Девчата

Красота Анфисы впервые не порадовала Дементьева, показалась ему на этот раз тяжким крестом, нести который через всю жизнь суждено не только ей самой, но и тому, кто ее полюбит.

- Он прямо так и сказал: "Люблю, жить без тебя не могу"?
Катя замялась:

• Ну да... В общем, признался...
• Признался? - удивилась вдруг Тося. - И до чего же глупое слово! Признаются в чем - нибудь паршивом, а тут...

Забивая все звуки вокруг, пронзительно визжала циркулярная пила на шпалорезке. Тосе казалось, что пиле больно, она кричит-надрывается, жалуясь на свою судьбу, а люди впрягли нестерпимую ее боль в приводной ремень, назвали самоуправство своей работой, дали пиле план и заставляют ее освобождать шпалы, притаившиеся в брёвнах, от горбылей и лишних досок

Впервые в жизни Тося заехала в такую даль, и с непривычки ей порой казалось, что вся родная страна выстроилась перед ней, а она в своем цельнометаллическом пружинистом вагоне несётся вдоль строя и принимает парад

— В романах всегда в конце женятся. Прочитаешь один — и можно больше не читать… Я потому и не читаю!

Входи, кто там такой вежливый?

— Нагнала я на тебя тоску… А в общем, все идет правильно: за ошибки свои надо платить сполна. На этом мир держится.

А красивый человек, я так считаю, должен быть добрый-предобрый: чего ему злиться, раз он уже красивый?.. Правда, Надя?

- Поэтесса! Пушкин в томате!

- Возьми мою брошку. <...> Пусть хоть брошка моя на свидании побывает!