Апельсины из Марокко. Звездный билет

Врач по образованию, "антисоветчик" по духу и самый яркий новатор в русской прозе XX века, Аксенов уже в самом начале своего пути наметил темы и проблемы, которые будут волновать его и в период зрелого творчества. Первые повести Аксенова положили начало так называемой "молодежной прозе" СССР. Именно тогда впервые появилось выражение "шестидесятники", которое стало обозначением целого поколения и эпохи. Проблема конформизма и лояльности режиму, готовность ради дружбы поступиться принципами и сл...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

107 оценок

5
34%
4
37%
3
21%
2
5%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 122Хотят прочитать 148

Рецензии

Yulichka_230410 мая 2020 г.
Мы рождены, чтоб сказку сделать былью
Повести Аксёнова положили начало так называемой "молодёжной прозе" СССР. В "Апельсинах из Марокко" автор предлагает нам зарисовки из жизни трудовой советской молодёжи, отправившейся покорять и благоустраивать отдалённые уголки нашей Родины, в частности ещё не обжитый тогда Дальний Восток. Несколько восторженно-наивно автор описывает нам трудовые будни и досужие радости молодых специалистов: геологов, бурильщиков, моряков, строителей. Прекрасным было то, что каждый верил в созидание нужного и правильного дела. Пусть тяжело, пусть в первозданных условиях; зато вместе, дружно, плечом к плечу, так сказать, единым социалистическим рывком на благо Отечеству.
В повести переплетаются жизни пяти главных героев. Они хорошо знают друг друга, но чувства между ними неоднозначные. Виктор и Герман, к примеру, влюблены в Люсю. Но местный тунеядец Корень пытается создать им конкуренцию, считая, что такая Люся нужна самому. Люся же пока не определилась с выбором, но боится кого-нибудь обидеть, поэтому просто несёт всякую чушь. Николай влюблён в Катю. И Серёжа тоже. Но Катя замужем. И хотя немножко всё-таки любит Колю, своего мужа Айрапета она любит больше. А Айрапет, к тому же, начальник Вити и друг Серёжи и Коли. Вот такая непростая сантабарбара занимала умы советской молодёжи в свободное от социалистически-регламентированного трудового дня время. Все точки над "ё" были расставлены в день, когда в порт Талый пришёл груз с апельсинами. Со всей округи на машинах, мотоциклах, собачьих упряжках и других подручных средствах молодые специалисты бросились в Талый за апельсиновой раздачей. В течение долго ожидания, разнообразив его дракой, спиртными напитками и разговорами по душами, все отношения были выяснены, решения приняты, а от апельсинов остались лишь оранжевые корки на дальневосточном снегу.

Читать далее
138
4,9K
HaycockButternuts1 июля 2023 г.
"Мальчики с поднятыми воротниками"
Романтика начала шестидесятых. Наивная вера, что всё по плечу, а впереди ждёт только прекрасное и светлое. Всё это здорово. Если не знать, что будет лет через так 20-25. Мальчики с поднятыми воротниками так долго смотрели в небо, что не увидели пропасти и радостно в неё свалились. Романтика обернулась инфантилизмом. И не заметили, как промечтали целую страну. Большинство этих Димок, Юрок и Аликов (ох, не даром Александр Вампилов в "Утиной охоте" устами Веры всех персонажей окрестил Аликами), либо спились, либо, как автор этой повести, отъехали искать счастья в далёкие края. Но не всем, как Аксёнову или Довлатову, повезло там найти себя.

Тра-ля-ля! Поехали исследовать разные ветры! Бриз – это прибрежный ветер. Муссоны дуют летом с моря на сушу, зимой наоборот. Пассаты – прекрасные ветры (это у Джека Лондона). Aора – в Новороссийске (где это он читал?). Торнадо – кажется, в прериях.
Ну скажите на милость, можно с таким наивом и верой выжить в нашем, и не только в нашем, но в любом обществе? За примером далеко ходит не надо. Вспомните того же Сэлинджера, очень точно назвавшего свою повесть "Над пропастью во ржи". Кстати, повесть Василия Аксёнова очень созвучна книге суперпопулярного тогда в Союзе Сэлинджера. Страны разные, но суть одна и таже: иногда нужно опускать глаза и смотреть, что у тебя под ногами.
Те, кому посчастливилось дожить в СССР до седин, сначала с радостью восприняли перестройку. Но призрачный флёр быстро развеялся, когда настали те самые "святые" девяностые. "Безумных лет угасшее веселье. Мне тяжело, как смутное похмелье" Похмелье оказалось горьким.
Повесть Василия Аксёнова - попытка осознать трудности переходного возраста от юности к зрелости, или скорее к взрослости. Трое пацанов, вчерашних школьников, ищут свою дорогу во взрослую жизнь. В принципе, их действия на первый взгляд выглядят вполне правильными: испытать себя в достаточно трудных условиях, без всякой поддержки со стороны родителей или старших братьев.
Но почти сразу же становится понятно, что всё это только игра, которая к тому же очень быстро надоедает. Из всех троих более-менее освоился на рыболовецком судне только Димка. Алику и Юрке всё это, по-большому счету, сильно не надо. Один совершенно не выносит морских просторов и качки, а второй , хотя внешне более устойчив к суровым морским испытаниям, больше увлечён поэзией и глазами некой оставшейся в Москве Боярчук. О приключениях на морских просторах Прибалтики они скорее всего очень скоро забудут и вряд ли когда-нибудь вспомнят.
Что касаемо первой любви, - ну, а как же без неё, когда тебе 17-18 лет?- то, здесь еще Димке расти и расти. Потому что ведёт он себя совершенно по-детски. Кстати, в отличие от его возлюбленной Галки, которая на первых порах проявляет невиданный для тогдашней девушки практицизм и хватку, которых, однако, хватет не надолго. Мне почему-то кажется, что Галя, у которой этой самой романтики все же меньше, чем у Димы, подумав, все равно выберет намеченный путь и способы осуществления поставленной цели. Ибо, сколько бы она не тёрла пол на складе мокрой тряпкой, это очевидно не о ней и не её.
Аксёнов совершенно не слуайно выбирает для путешествия своих героев именно Прибалтику. В 60-м году, когда вышла повесть, да, в принципе и все последующие годы, эта территория оставалась для многих живущих в Союзе практически заграницей. Во-всяком случае, все три респулики были по образу и стилю жизни, скажем так, не совсем советскими. И это ощущение Василий Аксёнов предает исключительно точно.

Все четверо смотрели, как приближается автобус, и чувствовали себя счастливыми. Вот это жизнь! Горячий песок. Сосны. Чайки. Море. Автобус идет. Куда хочу, туда еду.
Могу на автобусе, а могу и в такси. И пешком можно. И никто тебе не кричит: иди, учи язык! И никто, понимаете ли, не давит на твою психику. И унижаться, выпрашивать пятерку на кино не надо. А впереди вечерний Таллин. Город, полный старых башен и кафе.
Они вошли в кафе. В зале были свободные столики, но они подождали, пока освободятся места у стойки. Места освободились, и они сели на высокие табуреты к стойке. Положили руки на стойку. Вынули сигареты и положили их рядом с собой. На стойку. Поверхность стойки была полированной и отражала потолок. Потолок весь в звездах. Асимметричные такие звезды.
Барная стойка с высокими табуретами, ассиметричные звёзды - для тогдашнего времени вообще какой-то антураж из романов Хемингуэя. Ни в одном среднестатистическом московском кафе, и даже в ресторане, о таком тогда даже не слышали, не говоря уже о провинции. А казино и карточные игры? Обратите внимания, везде было запрещено. Кроме Прибалтики. Как же плохо и трудно им жилось при советской-то власти! Просто ай-ай-ай!
Стилистика построения повести для 1960 года была абсолютным прорывом. До Аксёнова в Советском Союзе так не писал никто и никогда: короткие отрывистые фразы с нескончаемыми повторами, внутренние монологи героев , взгляд как бы изнутри и сейчас же со стороны.

Димка засвистел, перекатился на другой бок и бросил ей через плечо зеркальце и гребенку. Он стал смотреть на свои сандалии, засыпанные песком, а видел, как Галя причесывается. В левой руке она держит зеркальце, в правой – гребенку, заколки – во рту.
– Теперь можешь смотреть.
– Неужели? О нет, нет, я боюсь ослепнуть!
– Смотри! – крикнула она с вызовом.
Димка стал смотреть.
«Смотри, смотри, смотри! – отчаянно думала Галя. – Смотри, сколько хочешь, смотри без конца! Можешь смотреть и прямо в лицо, а можешь и искоса.
Смотри равнодушно, насмешливо, страстно, нежно, но только смотри без конца!
Ночью и вечером и в любое время!»
Очень важно подчеркнуть, что герои повести - люди, не только не воевавшие, но войны как таковой, не помнящие, поскольку годы их рождения приблизиельно 1941-42. Война так или иначе догонит этих мальчишек через время, хотя и косвенно. Скажутся недоедание, где-то в глубине сознания оставшиеся воздушные тревоги, трудности эвакуационных дорог.
Совершенно отдельно в повести стоит образ Виктора Денисова, старшего брата Димки. Он представляет поколение, на войну не попавшее, но хорошо её помнящее. Это в какой-то мере образ самого автора, Василия Аксёнова, кстати, действительно врача по первой специальности. Трагическая гибель Виктора - не просто авторский ход, хотя, безусловно, здесь можно увидеть аллюзию на уход Аксёнова из медицины, для которой он практически, можно сказать, погиб. Но образ значительно глубже. В отличие от желторотых несмышлёнышей, Виктор видит и понимает гораздо дальше и глубже. Он уже расматривает, возможно, чем всё закончится с этой "оттепелью" и, как бы парадоксально это не звучало, предпочитает гибель на взлёте. Хотя, опять же в авторском замысле, можно усмотреть и то, что младшим братьям, больше не на кого опираться и волей неволей теперь им все-таки придётся оределяться с выбором жизненой позиции. Как они все определились мы смогли наблюать воочию.
Читать/ не читать. Рекомендую. Чтобы понять наше сегодня, нужно знать, что лежало в основании карусели.

Читать далее
57
969
Prosto_Elena21 апреля 2024 г.
Апельсиновое чудо не случилось.
Книга показалось скучной, хотя приём с апельсинами очень понравился. В далёкий северный порт приходит судно с апельсинами и всё вокруг радостно оживает. Все устремились за этими радостными брызгами солнца, все спешат за "марокканской картошкой". С яркими апельсинами в суровый край пришло лёгкое дуновение средиземного тепла, заискрилась молодость, повеяло ожиданием любви, чего-то нового и сокрушительного. Округа забурлила. Не обошлось, конечно, без эксцессов. Иногда энергия и эмоции захлёстывает героев. Но куда ж без этого в юности, такой резкой, такой несогласной, такой противоречивой и такой трепетной.
У каждого героя повести имеется своя личностная история. Воспоминания о прошлом делают повествование объемным. Кроме того, здесь используется приём удвоения событий, т.е. один и тот же эпизод показывается глазами разных участников, что привносит больше психологизма и напряженности в произведение.
Романтика и горечь 60-х годов очень точно переданы Аксёновым - это его конёк, но меня книга не захватила, просто было интересно наблюдать за литературными штучками, который использовал автор, чтобы донести до читателя свои идеи.
Читать далее
56
739

Все рецензии

Цитаты

Lookym2 июня 2014 г.
Не одобряю я ребят, которые любят фотографироваться в ресторанах или там в столовых ресторанного типа. В обычной столовой никому в голову не придет фотографироваться, но если есть наценка, и рытый бархат на окнах, и меню с твердой корочкой, тогда, значит, обязательно необходимо запечатлеть на веки вечные исторический момент посещения ресторана.
7
1K
YoungVolcano17 февраля 2014 г.
Я просто хотел ее любить всю жизнь и еще немного.
7
694
igorl12 сентября 2012 г.
– А что в таких случаях делают, Колька? – спросил Сергей. – Спиваются, что ли? – Или спиваются, или погружаются с головой в работу. Второе, как принято думать, приносит бoльшую пользу.
6
910