Книга Рабиновичей

В иудейской традиции слово "тысячник" имеет сугубо негативные коннотации. Согласно преданию, каждый из нас имеет ум и глупость, намешанные в разных пропорциях. Дабы помочь избранному народу выжить вне Израиля, Всевышний забрал у девятисот девяноста девяти евреев из тысячи их глупость, оставив только ум. Но собранную глупость куда-то надо было деть, и её отдали тысячным по счёту. Они и получили название "тысячники".

Залман, родоначальник странной династии Рабиновичей, - типичный "тысячник". Его бестолковость идёт в сравнение только с его неудачливостью. Вот о нем вспоминает его жена, единственная женщина, его, неспособного к любви, любившая:

Они вообще очень шолом-алейхемовская парочка, эти Лея с Залманом, но Залман, хоть и дурак дураком, а однажды подумал некую мысль и немного погодя совершил некий поступок.
А если вы спросите, какой поступок, так я не отвечу. Я не знаю.
Я прочла несколько версий одного и того же поступка, включая версию Залмана, который, заметьте, этого поступка не пережил, и я ни одной не верю. Или верю всем, а это в принципе одно и то же. Каждый из тринадцати Рабиновичей излагает собственную версию правды. Не то чтоб подредактированную, но... каждый же способен воспринять только то, что способен воспринять.

Вот есть две сестры, одна жёсткая и идейная коммунистка, другая сочная красавица, на которую любуются все вокруг, - которая из них праведнее? Не знаю, и автор не знает.
Вот есть мужчина, он то ли герой, то ли вор и патологический враль, то ли одно, другое и третье вместе - кто он? Не знаю, и автор не знает. Возможно, вообще убийца.
Вот есть трое (а может быть, даже и четверо) - кто из них отец этому мужчине? Не знаю, и автор не знает.
Как утверждает Натан, самый вменяемый из Рабиновичей, целый эпос, целая летопись, абсурдная и разрозненная мозаика. Пробелы заполняются ложью. Ложь конкурирует с правдой. Версии то противоречат друг другу, то сливаются в одну. А есть ли вообще разница между правдой и ложью? Ну, какое имеет значение, кто кому отец, кто что украл, кто кому соврал и кто с кем целовался? Через пятьдесят лет это, поверьте, ни единую живую душу интересовать уже не будет.
И в то же время всё учтено, ничто не забыто, и в свой срок каждое действие и бездействие определённым образом отзовётся. Повторится в виде фарса. Или в виде новой трагедии.

Наверное, мудрее всех Мартина, которой по наследству перешло блаженное безумие деда Залмана и его уникальная способность выстрадать все страдания в один миг. Шизофреничка Мартина, чокнутая Мартина, Мартина - "В сумасшедшем доме быть сумасшедшим нормально". Мартина-мать. Мать нового маленького Рабиновича, которого, в несколько постмодернистском вкусе, зовут Али. Чем плохо? У "Книги Рабиновичей" счастливый конец. В том смысле, что "Книга Рабиновичей" ничем не кончается.

Если вы любите скелеты в шкафу, мрачные тайны, неожиданные повороты сюжета, накал страстей и эмоций,- то вам точно не сюда.
Проходите мимо, если вы не любите читать о евреях, потому что эта самая что ни есть еврейская книга.
Я даже сейчас слышу их знаменитый, ни с чем не сравнимый говор.
Теперь, когда закрыта последняя страница, мне кажется, они все вместе снова и снова рассказывают мне свою историю.
- Перестаньте! Угомонитесь! Давайте по одному. В книге то вы это сумели. Я вас услышала. Придётся и вам меня послушать.

А что я могу сказать? Удивили так удивили. Снова клан, семья. Снова один за всех и все против одного, и снова от ненависти до любви... не угадали, не шаг, десятилетия.

Очень необычно. Хочется сказать, что очень по-еврейски, да толком и сама не знаю, как это. Просто делаю вывод из опыта прочитанных книг.

Книга-исповедь, книга-факт, книга-откровение. Семейная сага рассказанная членами нескольких поколений семьи. "Обращаться бережно! Целый эпос, целая летопись, абсурдная и разрозненная мозаика. Пробелы заполняются ложью. Ложь конкурирует с правдой. Версии то противоречат друг другу, то сливаются в одну."
Каждый из 13 рассказчиков имеет собственное мнение, или собственный взгляд на некоторые вещи.
Их история началась давно, ещё когда глава семейства Залман Рабинович, пожертвовал собой и спас жену и троих детей от погромов. Для него это был поступок, учитывая, что до этого он скитался бог знает где, пил и шлялся по бабам.
Ну а семья спаслась и осела в Бельгии. Впереди у них была жизнь, насыщенная событиями. Рождение ещё одного ребёнка, вопрос отцовства которого каждый трактовал по-своему.
Свадьбы, рождение детей, смерть мамы. Война, мир, работа.
Всё как у всех.

Евреи-коммунисты, евреи-сумасшедшие, евреи нетрадиционной национальности, евреи, не исповедующии религию... Оо! Это я там писала: "Всё, как у всех?" Погорячилась.
Кому-то предстояла долгая жизнь, кто-то был сражён беспощадной косой войны.
Новое поколение Рабиновичей становится всё более европейским. И если честно, от этого немножечко грустно. Теряется индивидуальность, в прошлое уходит то, что делает евреев евреями. Многие традиции, как и умершие родственники, теперь будут жить только в воспоминаниях. Но с этим ничего не поделать.

Одно только жаль. В книге очень красивые описания старых фотографий. Вот бы ещё и сами фотографии были.

Автор удивительно увлекательно рассказывает эти 13 историй. И звучат голоса представителей разных поколений одной семьи. Тема еврейства всегда особенная, но эта книга повествует о еврейской семье, к которой я (как читатель) еще не привыкла. Эта семья совершенно разобщенная. Несмотря на соблюдение традиций, многочисленные семейные вечера и праздники, эти люди чужие друг другу. Они не хотят принимать своих родных такими, какими они есть, вникать в их тревоги и помогать.
У каждого из Рабиновичей есть свои тайны и своя правда. Что-то потеряно вследствие прошедшего времени, что-то умышленно скрыто от потомков или выдумано. Различное восприятие одного и того же события создает некоторую свободу читательского толкования происшествий. И вот перед нами уже целая летопись одной семьи. Исповедь ли? Ложь?
Мне не хватало фотографий. Образы-то очень колоритные, здорово бы еще увидеть их.