A Boy's Own Story

An instant classic upon its original publication, A Boy's Own Story is the first of Edmund White's highly acclaimed trilogy of autobiographical novels that brilliantly evoke a young man's coming of age and document American gay life through the last forty years. The nameless narrator in this deeply affecting work reminisces about growing up in the 1950s with emotionally aloof, divorced parents, an unrelenting sister, and the schoolmates who taunt him. He finds consolation in literature a...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,3

68 оценок

5
13%
4
31%
3
41%
2
13%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 84Хотят прочитать 282

Рецензии

readernumbertwo12 июня 2015 г.
Впервые я узнала о существовании писателя Эдмунда Уайта, когда читала Игоря Кона 9 лет назад. Но моё знакомство с книгами Уайта откладывалось по разным причинам.
Если вас будут интересовать американские писатели- гомосексуалы, то вы однозначно дойдете и до Эдмунда Уайта. Если вас занимает борьба сексуальных меньшинств за свои права - знакомство с Уайтом неизбежно. Если вы - поклонник творчества Жана Жене и/или Марселя Пруста - и тут вы узнаете о том, что есть такой человек как Эдмунд Уайт.
Но даже если вы весьма далеки от гомосексуальности в любом виде, достаточно просто любить американскую литературу или даже просто "Над пропастью во ржи" Сэлинджера, чтоб у вас уже были большие шансы наткнуться на какой-нибудь текст Эдмунда Уайта. В последнем случае это, вероятней всего, будет "История одного мальчика".
Этот роман был опубликован в 1982 году, на русский его перевели в 2000 году.
Даже в предисловии к русскому изданию вы обнаружите сравнение "Истории одного мальчика" и "Над пропастью во ржи". Не сомневаюсь, что автор этого добивался вполне осознанно. Так что это не тот случай, когда общего у книг лишь то, что главные герои обеих - американские подростки. В книге Уайта, действительно, много отсылок к Сэлинджеру: учёба в Итоне, приятельствование с парой учителей, неудачная попытка снять проститутку и т. д. Эдмунд Уайт ведёт своего героя по тем же тропам, по которым ходил Холден Колфилд. С той разницей, что героя Сэлинджера больше интересовали люди как существа чувствующие и мыслящие, отношения между ними и собственное отношение к ним, а героя Уайта интересуют люди как тела, власть над ними, их сексуальность и собственное влечение к ним. Особенно в этом плане показательно было бы сравнение той сцены, в которой Холден приходит к учителю истории и его жене (одна их самых первых сцен в "Над пропастью во ржи") и той сценой, в которой помешанный на религии учитель латыни и его жена склоняют героя "Истории одного мальчика" к групповому сексу. Там есть даже калька с фраз Сэлинджера, которые приобретают новое звучание, помещенные в новый контекст.
Так что сцены и элементы сцен, взятые у Сэлинджера, в "Истории одного мальчика" приобретают эротический оттенок. К чувствам героя вообще невозможно пробиться: он только хочет кого-то или желает, чтоб хотели его. Видно, что ему хочется внимания, что он обуреваем своими сексуальными порывами, что ему одиноко и невыссказанно. Пожалуй, это всё.
В книге много внимания уделяется взаимоотношениям главного героя и его отца - человека прагматичного, отстраненного, практичного. И какой-то мнимой нелюбви этого человека к сыну. Хотя я бы сказала, что он никого особо не любил или же просто не умел это хоть как-нибудь продемонстрировать.
Повествование размеренное, местами хотелось придать ускорение. Так что книга, пожалуй, даже нудноватая и я не могу её рекомендовать широкой аудитории. Но зато в "Истории одного мальчика" неплохо показано отрицание своей "неправильной" сексуальности. Меня особенно заинтересовало то, как герой огорчался по поводу отказа девочки из школы.
К тому моменту он уже спал с двумя мужчинами (это я про пол, хотя, учитывая возраст, мне стоило сказать, что он спал с мальчиками). Но, сходив на парное свидание с какой-то "развитой девочкой", на которое его пригласил друг, в которого он был влюблен, он решил, что эта девочка - его настоящая любовь. И написал ей письмо, на которое она ответила отказом.
И хотя отказ того самого друга, о котором было в прошлом абзаце, главный герой перенес легко, реакция девочки на письмо повергла его ужас, печаль и тоску. Хотя он её знал два часа и, конечно же, она ему совершенно не была нужна.
Вот так всю книгу герой и разрывается между своей заинтересованностью в разнообразных мужчинах и желанием не быть геем.
В финале истории он получает своего взрослого мужчину, над которым он может властвовать, в лице одного из своих учителей, которого он сдает директору в связи с распространением марихуаны.

Такая последовательность идеально соответствовала моему несбыточному желанию полюбить мужчину, но не стать гомосексуалистом. Порой я думаю, что мне нравилось доставлять удовольствие мужчинам-гетеросексуалам (ведь мечтал же я стать любовником своего отца) и в то же время иметь возможность наказывать их за то, что они меня не любят. Меня не любили ни учитель немецкого, ни мистер Пуше. Меня не любил Томми. Меня не любил папа.
Эдмунд Уайт намекал, что "История одного мальчика" во многом автобиографична. В таком случае, читатель может посмотреть на то, как гей отвечает сам себе на вопрос о том, как он стал геем. Для тех, кто, в отличие от меня, полагает что ориентацию можно приобрести благодаря каким-то обстоятельствам жизни, наверное, эта книга будет более интересна.
Читать далее
16
1,3K
kittymara31 января 2018 г.
Вроде как автобиографично
Есть две книги как продолжение, но не переведены. Сразу должна предупредить, что перевод корявенький, но не смертельно. Сам текст дюже занудный, это уже хуже.
Стоит отметить, что мальчику из книги в общем-то повезло с семьей. Им было пофиг. Пофиг даже тогда, сын начал раскручивать папашу на дорогого психоаналитика, объяснив, что ему надо бы излечиться от гомосексуализма. Папаша в панике дал денег и больше никогда не спрашивал, удачно ли прошло лечение. Личная жизнь сына стала для него табу. А мама больше интересовалась своей особой при общении с сыном.
Мальчик в общем достаточно хладнокровно препарировал себя, используя все, что только можно от религии до психиатра. Наверное, один из самых безопасных вариантов принятия собственной сексуальности - это интеллектуальная проработка проблемы и уход в мир грез.
Что еще. Пуританская Америка 50-х гг ХХ века. В благополучной школе дети из хороших семей занимаются традиционным и не только сексом с 12-ти лет. Я сразу вспомнила рассказы бабушки и мамы о порно-фотографиях, гулявших в советских школах, и девочках лет 15-ти, ходивших на уроки с брюхом, лезущим на потенциально комсомольский нос. Ну, как бы секса не было нигде. Мораль, сплошная мораль. Это детки так игрались и заигрывались, ага.
Читать далее
8
2,2K
Yazva6417 января 2015 г.
Ах, мальчик не хотел быть гомосексуалистом-он просто с раннего детства восхищался мужчинами. Мальчик не хотел быть гомосексуалистом-он просто любил смотреть на мужские тела, вдыхать мужской запах, любил потискать мальчишек при случае, ну или самому быть потисканным неплохо, хотя бы в мелкой потасовке. Мальчик не хотел быть гомосексуалистом-он просто вожделел своего отца, мечтал всю юность о принце на белом транспорте, что увезет его в дальние дали, сверкая выхлопной трубой. Мальчик не хотел быть гомосексуалистом-он пытался это в себе излечить: духовно-примеряя религии всех мастей, душевно-просаживая папкины золотые на мозгоправа, пошёл к проститутке-ЖЕНЩИНЕ (правда уже после проститутки-мужчины, ну да не суть). Мальчик мучился, он не хотел быть гомосексуалистом, а тут, как говорится 'клин клином'-здравствуй закрытая школа для мальчиков! Ну логично же, волку в овчарне самое место-бороться со своими кровожадными наклонностями. Прикольно другое, что при всём своём нежелании, он использовал каждый подвернувшийся случай, для плотского удовлетворения себя красивого. Местами было неожиданно откровенно, местами откровенно скучно, нить повествования ускользала (чего со мной давненько не случалось). Пы.сы. Бедный, бедный Holden, все это сравнения...о.о...
Читать далее
6
914

Все рецензии

Цитаты

commeavant2 июня 2015 г.
Как я узнал впоследствии, она вообразила себя гризеткой из оперы девятнадцатого века — то ли Мими, то ли Виолеттой, то ли Манон. Как и они, она была импульсивна, сердобольна, безнравственна и набожна. Как и они, она должна была оставаться вечно молодой — отсюда ее кричащие наряды и картинные жесты, отсюда лихорадочные проявления энергии (люди средних лет воображают, будто молодые энергичны).
5
252
kittymara31 января 2018 г.
Я кончил. Я увидел. Он мог бы меня одолеть. Будь я Жюли или Элен, или кем угодно — лишь до тех пор, пока я так или иначе оставался в его мыслях. Хотя нет, возможно, я не желал быть неким персонажем в голове у мистера Пуше, всего лишь вирусом, проникшим в святая святых его сознания, где можно изучать и даже испытывать его страстное стремление к женщине. Я не хотел, чтобы он проникся симпатией к мужчинам — только ко мне, ко мне даже не как к мужчине, а как к бесплотной страсти, невинной пылкости в его простодушных, мужественных, изысканно неопытных объятиях.
Читать далее
4
279
Mamadrekia9 июля 2016 г.
В литературе я увидел игру воображения, не ставшую менее увлекательной, несмотря на всю свою несообразность, увидел параллельную жизнь — так и сны неотступно преследуют явь, но никогда с ней не пересекаются.
4
125