Конец Монплезира

Как известно, хорошо там, где нас нет. Для героев Ольги Славниковой - хорошо там, где они были. В их прошлом. Но мир меняется, и действительность нагрянула, не предупредив. И каждый приспосабливается по-своему. Художник Илья Капорейкин пытается участвовать в новой жизни, уезжает за границу, а, вернувшись домой, обнаруживает, что прописан в несуществующем доме и чувствует себя ""единственным настоящим, хозяином бывшего Монплезира"". Алексею Афанасьевичу из ""Бессмертного"" в этом помогают близкие...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,4

25 оценок

5
16%
4
28%
3
36%
2
20%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 27Хотят прочитать 37

Рецензии

majj-s25 января 2025 г.
Смертельное макраме
Эта перевернутость вещей в бесчувственной руке Алексея Афанасьевича выражала отсутствие для него вертикалей и горизонталей нормального пространства.
Эта перевернутость мира, утрата ориентиров, отсутствие привычной перспективы и невозможность продолжать обычную жизнь обычным способом - беда не только героя Ольги Славниковой, но, пожалуй, и главная метафора романа. Алексей Афанасьевич, пенсионер союзного значения, кавалер орденов и прочее, прикован после инсульта к постели уже двадцать лет, и не знает, о радикально поменявшемся мире. В "здесь и сейчас" книги, а первое издание датировано 2001, следовательно, писалась в конце девяностых, целая огромная страна, в одну шестую часть суши, оказалась в положении этого пенсионера с заваленным горизонтом перед глазами.
Сегодняшний интерес к девяностым, склонный видеть их сквозь ностальгическую призму ретро: трава зеленее, мир ярче, сами мы моложе и лучше, кажется (спойлер - это только кажется, люди не меняются) - сегодняшний интерес остро нуждается в подобной памятке-напоминалке. Вот таким, на самом деле, было время колоссальных возможностей. Цены росли, производства закрывались, страна превратилась в один громадный замусоренный рынок. Да, кто-то поднимался, но главным образом бандиты на крови и партработники разных уровней на украденных у народа деньгах, я сейчас о замороженных банковских вкладах, за три месяца обесценившихся примерно в тысячу раз. Не случайно среди открыточных пожеланий людей, переживших то время, до сих пор "стабильность", которой прежде никому в голову не пришлось бы желать именинникам.
"Бессмертный" написан от лица тех, под чьими ногами твердая земля превратилась в болотную зыбь: шагнешь не туда, пропадешь, останешься на месте - засосет. Пока пенсионер лежит, а жена и дочь воссоздают для него подобие Союза нерушимого (зачем?), все поменялось. Дочь потеряла работу на телевидении и ввязалась в мутную аферу с прямым подкупом избирателей, в которой ей явно предназначена роль зиц-председателя. Жена живет по инерции и происходящее воспринимает как престарелая Алиса, попавшая в страну мрачных чудес. Племянник жены, один из тех кипучих лентяев, кто, вроде бы, ухватил за радужный хвост птицу удачи - кончил и вовсе плохо. Как в большинстве и кончали тогда такие скоробогатые.
Пенсия орденоносца с громадными надбавками стала главным источником дохода семьи, а сам Алесей Афанасьевич двадцать лет лежит, гадит под себя, ест с ложки, смотрит на портрет генсека на стене и XXVIII, XXIX сьезды КПСС, смикшированные для него падчерицей Мариной - по телевизору. Неясно, как ко всему этому относится, потому что не говорит. И не пишет, хотя мог бы, судя по тому, что подвижность возвращается к, по крайней мере, одной его руке. А теперь объясните мне, для чего было создавать этот оазис Союза в отдельно взятой комнате? Чтобы что? Чтобы потрясение не добило парализованного. у которого "сердце как у молодого" и не лишиться пенсии? Да ладно, ерунда.
Во-первых, добьют скорее пролежни и общая атрофия двадцатилетней неподвижности. Во-вторых - есть такое понятие, как наследование пенсии умершего супруга, и, в случае смерти мужа, свободная Нина Александровна, избавленная от необходимости ежедневно ворочать паралитика, стирать и кипятить описанное постельное, вздохнула бы свободно. То есть, отсутствие взаимной нежности и потребности в общении в этом союзе прописано достаточно четко, отказом от коммуникации. Человек, утративший подвижность и способность говорить, может ведь слышать обращенные к нему слова и отвечать на вопросы хотя бы моргая: один раз "да", два - "нет". В "Бессмертном" этого не происходит, парализованный герой становится кантовой вещью в себе, и вот эта большая неправда в основе мешает воспринимать блистательный в остальных отношениях текст, как правдивый. Как летопись, мгновенный точный слепок эпохи - да, как история, которой веришь - нет.
Ольга Славникова хороша с фигурами женских персонажей, все мужские здесь несколько карикатурны; великолепна с языком, но главная интрига с ограждением от правды падает в логическую дыру. Зачем так? Я -читатель понимаю идею "Легкой головы": индивидуализм и желание жить "своим" в противоположность давлению социума, принуждающего тебя к самопожертвованию ради общего блага. Я-"понаехавшая" из республик россиянка, разделяю боль и понимаю сложности репатриантов 90-х ("2017"). Я обожаю "Прыжок в длину" с упоительной взлетностью единиц, обездвиживаемых буквальным отрезанием ног, подминаемых тяжестью большинства людей-асфальтоукладчиков. Но "Бессмертный" мне непонятен в его глубинной сути.
Мне кажется, в этом случае "и не кончится никак век, и не сменится никак вождь" - работает скорее от противного. Объясняя, почему сегодняшняя шаткая стабильность, за которую платим предательством идеалов, милее нам свободы образца тридцатилетней давности. #РЕШ_2025
Читать далее
43 понравилось
413
DavinJohns17 марта 2018 г.
Большая поэтичность текста не всегда делает его интересным
Когда я начал читать эту книгу на город уже спускались сумерки, через некоторое время оказалось что на улице уже непроглядно темно, так-же непроглядно темно, как бывает в душе или в подъезде, если нерадивый сосед выкрутил лампочку, чтобы не покупать новую, зато пакеты для мусора, голубые как глаза первой любви, он покупал всегда, для того чтобы в дальнейшем оставить их в том самом темном подъезде. В этой книге воды было больше, чем в дипломе студента, который писал его в перерывах, между пьянками и тусовками, такими, какие бывают только в студенческие годы, годы, которые проходят безвозвратно,но воспоминания о них остаются на вечно, причем читая эту книгу, я тоже думал что буду читать ее вечно и она никогда не закончится, настолько тягучим оказалось это произведение, таким же тягучим как ириски из детства, когда солнце казалось ярче, а трава зеленее, те самые ириски, которые могли вырвать молочный зуб, который-то и жалко не было, поскольку через время отрастал новый, порой мне кажется, что начни я читать эту книгу в детстве и потеряй я тогда зуб, новый вырос бы быстрее, чем я дочитал бы эту книгу. Примерно через час чтения я понял, что эта книга такая-же нудная, какими бывают собеседники, от которых хочется избавиться через полчаса беседы, но как-то стесняешься обидеть человека, а еще я понял что история и нить повествования, постоянно теряется, прячется за всей этой поэтичностью, как мы в детстве прятались друг от друга играя в прятки, я подумал, что теряйся также как нить повествования, нить Ариадны, тогда Тесей никогда не вышел бы из лабиринта Минотавра, и так и бродил бы там, как я бродил по этому произведению от страницы к странице.
Я мог бы бесконечно писать про эту книгу, но я не Славникова, поэтому не буду лить воду. Скажу так, если вам понравилось, то что написано выше - смело читайте эту книгу, она такая-же. Все похвалы Славниковой в поэтичность, для меня оказались просто водой, которой нужно было заполнить страницы, дабы получилась книга, а не рассказик для журнала. Возможно я начал знакомство с автором не с той книги, что-ж я готов дать автору второй шанс, но думаю не скоро. За сим откланиваюсь. Спасибо за внимание.
Читать далее
32 понравилось
1,3K
strannik10213 декабря 2013 г.
Совершенно новое для меня, и потому абсолютно незапятнанное авторское имя.
Не скажу, что очень уж увлекательная тема, скорее болезненная и нелёгкая для восприятия. Тяжело и трудно больные старые люди, непростая личная жизнь, на дворе девяностые с их криминально-безденежным беспределом и хаосом в экономике и политике... Выборы, с их явными и тайными бесчестными ходами... Безденежье и безлюбовье, бездуховье и безнадёга, безысходность и "бессмертие"... Бр-р-р-р...
Но зато какой великолепный у Ольги Славниковой язык! Какая масса совершенно неожиданных метафор и прочих вкусностей! Язык настолько поэтичен, что буквально с пары-тройки процитированых вслух вкусных книжных местечек Ольга-Хойти уверенно произнесла слово "поэзия", и, вероятно, сама того не осознавая попала в точку, в десяточку, в яблочко! С упоением и внутренним, а то и вырвавшимся вовне восторгом можно читать практически каждое предложение. А вообще лучше всего было бы слушать это в формате аудиокниги, причём непременно в исполнении кого-то с мощным чуть хрипловатым обертонистым голосом, например Эммануила Виторгана. Очень вкусно было бы...
Пойду искать в сети, что есть ещё у автора, хочу ещё! :-)
Читать далее
25 понравилось
405

Все рецензии

Цитаты

frogling_girl13 августа 2014 г.
Вместо того чтобы оказывать услуги населению, следовало их покупать и оплачивать: тогда коррумпированный избиратель — желающий, собственно, выпить — будет совершенно законно называться агитатором.
2 понравилось
182
frogling_girl13 августа 2014 г.
С другой же стороны, поскольку она ничего не знала об окружающем, все было сравнительно просто: главное — знать свою дорогу, а от пестрой видимости можно отмахнуться.
2 понравилось
125
frogling_girl13 августа 2014 г.
Должно быть, механизм сочувствия был у Клумбы устроен иначе, чем у большинства людей: чужая боль, совершенно минуя душу (каковая, хоть и переносилась с места на место этим хорошо уравновешенным, твердо ступающим телом, была, надо полагать, довольно маленьким и малоразвитым образованием, затесненным грузной, едва не до размеров конского седла увеличенной печенью), действовала на Клумбу физиологически, то есть сразу попадала из чужого больного органа в ее здоровый.
2 понравилось
81