
Русская классика (АСТ)
Nurcha
- 349 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Появление сборника "Одеты камнем" Ольги Форш в буккросинге я поначалу воспринял весьма насторожённо. Помнится когда-то прочёл её "Радищева", который не произвёл на меня никакого впечатления. Да и аннотация издательства к данному сборнику не впечатляла. Правда полиграфия книги была на самом высоком уровне. Такую чёткую печать, да с удобным шрифтом, да ещё и на финской бумаге нынче и "не сыщешь". Перелистывать такие страницы - одно удовольствие. Невольно мой взгляд зацепился за абзац, в котором упоминалось о попытках исследователей пролить свет на тайну "русской Железной Маски" загадочного узника Алексеевского равелина Петропавловской крепости Михаила Степановича Бейдемана (1839-1887), истории которого и посвящена данная книга. Книга в высшей степени необычная. Это исповедь некоего восьмидесяти трехлетнего Сергея Русанинова, дворянина и убеждённого монархиста. Исповедь, которая читается как увлекательный приключенческий роман. Но главное в книге не это. "Одеты камнем" - это история человека, предавшего своего друга, совершившего подлость "во благо Отечества". Но подлости как таковой нет оправдания, ни в прошлом, ни в настоящем. Даже если она совершается под благовидным предлогом. Это аксиома. В своём романе "Одеты камнем" Ольга Форш в лице своего главного героя выносит безжалостный приговор всем "благодетелям-подлецам" всех времён и народов. Ибо подлость, предательство, грех Иуды нельзя оправдать, - считает автор...

Прекрасной книгой открыл я свой флэшмоб. Книга, словно таинственная незнакомка, "дыша духами и туманами" несколько раз проплывала мимо, маня известностью автора и притягивая описываемыми событиями.
Прежде расскажу, что ожидал от романа и что обнаружил на хрустких страницах. А ожидалось прежде всего чего-то масштабного и грандиозного, великолепного и убийственного, главным героем произведения мнился потускневше-кровавый замок средь белых, розовых и терракотовых красавцев-дворцов. История замка не менее гремяща, чем и история его первого жильца. Но это все виделось и было ожидаемо. Каково же было мое удивление на последних страницах, когда обнаружилось, что главных героев у книги нет. Нет и все. Здесь вам и архитекторы, цвет зодчества града Петрова, здесь и генералы покорители и освободители, здесь и политики и интриганы, здесь и тоскливое и позорное крепостничество - все сошлось и завращалось вокруг своеобразного краеугольного камня. Которым мог бы выступить и Михайловский замок, как и любое другое здание или человек, в книге замок не отделим от его хозяина. Но мне все же думается, что лишь время, символизируемое этой постройкой, лежит в основе повествования.
Чтение выдалось легким, задумчивым и весьма познавательным (что просто никак нельзя не отметить, ибо познавание истории собственной страны получилось очень любопытным). Период конечно же интереснейший, но крайне незнакомый с внутренней стороны, потому как внешняя грань, а именно отзвуки славных походов Александра Васильевича и Федора Федоровича, занимала в свое время все мысли, не оставляя места для "смотрения" во внутренний двор великой империи.
Так что - "лед тронулся", и очень удачно тронулся!

Редкий случай, хотя бы для меня. Книга умная, глубокая, отлично разбирается на цитаты, а в целом не понравилась. Воды много. Всей этой дворянской бытовухи 19 века много. И воспринимается тяжело. Видимо, не всем хорошо дано мастерство Толстого, у которого по сто отвлечений на десять страниц, а все же читается легко.
Хотя что-то в этой книге все-таки есть. И не столько тема предательства, сколько тема мучений и угрызений, которые преследуют главного героя на протяжении всей его жизни, после того, как по его милости революционера Бейдемана сгноили в тюрьме без суда и следствия.
Удивительный это характер, все-таки. Его мучит факт предательства, и он ищет оправдания себе в том, что он ничего изменить не может. Но все же его грызет совесть, хотя он поступил согласно своему долгу - долгу ревнителя самодержавия. Но вот прошло много лет, самодержавие свергнуто, и оказывается, что предательство было напрасным, что человек сходил с ума в тюрьме почем зря. Но Бейдеман все-таки умер, а виновник его трагедии жив глубоким стариком, мучимый и тоже сходящий с ума.
Страшная жизнь. Страшно совершить преступление, и после этого жить очень долго.

Русский человек, как известно, настолько же добродушен, насколько жесток.

Как много можно узнать от человека умирающего, если этому человеку есть что сказать














Другие издания


