Divergent

Кто-то встает на колени рядом с Алом и опускает ему веки, возможно, пытаясь сделать так, словно он спит. Глупо. Почему люди притворяются, что смерть это сон? Это не так. Не так.

-Но я должна была. Должна была простить его.

-Возможно. Возможно, все мы чего-то не сделали. В другой раз чувство вины напомнит нам, чтобы мы лучше старались.

Я хмурюсь и отстраняюсь. Это урок, который дается членам Альтруизма: чувство вины - инструмент, а не оружие против себя.

Те, кто стремится к власти и добивается ее, живут в вечном страхе ее потерять. Вот почему мы должны вручать власть тем, кто к ней не стремится.

Причина, выдуманная человеком, может оправдать любое зло, вот почему так важно не полагаться на нее.

По­ло­ви­на хра­бро­сти за­клю­ча­ет­ся в угле зре­ния. Ко­гда я де­ла­ла это впер­вые, это был один из са­мых труд­ных по­ступ­ков в моей жиз­ни. Те­перь го­то­вить­ся к прыж­ку с дви­жу­ще­го­ся по­ез­да лег­че лег­ко­го, по­то­му что за по­след­ние не­сколь­ко не­дель я со­вер­ши­ла боль­ше труд­ных по­ступ­ков, чем боль­шин­ство лю­дей – за всю жизнь.

Вот, в чем суть смерти: перемена с «есть» на «был».

– Наверное, это потому, что ты такой мягкий, – равнодушно предполагаю я. – Ну знаешь, как кровать, утыканная гвоздями.

Сарказм - всегда насмешка над другими.

Человеческие существа в своей массе не могут быть долго хорошими. Зло непременно прокрадется и отравит нас снова.

У меня есть теория, что самоотверженность и храбрость не так уж далеки друг от друга.