Человек, который был Четвергом. Эссе

Прославленный роман английского классика - философская притча о свободе и порядке, отчаянии и надежде, поражении и победе. В книге публикуются и эссе, в которых автор исследует те же проблемы, что и в романе.

Рейтинг LiveLib

4,0

26 оценок

5
31%
4
46%
3
23%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 29Хотят прочитать 44

Рецензии

mmshotin16 марта 2014 г.
Перечитал короткую, но яркую фантасмагорию Честертона ( в отличном переводе явной поклонницы писателя - Н.Трауберг)
В моё издание (Иностранная Литература - 1989) кроме повести включены пара эссе (весьма занимательных) и послесловие все той же Трауберг.
Сама книжка вполне себе замечательная (фильм Темный рыцарь, кстати, мне эту книжку чем-то напомнил), рекомендую.
Но автор - либерал, даже либертарианец. Так что читать - с осторожностью.
2
103

Все рецензии

Цитаты

Artizarra15 апреля 2014 г.
– Мистер Сайм, – сказала она, – когда люди говорят так, как вы с братом, серьёзно это или нет? Вы действительно верите в то, что говорите?
Сайм улыбнулся.
– А вы? – спросил он.
– Я не понимаю… – начала она, пытливо глядя на него.
– Дорогая мисс Грегори, – мягко объяснил он, – и неискренность, и даже искренность бывают разные. Когда вам передадут соль и вы скажете: «Благодарю вас», верите ли вы в то, что говорите? Когда вы скажете: «Земля круглая», искренни ли вы? Всё это правда, но вы о ней не думаете. Такие люди, как ваш брат, иногда и впрямь во что-нибудь верят. Это половина истины, четверть истины, десятая доля истины, но говорят они больше, чем думают, потому что верят сильно.
Она смотрела из-под ровных бровей, лицо её было спокойно и серьёзно, ибо на него пала тень той нерассуждающей ответственности, которая таится в душе самой легкомысленной женщины, – материнской настороженности, старой как мир.
– Так он ненастоящий анархист? – спросила она.
– Только в таком смысле, – сказал Сайм. – Если можно назвать это смыслом.
Читать далее
1
40
Artizarra15 апреля 2014 г.
– Против Бога! – крикнул Грегори, и глаза его загорелись диким пламенем. – Разве дело в том, чтобы отменить десяток-другой деспотических и полицейских правил? Такие анархисты есть, но это жалкая кучка недовольных. Мы роем глубже, удар направляем выше. Мы хотим снять пустые различия между добром и злом, честью и низостью – различия, которым верны обычные мятежники. Глупые, чувствительные французы в годы революции болтали о правах человека. Для нас нет ни прав, ни бесправия, нет правых и неправых.
0
34
Artizarra15 апреля 2014 г.
– Вы сказали, – отвечал поэт, – что я несерьёзен, когда именую себя анархистом.
– Серьёзность бывает разная, – возразил Сайм. – Я никогда не сомневался в вашей искренности. Конечно, вы считали, что ваши слова важны, а парадокс напомнит о забытой истине.
Грегори напряжённо и мучительно всматривался в него.
– И больше ничего? – спросил он. – Для вас я просто бездельник, роняющий случайные фразы? Вы не думаете, что я серьёзен в более глубоком, более страшном смысле?
Сайм яростно ударил тростью по камню мостовой.
– Серьёзен! – воскликнул он. – О, Господи! Серьёзна ли улица? Серьёзны ли эти несчастные китайские фонарики? Серьёзен ли весь этот сброд? Гуляешь, болтаешь, обронишь связную мысль, но я невысоко ценю того, кто не утаил в душе чего-нибудь посерьёзней слов. Да, посерьёзней, и не важно, вера ли это в Бога или любовь к спиртному.
Читать далее
0
26