Аленький цветочек. Три пояса

Эта сказка содержит один из каркасных сюжетов всей европейской культуры. Ни для кого не секрет, что аксаковский "Аленький цветочек" является русскоязычным вариантом европейской сказки "Красавица и чудовище". Обычно классический вариант этой сказки публикуется в качестве приложения к сборникам Шарля Перро, тем самым издатели намекают на французское происхождение сказки, но её варианты встречаются практически во всех европейских культурах. А первый прообраз сюжета обнаруживается еще в "Золотом осле" Апулея, который включил в свой роман древнегреческий миф об Амуре и Психее.

Сам Аксаков утверждал, что он не был изначально знаком с этим сюжетом и придумал его самостоятельно. Хочется поддержать отечественного автора, но всё указывает на то, что он лукавил. Мало того, что полностью совпадают сюжетные линии, так еще и в деталях всё сходится: купеческая семья, три дочери, цветок (правда, в классическом варианте не просто цветок, а конкретная роза).

Но за что Аксакову низкий поклон, это за очень качественную стилизацию под русскую сказку. Сам подход - подача истории от рассказчицы - ключницы Пелагеи, позволяет автору насытить текст простонародными выражениями, тем самым усилив требующийся эффект.

С главной мыслью сказки во всех её прочтениях - о том, что душевная красота намного важнее красоты внешней - трудно не согласиться. Это, конечно же, так. И все же у меня остаются вопросы ко всем авторам всех версий.

Я думаю, что Аксаков, как и его иностранные предшественники, пошел по пути наименьшего сопротивления. Что я имею в виду? То, что девушке в данной ситуации проще, чем молодому человеку, хотя бы по причине банального приоритета чувств у разных полов: "женщина любит ушами, а мужчина глазами". Что греха таить, но для мужчины внешность его предмета внимания значит намного больше, чем для женщины. Знаете этот знаменитый афоризм: "Я не встречал ни одной женщины, которая влюбилась бы в своего мужчину потому, что у него красивые ноги". А вот у нас - мужчин - такие оплошности встречаются сплошь и рядом. И хорошо, если девушка с красивыми ногами и эффектной грудью окажется просто дурой, считай - повезло, чаще в этой упаковке прячется стерва.

Но, с другой стороны, девушка с добрым и отзывчивым сердцем, которая ищет не денежный мешок и не жеребца для развлечений, оценивает своего избранника именно по его душевным и интеллектуальным качествам, оправдывая тем самым старую истину, что мужчине достаточно быть чуть красивее обезьяны.

Так вот, если бы авторы вариантов сказки поменяли бы гендерные роли, то есть, речь шла бы о прекрасном юноше и уродливой женщине, которую он полюбил бы в таком виде, то такой расклад подавал бы обсуждаемую проблему в гораздо более острой форме.

И самым жестким, но самым ярким воплощением главной идеи был бы вариант, при котором не уродливая старуха превращалась в прекрасную девушку, а наоборот, и навсегда. Правда, это была бы уже не сказка, а притча, потому что сказкам положено иметь счастливый конец, чтобы по усам текло :)

После того, как я "разобрался" со сказкой Жуковского про царя Берендея и иже с ним, я заинтересовался другими сказками этого автора, а их у него оказалось еще с пол-десятка, может их и больше, но в моем сборнике - где-то так. Кроме уже упомянутого Берендея, была большая сказка в стихах об Иване-царевиче и сером волке, классический сюжет с небольшими изменениями - версия Жуковского. Ну, и несколько переделанных сказок Шарля Перро. Про Кота в сапогах, Мальчика-с-пальчик и Спящую царевну - все, как у француза, только в стихах, а вот последняя из сказок - "Три пояса" - вызвала самый большой интерес.

Своеобразие этого произведения в том, что, во-первых, оно прозаическое, а во-вторых, это единственная попытка автора переложить известную европейскую сказку на русский лад. Дело в том, что "Три пояса" - это вариация "Золушки", только очень-очень по русски.

Начнем с того, что главную героиню, которая и выступает в роли дурнушки, зовут Людмила. У неё есть, нет, не сёстры, а две подруги - Пересвета и Мирослава, заносчивые и эгоистичные красавицы. В роли прекрасного принца выступает юный князь Святослав, сын Владимира "Красно Солнышко". Ну, а тот самый бал заменен на смотрины невест для Святослава со всей Руси-матушки.

Перед смотринами Людмила с сёстрами натыкаются в лесу на спящую старушку, с виду чистую Бабу Ягу, красавицы хотели над той посмеяться, а Людмила вступилась, шалаш ей построила, чтобы от солнца прикрывал. Эта-то бабка и выступает в сказке Жуковского в роли феи, а вот вместо хрустальных туфелек она предлагает всем девушкам по поясу, красавицам - в дорогих каменьях, а Людмиле - чистый белый.

Ну, а дальше всё более-менее как в сказке Перро: Святослав (принц) увидел Людмилу, хотя та и не лезла в первые ряды, пряталась за спинами более наглых кандидаток в невесты, и влюбился в неё по уши. Да и все придворные тоже, да и старый князь Владимир (добрый король) были очарованы свежей и чистой, как её волшебный пояс, Людмилой.

Но подруги быстро прочухали, в чем кроется тайна привлекательности милой Люды и пояс у неё похитили. Тут, как положено, поборолось добро со злом, поборолось, но победило, а как же иначе в сказке-то? В общем, закончилось всё распрекрасно, Людмила вышла замуж за юного князя Святослава и я там был, мёд-пиво пил.

Если честно, я не понял намерений нашего прославленного поэта, такая откровенная переделка известной сказки выглядит крайне аляповато и неуклюже. Зачем понадобился этот псевдорусский антураж, мода такая была, а своих родных сюжетов не хватало? Ну, так надо было подумать покрепче, про Берендея же сложилась сказка, а вот у Александра Сергеевича так и фонтанировало.

Я слыхал, что Пушкин начинал писать свою искрометную поэму "Руслан и Людмила" как пародию на творения Жуковского. Поэтому я думал, что не слишком популярное для XIX века имя Людмила для главной героини он позаимствовал у жуковской Золушки, ан нет, это, скорее, Жуковский позаимствовал у Пушкина - "Руслан и Людмила" написана в 1820 году, а "Три пояса" в 1826. Так что имя это было нарасхват у авторов, обращавшихся в древнеславянской тематике.

Это одна из тех сказок, которые настолько глубоко вросли в культуру, что люди перестают помнить, кто их вообще написал. "Аленький цветочек" как раз из таких. Её часто воспринимают как народную сказку, хотя у текста есть конкретный автор - Аксаков. Но история устроена хитро: она специально звучит так, будто существовала всегда и просто однажды сама себя пересказала через человека. И это очень чувствуется внутри самой сказки. Начинается всё почти как бытовая история: отец уезжает, дочери просят подарки. Две хотят что-то понятное и красивое, а младшая просит цветок, который даже описать нормально не может.) Уже здесь возникает ощущение, что сказка слегка выходит из режима "реального мира". Потому что просьба звучит не как заказ, а как будто человек пытается вспомнить вещь из сна. Потом появляется чудовище. И здесь сказка делает очень странный ход: внешне самым страшным существом оказывается тот, кто ведёт себя спокойнее и человечнее остальных. А обычные люди вокруг периодически выглядят куда менее симпатично - особенно в вопросах ответственности и готовности жертвовать собой. Вся история построена на каком-то удивительно спокойном принятии ненормального.) Девушка уезжает жить к неизвестному существу ради ошибки отца, и сказка подаёт это так, будто подобные эмоциональные сделки - обычная часть взросления. Причём чудовище не давит силой в привычном смысле. Оно всё время существует рядом с героиней как что-то одновременно пугающее и одинокое. И сказка начинает двигаться не к "борьбе со злом", а к очень странной мысли: иногда страшное оказывается просто чужим и непривычным, а не злым. И вот здесь становится понятно, почему история пережила столько времени. Она ведь не только про любовь. Она про способность увидеть человека там, где внешний вид, страх или чуждость уже заранее предлагают готовый приговор. Хотя, если честно, в детстве всё это воспринимается намного проще: живёт где-то существо, выращивает цветы, грустит, никого особо не трогает. В принципе, для сказочного мира уже редкость. Да и сама атмосфера у Аксакова всё время балансирует между уютом и тревогой. Мир красивый, волшебный, почти сонный - но внутри него постоянно чувствуется лёгкая неправильность происходящего, которую никто не собирается объяснять. Поэтому "Аленький цветочек" и остаётся где-то глубоко внутри: не столько из-за сюжета, сколько из-за этого странного соседства чуда и страха. Всем спасибо.)