Вечная эйфория. Эссе о принудительном счастье

Ученик Ролана Барта и автор диссертации о сексуальной эмансипации в утопической мысли Шарля Фурье написал очень качественную и разноплановую работу об истории восприятия счастья. Счастье - это нечто, к чему мы так стремимся и чего жаждем каждую секунду жизни. Смотришь в глаза проходящего мимо усталого человека, побитого жизнью и государством, а глаза его вопят: "Хочу счастья!", губы шепчут: "Дайте мне в кои-то веки хоть толику счастья". Его мы желаем каждый раз, когда на биологических часах очередного homo sapiens лопается еще одна струна прожитых лет, свидетельствующих о постепенном увядании и грядущем закате. Счастьем тычем в лицо раздражающим нас унылым людям, пахнущим тоской и одиночеством. Счастье, счастье, счастье. Одновременно что-то бесценное и невероятно эфемерное.

О счастье мы постоянно вспоминаем и размышляем. Только что же это такое? Если распечатать каждое определение счастья, созданное с начала человечества, можно из этих бумажек построить хороший мост до середины Днепра. С каждым веком мы все больше вопим, требуем счастья, подходя к нему со своими определениями, пытаясь распространить свое субъективное счастье даже на не относящиеся к нему вещи. И забываем о том, что быть-то счастливым постоянно не нужно. Счастье чем-то напоминает Зло в христианской мифологии, наличие которого объяснялось необходимостью делать добро более добрым. Счастливы мы именно потому, что часто чувствуем себя несчастными. И несчастны мы из-за того, что хотим быть счастливыми, но не всегда можем.

Паскаль Брюкнер подметил очень много важных моментов, связанных с нашим восприятием счастья, но начать анализ хотелось бы все же с моей любимой части - углубления в историю темы. Оттолкнувшись от "золотого века" счастья - Античности с ее гармонией между человеком и природой, французский писатель переходит к рассмотрению представлений о счастье с позиции христианства с его догматами, мировоззрением и основными идеями. При этом Брюкнер делает больше упор на рассмотрение восприятия страданий, жизненного антагониста вожделенного счастья. Как можно понять, страданий было много, а вот счастья - мало, ибо достичь его можно, согласно концепции, только после смерти с попаданием в Эдем. При этом надо проживать отпущенное время в постоянном страхе перед будущим, терпеть страдания в настоящем. Незавидная участь. Чтобы как-то смириться с таким обилием страданий, из него делают культ, им упиваются, его превозносят.

Романтики пера и шпаги - просветители - меняют отношение человека к счастью, превращая его из подарка в обязанность каждого. Теперь не нужно отпущенный срок проживать в надежде на потустороннее счастье, которое отныне надежно поселилось на нашей бренной земле, где каждый может почти потрогать его руками. Счастье становится доступным здесь и сейчас, без отсрочек. Жизнь перестает быть наказанием, изменяя наше отношение к телу, отношение к своему комфорту. Зачем всю жизнь проводить в ожидании нового мира, когда можно просто поменять старый?

И люди новой эпохи стали включать счастье в свои доктрины, произраставшие обильным цветом на интеллектуальной почве 18 - 20 веков, шантажируя им, соблазняя и толкая на ужасные свершения. Всемирное счастье стоит любых жертв. Из вопросов невещественных общество с развитием капитализма переходит к подмене понятий. Да здравствует эра потребительского счастья! Из чего-то, ожидать которое требовалось так много лет, счастье превратилось в вопрос кредитоспособности.

Историческая часть с анализом предпосылок, идей, последствий выполнена превосходно, тут остается только похлопать стоя. В каждую главу встроены вставки, не относящиеся непосредственно к заявленной теме, но опосредованно раскрывающие отношение разных поколений к счастью. Они интересны, хотя и рандомны.

Еще мне понравилась культурологическая часть - сравнения между американской и европейской цивилизационными моделями, образами счастья и культурными различиями, что также прекрасно покоилось на фундаменте историзма. Где-то от удовольствия замурлыкал Ленин.

Что немного выбивалось из колеи и слегка понизило мою читательскую потенцию, так это отголоски и проблески авторских рассуждений, которые после качественного анализа походили на разрывы хорошей радиопередачи вставками из разговоров двух дряхлых мыслителей на лавочке. Это эссе оказалось больше с уклоном в историю, чем в философию, поэтому редкие всполохи "оригинальных" мыслей как-то больно били по чувству наслаждения.

Уже с середины меня начал волновать вопрос, а будет ли при всей этой критике и анализе проблем восприятия какой-то конструктив. Уж если взялся за критику, то тут волей-неволей надо предложить что-то свое, сыграв в русскую рулетку с будущим. Брюкнер отказался это делать, подведя мысль к тому, что современное поколение уже нашло относительно приемлемую концепцию счастья в поддержке друг друга, единении и прочей чуши вроде этой. И его заключительная мысль проста и непритязательна будто арбузная корочка - чтобы быть счастливым, надо просто не думать о счастье. Ну, окей. Хотя вряд ли кто-то попутает это размышление о счастье с какой-то очередной мотивационной книгой о том, как стать счастливым, так что за ответами не придет, Брюкнера с ножом преследовать не будет в бесплодном поиске ответа.

Иногда у меня холодок пробегает по коже, когда я думаю о всем том, что люди делали во имя чистого мифа, довлеющего над человеческими умами десятками веков. Теперь мне стало еще холодней от того, что, если мы даже переживем один миф, стремление к счастью никуда не денется, а ради него мы пойдем на многие жертвы.

чем больше счастья мы желаем тем хуже будет нам потом а так прекрасно обернуться котом

Говорят, "не родись красивым, а родись счастливым". Однако, можно ли родиться счастливым или таковым можно только стать?

Эссе о счастье Паскаля Брюкнера рассказывает о том, как изменилось счастье за последние стисто лет. От стремления получить желаемое после смерти люди перешли к поиску счастья при жизни. Но сколько бы времени не прошло, некоторые моменты остались неизменными: 1) абсолютного счастья мы так и не достигли; 2) вне зависимости от времени погоня за счастьем всегда имела налет некого помешательства, порой доходящего до крайности; 3) критерии счастья для индивида диктовало общество.

Автор очень интересно и подробно описывает изменения отношения к счастью. Меня особенно зацепили рассуждения о том, что счастливыми мы должны быть из вежливости к окружающим и что порой люди несчастны только от того, что не чувствуют себя счастливыми. Брюкнер в своей работе показывает, что находиться постоянно на пике положительных эмоций невозможно, да и не нужно. Соглашусь с ним. Отрицательные эмоции необходимы для баланса. К тому же счастье порой является не чем-то сверх приятным, его можно испытать и в покое. С идеей о том, что счастье во все времена делали целью жизни и ставили во главу угла, тоже соглашусь. Сколько бы человек не жил, он постоянно будет искать тот философский камень, что превратит железо в золото, а жизнь - в конфетку. За постоянной гонкой за чем-то эфемерным, люди забывают непосредственно жить и получать от этого процесса удовольствие. И, конечно, я соглашусь с утверждением автора о том, что что такое счастье люди часто узнают не из собственного опыта или ощущений, а от общества. В XVIII веке, например, условия счастья диктовала церковь, сейчас - реклама.

Паскаль Брюкнер затронул весьма важный аспект человеческой жизни и читать его труд приятно и познавательно. Для меня в книге был лишь один недостаток - язык. Мне он показался тяжеловат. Порой было ощущение, что я пробираюсь сквозь заросли леса: казалось бы, все слова понятны и мысль весьма прозрачна, а дорога все равно проходит очень медленно и постоянно тредует отдыха.

Довольно актуальное произведение на фоне огромного количества популярных нынче книг "Счастье изнутри", "Искусство быть счастливым" и прочее.. Автор прослеживает, как менялась идея "счастья" от средних веков до ХХ столетия.

как христианская система ценностей сменилась в век Просвещения светски-гедонистической, как по мере приближения к концу XX века укрепляется культ счастья, здоровья и успешности, тиранически управляющий современным миром.

Насколько разным было представление западного общества о столь (всегда) абстрактном понятии. "Запуганное" вечным страданием и перспективой достичь счастья (и всего, что с ним связано) только после смерти христианское общество до 18 века постепенно сменяется обществом, которое вменяет себе это состояние чем-то необходимым здесь и сейчас. "Будь счастлив или умри." Ты не счастливый? Ты не стремишься постоянно быть самым счастливым человеком на свете (без права на лёгкую грусть или не дай Бог слёзы!) - ты изгой современного общества. Брюкнер пишет, что нас лишают свободы выбора, да и собственно самой свободы. Он высмеивает идею "абсолютного и постоянного счастья", которая витает сейчас вокруг нас (мешая жить), как нечто абсурдное по сути своей. Нельзя быть перманентно счастливым, считает автор (и Фрейд, цитаты которого приведены в эссе). Современное общество забыло о невесомости и мимолетности этого состояния, поменяло местами понятия "счастье" и "удовольствие".

То, что мы называем счастьем, есть, в соответствии с самым точным смыслом этого слова, удовлетворение, обычно внезапное, какого-нибудь достигшего большой степени напряженности желания и , в силу самой своей природы, может быть лишь эпизодическим феноменом.

Кстати о цитатах - чтение немного усложняется огромным их количеством, хотя безусловно это только плюс работы. Культ счастья настолько давит на нас, что наоборот отдаляет нас от желаемого. Это уже не свободный выбор или искренне желание и состояние. Мы должны быть счастливыми, или должны производить впечатление счастливых. Брюкнер в совем эссе призывает вспомнить нас, что же такое счастье на самом деле, понять, что "вечная эйфория" - чувство, которое нам навязывают из вне, причем не из самых лучших побуждений. Автор подводит к тому, что нужно жить, не задумываясь о счастье, не гнаться за ним, смириться с его эфемерностью.

Словом, всегда и всюду относиться к нему как к вещи второстепенной, поскольку оно приходит лишь заодно с чем-то другим.