Книга Рабиновичей

Книга Филиппа Бласбанда - это классическая сага, повествование о еврейской семье, в котором отразилась вся история XX века. Тринадцать новелл. Тринадцать жизней. Тринадцать Рабиновичей - от самого старшего, опустившегося и потерявшего веру хасида, которого ангел предупредил о грядущем погроме, до самого младшего - младенца со странным именем Али Рабинович, плода любви тихого араба и еврейки, помещенной в сумасшедший дом собственной семьей.

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

978 ₽829 ₽

Купить-16%

Бумажная

978 ₽829 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

3,9

30 оценок

5
27%
4
43%
3
30%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 33Хотят прочитать 61

Рецензии

countymayo21 сентября 2013 г.
В иудейской традиции слово "тысячник" имеет сугубо негативные коннотации. Согласно преданию, каждый из нас имеет ум и глупость, намешанные в разных пропорциях. Дабы помочь избранному народу выжить вне Израиля, Всевышний забрал у девятисот девяноста девяти евреев из тысячи их глупость, оставив только ум. Но собранную глупость куда-то надо было деть, и её отдали тысячным по счёту. Они и получили название "тысячники".
Залман, родоначальник странной династии Рабиновичей, - типичный "тысячник". Его бестолковость идёт в сравнение только с его неудачливостью. Вот о нем вспоминает его жена, единственная женщина, его, неспособного к любви, любившая:

Когда при мне говорят, что евреи-де умнее гоев, я вспоминаю его: Залман никогда не мог войти в дверь, не стукнувшись о притолоку; каждый вечер ему надо было вспоминать, зачем нужна кровать, как лечь, как укрыться, как уснуть; он даже помочиться, тем паче погадить в уборной не мог, не замаравшись: Залман Рабинович был весь в мыслях о своем цадике и о своих книгах, а это куда больше, чем могла вместить его убогая голова.

Они вообще очень шолом-алейхемовская парочка, эти Лея с Залманом, но Залман, хоть и дурак дураком, а однажды подумал некую мысль и немного погодя совершил некий поступок.
А если вы спросите, какой поступок, так я не отвечу. Я не знаю.
Я прочла несколько версий одного и того же поступка, включая версию Залмана, который, заметьте, этого поступка не пережил, и я ни одной не верю. Или верю всем, а это в принципе одно и то же. Каждый из тринадцати Рабиновичей излагает собственную версию правды. Не то чтоб подредактированную, но... каждый же способен воспринять только то, что способен воспринять.

Реальность можно выдержать, только если она не вся дана в ощущениях. Или дана не вся сразу.
Зофья Налковская.

Вот есть две сестры, одна жёсткая и идейная коммунистка, другая сочная красавица, на которую любуются все вокруг, - которая из них праведнее? Не знаю, и автор не знает.
Вот есть мужчина, он то ли герой, то ли вор и патологический враль, то ли одно, другое и третье вместе - кто он? Не знаю, и автор не знает. Возможно, вообще убийца.
Вот есть трое (а может быть, даже и четверо) - кто из них отец этому мужчине? Не знаю, и автор не знает.
Как утверждает Натан, самый вменяемый из Рабиновичей, целый эпос, целая летопись, абсурдная и разрозненная мозаика. Пробелы заполняются ложью. Ложь конкурирует с правдой. Версии то противоречат друг другу, то сливаются в одну. А есть ли вообще разница между правдой и ложью? Ну, какое имеет значение, кто кому отец, кто что украл, кто кому соврал и кто с кем целовался? Через пятьдесят лет это, поверьте, ни единую живую душу интересовать уже не будет.
И в то же время всё учтено, ничто не забыто, и в свой срок каждое действие и бездействие определённым образом отзовётся. Повторится в виде фарса. Или в виде новой трагедии.
Наверное, мудрее всех Мартина, которой по наследству перешло блаженное безумие деда Залмана и его уникальная способность выстрадать все страдания в один миг. Шизофреничка Мартина, чокнутая Мартина, Мартина - "В сумасшедшем доме быть сумасшедшим нормально". Мартина-мать. Мать нового маленького Рабиновича, которого, в несколько постмодернистском вкусе, зовут Али. Чем плохо? У "Книги Рабиновичей" счастливый конец. В том смысле, что "Книга Рабиновичей" ничем не кончается.
Читать далее
56
573
sireniti3 октября 2017 г.
Давняя история
Если вы любите скелеты в шкафу, мрачные тайны, неожиданные повороты сюжета, накал страстей и эмоций,- то вам точно не сюда.
Проходите мимо, если вы не любите читать о евреях, потому что эта самая что ни есть еврейская книга.
Я даже сейчас слышу их знаменитый, ни с чем не сравнимый говор.
Теперь, когда закрыта последняя страница, мне кажется, они все вместе снова и снова рассказывают мне свою историю.
- Перестаньте! Угомонитесь! Давайте по одному. В книге то вы это сумели. Я вас услышала. Придётся и вам меня послушать.
А что я могу сказать? Удивили так удивили. Снова клан, семья. Снова один за всех и все против одного, и снова от ненависти до любви... не угадали, не шаг, десятилетия.
Очень необычно. Хочется сказать, что очень по-еврейски, да толком и сама не знаю, как это. Просто делаю вывод из опыта прочитанных книг.
Книга-исповедь, книга-факт, книга-откровение. Семейная сага рассказанная членами нескольких поколений семьи. "Обращаться бережно! Целый эпос, целая летопись, абсурдная и разрозненная мозаика. Пробелы заполняются ложью. Ложь конкурирует с правдой. Версии то противоречат друг другу, то сливаются в одну."
Каждый из 13 рассказчиков имеет собственное мнение, или собственный взгляд на некоторые вещи.
Их история началась давно, ещё когда глава семейства Залман Рабинович, пожертвовал собой и спас жену и троих детей от погромов. Для него это был поступок, учитывая, что до этого он скитался бог знает где, пил и шлялся по бабам.
Ну а семья спаслась и осела в Бельгии. Впереди у них была жизнь, насыщенная событиями. Рождение ещё одного ребёнка, вопрос отцовства которого каждый трактовал по-своему.
Свадьбы, рождение детей, смерть мамы. Война, мир, работа.
Всё как у всех.
Евреи-коммунисты, евреи-сумасшедшие, евреи нетрадиционной национальности, евреи, не исповедующии религию... Оо! Это я там писала: "Всё, как у всех?" Погорячилась.
Кому-то предстояла долгая жизнь, кто-то был сражён беспощадной косой войны.
Новое поколение Рабиновичей становится всё более европейским. И если честно, от этого немножечко грустно. Теряется индивидуальность, в прошлое уходит то, что делает евреев евреями. Многие традиции, как и умершие родственники, теперь будут жить только в воспоминаниях. Но с этим ничего не поделать.
Одно только жаль. В книге очень красивые описания старых фотографий. Вот бы ещё и сами фотографии были.
Читать далее
36
140
Nina_M9 октября 2017 г.
Автор удивительно увлекательно рассказывает эти 13 историй. И звучат голоса представителей разных поколений одной семьи. Тема еврейства всегда особенная, но эта книга повествует о еврейской семье, к которой я (как читатель) еще не привыкла. Эта семья совершенно разобщенная. Несмотря на соблюдение традиций, многочисленные семейные вечера и праздники, эти люди чужие друг другу. Они не хотят принимать своих родных такими, какими они есть, вникать в их тревоги и помогать.
У каждого из Рабиновичей есть свои тайны и своя правда. Что-то потеряно вследствие прошедшего времени, что-то умышленно скрыто от потомков или выдумано. Различное восприятие одного и того же события создает некоторую свободу читательского толкования происшествий. И вот перед нами уже целая летопись одной семьи. Исповедь ли? Ложь?
Мне не хватало фотографий. Образы-то очень колоритные, здорово бы еще увидеть их.
Читать далее
19
92

Все рецензии

Цитаты

countymayo21 сентября 2013 г.
Если девушка мила собой — это хорошо, но красота — кому она нужна? Не сродни ли она увечью, как кривая нога, глухота или горб?
13
81
TibetanFox1 мая 2017 г.
Человек состоит из многих слоев, подобно матрешкам — русским куклам, которые вкладываются одна в другую, мал мала меньше, — и если верхние слои не хотят страдать, то в глубине, ближе к нашему сокровенному «я», сосредоточивается вся боль. Человек выглядит безмятежным, но там, внутри, он весь СТРАДАНИЕ...
9
72
countymayo21 сентября 2013 г.
Все мы любим тех, кого ни в коем случае любить нельзя.
8
18