Портрет

О тверском писателе Л. Е. Нечаеве я уже писала вот здесь, и – от повторения истина не тускнеет – какие уникумы уходили в детскую литературу! В «становление личности подростка», в «пробудить в молодом поколении ответственность за свои поступки», в «нравственное возмужание» и «вступление в большую жизнь», как если бы до этого была малая. И какую искру Божью вносили эти писатели в темы, вызывающие оскомину при одном перечислении! Сюжет «Портрета» даже не типичен для советской литературы – архетипичен. «Свидание с Нефертити» Тендрякова так начиналось – талантливый сельский десятиклассник готовится к поступлению на худграф. Первый наставник, первая влюблённость, первое соперничество из-за девушки. Знаете, такой милый пейзаж, пряничные избушки, коньки на крышах. И недрогнувшей рукой Нечаев пишет приближающийся смерч. Отец Жени – алкоголик. В принципе, так ли уж необходимо грузить детей пьяным буйством и похмельным подлизыванием, патетическими зароками «Да никогда больше!» и новыми, новыми срывами, горькими слезами в подушку и неизбывным крестьянским стыдом? Но я от души жалею, что не прочла «Портрет» раньше, в школе. Ибо разделённое горе – половина утешения. Пусть даже от того горя не уйти, не убежать, не уехать, оно в крови, в генах.

И от кого он уедет — от слабых своих родителей? Он, сильный, он опора их и надежда...

Беда не в том, что Жене приходится выбирать, грубо говоря, на танцы идти с девочкой или пьяного папу из канавы доставать. Многие из нас, чертыхнувшись покрепче, махнув рукой, побрели бы вылавливать папу: надо по человечеству (Л.Н. Толстой). Беда в том, как Женя делает неизбежный выбор.

Он торопился, он шел и все оглядывался, а на повороте, в конце улицы, оглянулся еще раз и прошептал в темноту: — Тебя-то все любят... А его...

А какие подобные фразы в свой адрес вы можете вспомнить?

Ты умный, способный, всё и сам сможешь… А твой брат такой беспомощный, если его не поддерживать, он пропадёт, ты-то сам справишься. Ты сильная личность, я очень ценю общение с тобой. Но ей я нужнее. Прости. Ты молодая и здоровая, у тебя столько всего. А у мамы я один. Она не выдержит без меня. Так что давай наплюём на эту свадьбу, и я просто буду раз в неделю у тебя ночевать.

Если я утрирую, то очень мало. Зависимость и созависимость – не где-то у соседей, в эти патологические отношения может попасть любой из нас. Тема непарадная, невыигрышная, но актуальность её трудно преувеличить. Созависимость - это школа волшебников наоборот, это сизифов труд, только вместо камня – любимое и ненавистное, родное существо. Единственное, что категорически нельзя делать с созависимостью – её замалчивать.

Не раз и не два уже оказывалось: произведения советского времени читаются иначе, явно не в том ключе, в котором они задумывались и писались. Уверен, не планировал Нечаев создать психоаналитическую зарисовку. Его темы были понятны: противостояние городского и деревенского менталитетов, подлинного и потребительского отношения к искусству, максимализма молодости и сомнительной мудрости старших. Женин отец должен был вызывать сочувствие и возмущение, а не стремление посоветовать ему хорошего психолога.

В юношестве мы с этой книгой не встретились, вот только сейчас большой дядя открыл электронную книгу – и охренел.

Главный герой, деревенский мальчик Женя неопределённого возраста, склонен к следующему поведенческому пэттерну:

«Талька тоже решила работать без перчаток, как все, и, не зная, куда их деть, сунула Жене в карман. Женя, стыдясь самого себя, подумал, что хорошо бы достать их и спрятать за пазуху. Но как это сделать? В шутку — не мог, всерьёз — подавно, тайком же — не смел».

И так – все 127 страниц непрекращающейся маеты, которая очень похожа на диагноз. Не буду дальше цитировать его медицинскую карточку, но вообще-то деструктивизм – одна из основных тем повести. Женя хочет уничтожить свой знаменитый натюрморт, Хлебников в конце рвёт свою картину. Мы попали в милую компанию.

На самом деле я бы сказал, что герой «Портрета» - девушка Наталья, нимфетка и мадам Рекамье в одном лице, которая – к сожалению – в силу возраста и обострённой чувствительности не умеет пользоваться своими женскими талантами. Она ещё не уверена в себе и не знает, как вести себя после того, как жертва мужского пола клюнула. Женя не может на неё нормально отреагировать в силу постоянной занятости грызущей его рефлексией, галстука у мальчика нет. Любомир Фаддеич (для сравнения: Женин папа – Иван Петрович, ага?) не может на неё нормально отреагировать в силу того, что считает, будто всё и всех уже заслужил, и тальки должны автоматически укладываться перед ним штабелем. По счастью, девушка это понимает и поступает, как Чацкий с фамусовским обществом – повозку мне, повозку.

Вот и вся физика сочетания воздействия сил. Леонид Нечаев красиво, талантливо написал хорошую повесть. А закончить её нормально было выше возможностей: тема для советского времени неприличная, не дай Бог начнёшь разворачивать драматические отношения (Щербакова, правда, осмелилась, помните, у неё даже эротика промелькнула в «Отчаянной осени», но не Нечаев). Пришлось всех разогнать и под конец нарисовать какую-то подозрительную сцену семейного покоя, как будто мешали жить деревенским эти городские чучела. Несть жирафов в отечестве! По счастью, читателю тоже вскорости разрешается уехать.

В подростковой советской литературе имеется немало жемчужин, которые подлинно сияют в груде тусклых поделок-агиток. Найти их сложно, но когда это удается, то читатель может позавидовать самому себе, поскольку удовольствие в этом случае неизмеримо. Я бы не сказала, что эта небольшая повесть является той самой жемчужиной (автор, умело избежав подводных камней, на которые часто натыкались детско-подростковые писатели, увы, порой скатывается в откровенное сюсюканье), но то, что книга стоит особняком - это да. Недостатков здесь немного. Так, одаренный юноша-аутист у него выглядит порой былинным богатырем, этаким Ильей Муромцем, а порой - совершенным поуидиотом. Это первый минус. Второй: очень тусклые герои. Очень. Вторая сторона любовного треугольника по задумке, видимо, несла себе нечто мефистофельское (не зря же, в конце концов, юная столичная гостья, которая в свое время с мамой-балеруньей по заграницам поездила, в него влюбилась), перед глазами читателя предстает в виде обыкновенного, немного зажравшегося, нагловатого и хамоватого художника-ремесленника. Сама дама сердца тоже подкачала. Здесь автор совершает ошибку своих коллег: юная возлюбленная героя, конечно, красива, и, конечно, умна, как Сократ. Ладно, я в это, допустим, могу поверить. Но зачем было превращать ее в лолиточку, от которой офигевают абсолютно все?.. Ну и вообще, "массовка" подкачала. Я понимаю, что книга не о школьных буднях, а об одаренном подростке, но, какбэ, юноша-то не на необитаемом острове живет! Где люди? Люди где?.. Вылепить-то их вылепили, а душу вдохнуть забыли. Ну а в целом - очень и очень хорошо. Для "супер" мне не хватило той самой пронзительности, которая видна в произведениях некоторых, к сожалению, малоизвестных детских авторов.