
"10 рекомендованных non-fiction книг от интересных людей"
BONNA_BANANA
- 125 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Главный плюс книги: в одной из глав автор довольно интересно анализирует "Билли Бадда" Мелвилла. А чуть позже вскользь рассказывает о Великом инквизиторе Достоевского. Вот чего-чего, а вполне приятного, хоть и поверхностного, литературного анализа я точно не ожидала, поэтому далее к книге была предвзято благосклонна.
Чем-то фундаментальным или серьёзным книга точно не является — по сути, практически все повествование — это цитаты деятелей американской и французской революций. Забавно, что автор фокусируется только на этих двух — а про остальные говорит буквально пару слов и то раз в пятьдесят страниц. Так что освещение темы довольно посредственное. Базовое, цитаты неплохо подобраны — но это уровень какого-то университетского непрофильного учебника, где и сказать нужно о самом важном, но и слишком много писать не выходит — программа не позволяет.
Сборником цитат Робеспьера, Сен-Жюста, Джефферсона, Гамильтона и прочих... Да тоже книга не является. Условной "воды на тему" довольно много и плыть через неё довольно тяжко. Кроме того, автор пишет так, будто уверена, что читатель всех этих людей знает, но забыл конкретные цитаты — так что готовьтесь к километровым сноскам с переводом, но для представления некоторых личностей не найдут даже одного слова. Так вспоминайте и думайте, о чем речь. Особенно забавно это выглядит, когда сходу и без минимальных напоминантй о сюжете анализируется "Билли Бадд" — откровенно не самое популярное произведение Мелвилла.
Учебником? Точно не является, слишком все размазано и порой непонятно, в какую степь унесло автора. Интересные мысли автора? Бывают, но выловить их в общем потоке — очень сложно. Пособием для историков? Это печально, если профильные историки действительно найдут что-то для себя новое — ибо все цитаты в книге откровенно заезженные и популярные. Прочти пару других книг о ВФР и Войне за независимость — и эта книга ничем не сможет удивить. Разве что редкостной занудностью. А читать данную книгу без "базы" в эпохе и вопросе, наверное, очень уныло. Лучше просто пройтись по списку в конце, выписать из сносок первоисточники и ознакомиться лично. Мне кажется, что даже трактаты Сен-Жюста читается приятнее и проще, чем эта книга.
Людям, которые хотят что-то вроде научпопа — занудно, и с темой лучше знакомиться с более авторитетного. Кому вообще можно рекомендовать — не знаю. Практически всегда будет вариант лучше и точнее отвечающий на запрос читателя.
Однако не в каждой научной книге встретишь Мелвилла, революции и Достоевского в одном абзаце — да и параллели с Каином и Авелем интересные. За это и ставлю книге твердую четвёрку — хотя не уверена, что эта оценка отражает её содержание.

Всё смешалось в этой книге: Локк, Маркс, Смит, Макиавелли, Наполеон... Это какой-то долбаный цитатник разных знаменитых политиков и политологов.
Умозаключения автора теряются в этом супе из чужих воззрений.
Мне напомнило дипломную работу не радивого студента, который понадергал чужих мыслей, как петрушки в огороде и пытается толкнуть сей салат или сборную солянку за своё уникальное и неповторимое.
Читается с трудом. Осмысляется с ещё большим трудом, при том что всех этих уважаемых, трепетно цитируемых автором ребят, я давно читала по одиночке и скопом, обучаясь в университете. И их книги вполне себе озорные и весёлые.
Авторская солянка сакральным шёпотом сообщает читателю, что революция и война тесно связаны. Ну как связаны. Революция иногда приводит к войне. А война к революции. Но это не обязательно. Не всегда. И не точно.
Автором взята только европейская революционная традиция и американская революция, когда Америка отженилась от метрополии и захотела стать владычицей морскою, свободы то есть захотела. Что в контексте взятой темы ущербно и однобоко. Где Азия? Где Восток?
При этом тема сисек свободы в сей Солянке не раскрыта, есть дохлые попытки объяснить через цитатки всяких пафосных и знаменитых, но чёткого понимания нет.
Кому порекомендовать эту книгу? Упоротым историкам в качестве галлопа по европам. Будущим писателям в данном контексте для примера как не надо писать подобную литературу.
Больше никому не пожелаю продираться через нагромождения цитат, лучше первоисточник прочесть.
Встречались мне книги с историческим анализом и сложной проблематикой, при этом стиль изложения и структура самой книги были таковы, что сразу просекаешь: автор шарит в своей теме, как никто другой, автор любит свою тему и так зажигательно повествует то, что ему удалось накопать, что просто беллисимо, читатель проникается и рукоплещет.
Здесь случай обратный.
Хлебала сборную солянку по причине Долгой Прогулки, а не гастрономической склонности. ДП -2022, команда Как два пальца.

"Не осилила", хотя честно дочитала до конца. Очень трудная для понимания книга.
В основном автор сравнивает американскую и европейские (французскую, русскую и т.д.) революции. Вероятно, сказалось то, что я мало знакома с американской историей вообще и революцией (основанием государства) в частности. В связи с этим рассуждает о политике вообще, об истоках власти, легитимности и авторитета.
Несмотря на общую непонятность, несколько интересных мыслей я все-таки почерпнула, над некоторыми проблемами задумалась. Так что, возможно, более подготовленному читателю книга покажется стоящей внимания.

И изобилие, и безграничное потребление - это идеалы бедных, они - мираж в пустыне нищеты. И в этом смысле изобилие и нищета - две стороны одной медали; узы необходимости вовсе не обязательно должны быть выкованы из железа, они могут быть сделаны и из шелка. Свобода и роскошь всегда считались несовместимыми, и современные попытки приписать настоятельные призывы отцов-основателей к умеренности и "простоте нравов" (Джефферсон) их пуританскому презрению к мирским удовольствиям гораздо больше свидетельствуют о неспособности понять свободу, чем о свободе от предрассудков. "Роковая страсть к быстрому обогащению" никогда не была пороком чувственных натур; она была мечтой бедных. В Америке эта мечта была распространена практически с самого начала ее колонизации, так как уже в XVIII веке эта страна была не только "землей свободы, обителью добродетели и убежищем угнетенных", но также и землей обетованной для тех, кого условия жизни вряд ли подготовили к восприятию свободы и добродетели. Та постоянно растущая опасность, которой в Америке область политики подвергается со стороны потребительского массового общества, есть не что иное, как возмездие за бедность в Европе. Тайная мечта бедняков - не "каждому по потребностям", но "каждому по его желаниям". И если верно, что свободу могут получить только те, чьи потребности удовлетворены, столь же верно и то, что она обходит стороной тех, кто живет исключительно ради удовлетворения собственных желаний. "Американская мечта" в том смысле, в каком ее стали понимать под влиянием массовой эмиграции XIX и XX веков, не имела ничего общего ни с мечтой американской революции об основании свободы, ни с мечтой французской революции об освобождении человека.

В этой связи наиболее существенной кажется мысль, что Америка, во зло или во благо, с самого начала была и остается предприятием европейцев. Не только американская революция, но и все имевшее место до и после нее "было событием внутри атлантической цивилизации как единого целого"[235]. Подобно тому, как победа над бедностью в Америке серьезно отразилась на ситуации в Европе, нищета, столь долго определявшая жизнь низших классов в Европе, оказала значительное влияние на ход событий в Америке после революции. Основание свободы предваряло освобождение от бедности, так как дореволюционное процветание Америки, достигнутое за сотни лет до того, как массовая эмиграция конца ХVIII - начала XX века стала ежегодно выносить на ее берега сотни тысяч и даже миллионы представителей беднейших классов Европы, являлось, по крайней мере отчасти, результатом продуманных и последовательных усилий по освобождению от бедности, подобных которым страны Старого Света никогда не знали. Эти усилия, эта рано проявившаяся решимость справиться с казавшейся вечной нищетой, являются одним из величайших достижений западной истории и истории человечества в целом. Неприятный момент заключался в том, что под влиянием непрекращающейся массовой эмиграции из Европы борьба за искоренение бедности все больше и больше становилась зависимой от самих бедных, оказавшихся во власти представлений и идеалов, порожденных бедностью, а не принципов, вдохновлявших основание свободы.

Как мы видим сегодня, эта альтернатива между свободой и процветанием вовсе не была четко очерчена и однозначно понята как основателями американского государства, так и французскими революционерами, однако из этого не следует, что этого вопроса не существовало. Не только различие, но и антагонизм между теми, кто, по словам Токвиля, якобы "любил свободу", а на самом деле "лишь ненавидел своего господина", и теми, кто знал, что Qui cherche dans la liberte autre chose q’uelle-meme est fait pour servir[231][232], присутствовали всегда.













