
Канадская литература
Alveidr
- 50 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Мой любимый рассказ у Стивена Ликока,канадского писателя,профессора политической экономии Мичиганского университета.
Профессор присматривается в книжном магазине к Эпиктету «Нравственные рассуждения» и невольно слышит разговоры продавца с покупателями.
«Однако в книжных магазинах, как известно, считается признаком хорошего тона, когда где-нибудь в углу торчит профессор и копается в старых книгах. Настоящим покупателям это нравится.»))
Профессор узнает в продавце и
«собственную манеру, когда приходится объяснять студентам то, чего я сам не знаю»))
Смешит бесконечное втюхивание «Обезьян Новой Гвинеи» всем мужчинам-покупателям,книга выдаётся «за рассказы о приключениях на море, на суше, в джунглях и в горах»)))и «Золотые мечты»выдаются всем дамам «Одной покупательнице предлагалась,как самая лучшая книга для летнего отдыха, другой – как самая лучшая книга после отдыха. Третья покупала ее для чтения в ненастную погоду, четвертая – как подходящее чтение в солнечный день»
Не правда ли,здесь очень легко узнаваемы Герои?))Да и продавец,несомненно,звезда маркетинга)

Пару дней назад мне напомнили о канадском писателе Стивене Батлере Ликоке, знакомство с творчеством которого у меня год назад застопорилось на первом же почти наугад выбранном рассказе. Потому что юмор писателя оказался несколько не тем, что я ожидала увидеть. Для себя я определила это как некую смесь тонкого (очень тонкого) английского и довольно язвительного сарказма, наподобие шуток, которые шутками не выглядят вовсе. Если совсем утрировать, то это что-то вроде анекдота про жену, которая, наблюдая за входящим в комнату мужем, удивляется, что рога не мешают ему миновать дверной проем. В общем, смешного немного.
А нынче вот подумалось, что один же рассказ совсем не показатель, чтобы делать определенные выводы, одного произведения явно недостаточно. Поэтому решила возобновить наше знакомство, благо и повод достойный нашелся.
Выбор был так же почти рандомный, обусловленный только лишь наличием числительного в названии. И, к сожалению, снова не могу сказать, что сильно повеселилась. Разбор по косточкам штампов современных для Ликока детективов, продаваемых по 2,5 доллара за книжечку, большого впечатления не произвел. Возможно, свою роль сыграло то, что я не могу похвастаться большим количеством прочитанных классических историй о Великих сыщиках, замечающих то, что пропускают слепые (по всей видимости) полицейские и прочие люди, причастные к расследованиям преступлений, в которых обязательно замешаны либо дворецкие, либо садовники (ну или, на худой конец, неуловимые преступники международного класса), чтобы понимать весь масштаб трагедии, которая вызвала такое негодование Ликока, что он счел нужным подвергнуть это явление - засилье однотипных детективов - жестокой критике. А может быть, я просто смирилась с тем фактом, что от жанровых штампов отойти довольно трудно и авторы детективов все равно вынуждены придерживаться некой канвы, определенного сценария, в котором есть жертва и убийца, и при этом должны раскидать по повествованию достаточно хлебных крошек деталей, которые помогут читателю выйти на нужный след. Ну или окончательно запутать - как повезет.
В любом случае, эта критическая лекция меня не повеселила - опять. И нового ничего не открыла, что хоть как-то могло сгладить впечатление. В общем, пока что Ликок продолжает оставаться мной непонятым. Но окончательного вывода я пока делать все же не буду.

Почему я начала знакомство с творчеством знаменитого канадского писателя юмористических рассказов именно с "Жизнеописания Джона Смита" - не знаю. Просто открыла книгу на первом попавшемся и... пока я юмора не сильно поняла.
Рассказ скорее грустный, чем смешной. Хотя, конечно, пару раз я улыбнулась, например, на моменте с выбором профессии:
И так далее по списку. А теперь, собственно, забавное:
Или на моменте фееричного предложения руки и сердца:
Ну и, пожалуй, это все, что меня хоть как-то повеселило. В остальном это довольно печальная история жизни обычного маленького - очень, очень маленького - человека, который не сделал за свою жизнь ничего хоть сколько-нибудь примечательного. Ну, разве что только девятерых детей. Обычная жизнь обычного человека,
Пародия на жизнеописание великих людей, уместившаяся буквально в четыре странички.

широкая публика не имеет правильного представления о том, как трудно «делать юмор». Им и в голову не приходит, что это не только трудное, но и достойное занятие. Видя готовый результат – легкую и веселую шутку, они, естественно, считают, что и сочинять ее также легко и весело. Только немногие понимают, что какой-нибудь забавный стишок Оуэна Симена, появившийся в «Панче», потребовал куда больше труда и усилий, чем проповедь архиепископа Кентерберийского, что «Гекльберри Финн» Марка Твена значительнее «Критики чистого разума» Канта, а мистер Пиквик, вышедший из-под пера Чарлза Диккенса, сделал для возвышения человека больше, чем «Веди нас, благой свет, сквозь пелену мрака» кардинала Ньюмена. Говорю это совершенно серьезно. Ньюмен только взывал во мраке о свете, Диккенс же зажег его.

Ведь всего сотню лет назад не было ни бацилл, ни отравления птомаинами, ни дифтерита, ни аппендицита. Бешенство было почти неизвестно и встречалось крайне редко. Появлением всего этого мы обязаны медицине. Даже такие болезни, как чесотка, свинка и трипаносомоз, которые получили у нас повсеместное распространение, прежде являлись достоянием немногих и были совершенно недоступны широким массам.

А потом начался бой. Он продолжался два часа, не считая единственного пятнадцатиминутного перерыва на завтрак. Бой был ужасен. Люди висли друг на друге, пинали друг друга ногами, били друг друга по лицу и нередко настолько забывались, что позволяли себе кусаться. Помню, как один детина огромного роста размахивал скрученным в узел полотенцем, хлеща наших людей направо и налево, пока капитан Трюм не бросился на него и не ударил его кожурой от банана прямо по губам. Через два часа с обоюдного согласия было решено, что битва закончилась вничью со счетом 61 1/2 : 62.











