всегда на высоком уровне.

Александр Филюшкин
4,6
(18)

Власти, как уже говорилось, относились к местничающим дворянам без симпатии. Взыгравшие амбиции отдельных сановных индивидуумов могли спутать все карты, сорвать воинский поход (раз воеводы отказываются «брать списки», то кто будет командовать войском?). Поэтому довольно рано, как раз в конце правления Ивана III и при Василии III, возникает практика назначений «без мест». В отдельных случаях, когда возиться со взыгравшей воеводской гордыней было совсем неуместно и некогда, поход объявлялся «без мест», то есть данные служебные назначения делались без учета иерархии родов и в дальнейшем не считались в будущих местнических спорах как прецеденты. Первый известный нам поход «без мест» датируется 1495 годом (поход русской армии под Выборг). А первое употребление термина «безместно» датируется уже временем Василия III, 1506 годом, при назначениях в поход под Казань. Хотя основное развитие «безместные» назначения получили начиная с 1530-х годов.

Оставив высокие научные гипотезы, просто опишем, как выглядел местнический порядок. При назначении на ту или иную должность служилый человек получал грамоту об этом назначении — так называемые «списки». Грамота не носила персонального характера, это был документ о назначении всех должностных лиц, связанных с данной акцией (списки воеводских назначений в полки в планируемом походе, списки посольства и т. д.). Чаще всего это была выписка из разрядных книг (особых книг, содержавших перечни служебных назначений, которые составлялись в специальном ведомстве — Разряде, с середины XVI века — Разрядном приказе). Дворянин, таким образом, сразу же мог оценить, «выше» и «ниже» представителей каких родов он оказался и соответствует ли это положению его рода, нет ли «порухи чести». Среди воеводских назначений была своя иерархия. Выше всех стоял первый воевода большого полка. Второй воевода большого полка в местнической иерархии был равен первому воеводе полка правой руки или передового полка (в разных разрядах последовательность разная, и полку правой руки иной раз бывал равен передовой полк, а иногда их располагали последовательно). Воеводы сторожевого полка считались следующими по значению, но всячески пытались оспорить это положение, тем более что в походах передовой и сторожевой полки часто сливались. Ниже всех находились воеводы полка левой руки.
Если новоиспеченного воеводу устраивало назначение, он «брал списки» и отправлялся на войну. Если же нет — вот тут и начиналось самое интересное для дворян и самое неприятное для властей. Сын боярский не брал списков с назначением, отказывался исполнять порученную службу и просил возбудить дело и пересмотреть решение — «меньше такого-то мне быть невместно». Власти подобные иски терпеть не могли, называли «дурованием», но были вынуждены «давать счет», то есть рассматривать аргументы сторон, почему они не могут принять данного назначения (в основном это были перечисления служб предков, кто и когда был кого «больше»).
У нас нет подробных данных для эпохи Василия III, но нет оснований считать, что она чем-то принципиально отличалась от более позднего времени. По подсчетам американского историка Н. Коллманн, из 1076 местнических дел XVI–XVII веков истцы выиграли всего 14. Жалкий один процент! То есть государь практически никогда не менял решений. Лишь в 24 процентах случаев — и это, видимо, надо считать победой истца — объявлялось безместье или проблемы спорщиков решались как-то иначе (обещанием властей решить дело после службы, переподчинением истца непосредственно первому воеводе, отставкой, новыми назначениями и т. д.)[64]. Истец при этом нередко страдал лично, отставки сопровождались опалами, но зато он не допускал создания прецедента. Назначение на должность, влекущее «поруху чести» для всего рода, не состоялось — это было главным. До личной ли судьбы тут…

Низкий уровень делопроизводства был обусловлен общей деловой культурой. В России была слабо развита феодальная земельная собственность. Преобладала не собственность, а владение, то есть временное земельное держание, полученное за службу. Если человек получал его за конкретную службу на определенный срок — это называлось поместьем, если же земля давалась за службу представителям рода, фамилии на неопределенный срок и переходила по наследству — вотчиной. На практике, конечно, все было сложнее. И вотчины отнимались через короткий срок, и поместья фактически переходили от одного представителя рода к другому — служили-то все. Но в любом случае это была не собственность: вплоть до 1785 года(!) в России не существовало закона, охранявшего право собственности. Государство в любую секунду могло на совершенно законных основаниях конфисковать земли в свою пользу.Лишь в 1785 году в «Жалованной грамоте дворянству» Екатерины II будет сказано, что дворянская земельная собственность священна и может быть отнята только по решению суда, если дворянин совершил преступление против государства. А раз так — то отношение к документам о земельных правах было соответствующим. Именно право собственности порождает большие бюрократические процессы и комплексы документов вокруг объектов собственности. Так было в Европе. В России же социально-правовая почва оказывалась иной. В условиях, когда все решает государева воля, в большом количестве документов просто не было нужды.















