Библиотечные полки
LaraAwgust
- 3 333 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Товарищи, спешу предупредить о наглом надувательстве! Ни за что, ни при каких обстоятельствах не повторяйте моей ошибки и не покупайтесь на романтичное название этой книги. Кто, скажите мне, кто дал право автору считать себя писателем и издавать книги? Советские бюрократы в кулуарах Кремля? Видимо, только они. Потому что больше, чем на колонку в районной газете «Еще один шаг на пути к светлому социалистическому будущему», стиль Кублицкого не тянет.
Но будем последовательны. Вопреки моим ожиданиям, эта книга представляет собой не воспоминания о Нью-Йорке, его жителях и той бешеной энергетике, которая не дает этому Новому Вавилону спать ни днем, ни ночью, а бледное, безликое и до неприличия подхалимное повествование о... О чем? Хороший вопрос, однако. О чем это произведение, я так и не смогла понять.
Сначала вполне себе обычная вещь: в Нью-Йорке проходит заседание ООН и Кублицкий отправлен советской прессой освещать это событие. Читателю представляется возможность увидеть кухню ООН изнутри: как проходят заседания, кто и что намерен обсуждать, кто и как обслуживает эту огромную многонациональную организацию, как встречают иностранных делегатов в Штатах. А затем резко, без видимой причины и без предупреждения автор уносится в дали дальние. Тут вам и беглый обзор жизни Большого Яблока, и сообщение об убийстве Кеннеди, и дальнейшие воспоминания о том, как этот Кеннеди был избран, как проходила предвыборная гонка и кто кого на сколько голосов опережал каждые 15 минут, и еще много-много самой разнообразной водички.
В одном, правда, автор был честен и последователен: в каждом абзаце он не преминул упомянуть, что американцы — бессовестные капиталисты, лютые звери и «исторически обреченный класс» (это высказывание в адрес капиталистов меня прямо-таки повеселило, даже отдельную заметочку сделала в ридере. Эх, Кублицкий, видел бы ты, как сейчас живем мы, и как эти «обреченные»!). Еще он ругал на чем свет стоит русских эмигрантов, даже противно стало, отдельной строкой прошелся по царским семьям (какое они имеют отношение к Нью-Йорку и прибыванию там Кублицкого, осталось для меня тайной за семью печатями). И, конечно, каждая строка пестрила замечаниями по поводу того, что в Америке все плохо, а вот в светлом и великом социалистическом СССР жизнь — сказка, а люди там — Иваны-Царевичи и Василисы Прекрасные. Тьфу, твою маму за ногу! Ну как это можно читать?!
А ведь название какое! Романтика и только, так и видишь, как гуляет одинокий советский журналист по осеннему городу, мимо него проносятся толпы молодых задорных американцев (конечно, задорных, это же были безумные 60-е!), Бродвей пестрит огнями, Манхэттен поражает небоскребами, жизнь бурлит, кипит, переливается всеми цветами радуги. И кажется, что ты часть этого праздника жизни. И все хорошо, но чуточку грустно, потому как родные и близкие остались дома, да и тебе скоро пора. И в гостях хорошо, но дома-то лучше! Прощай, Нью-Йорк, я тебя не забуду, бла-бла-бла.
Обидно, а ведь такие надежды возлагала я на эту книгу. Увы и ах.

Есть публицистика и есть публицистика. В моем случае надежды на изящный, ироничный, максимально объективный, но при этом хоть сколько-нибудь личностный репортаж не оправдались.
“Три нью-йоркских осени” - повествование Георгия Ивановича Кублицкого, работавшего в Нью-Йорке в качестве специального корреспондента “Литературной газеты” и описывавшего, судя по тексту, преимущественно события в офисе Генеральной Ассамблеи ООН с 1960 по 1963 годы. На протяжении этого времени журналист присутствует на заседаниях ООН, периодически беседует с митингующими, ходит в кино и водит молодого коллегу по американским магазинам порнолитературы. Активно критикует российских эмигрантов в США, бегло рисует портрет несчастного, живущего в трущобах на пособие, американца и рассказывает о кредитных отношениях с банками. Некоторое оживление у Кублицкого, пожалуй, вызывает только глава, целиком посвященная американским президентам и организации предвыборной кампании.
В целом характерно неумение и нежелание взглянуть на чужую страну и иную культуру не предвзято, поиск повсюду идейного врага, однозначность и поспешность оценок. Да, и не надейтесь найти в этой книге литературный стиль, его там нет.
Не ищите Нью-Йорка в этой книге - этого огромного, безумного, живого сердца Америки. Это репортаж не о городе, не о США и даже не о международной ситуации; это история о том, как три года советский журналист не знал, чем себя занять на Манхэттане.
В целом весьма заурядный образчик советской журналистики в духе своего времени.


















Другие издания
