С благодарностью сотрудникам Государственного музея-заповедника «Петергоф», в особенности экскурсоводу из Особой кладовой. Автор фотографий я, сделала вчера в Особой кладовой, в этом стеллаже представлены работы Фаберже. Яйцо называется «Петергоф», и подарено музею правнуком Фаберже.
Фаберже… Это имя стало легендой, слыша которое мы вспоминаем блеск драгоценностей царской семьи Романовых; вспоминаем те сокровища, которые были созданы гением Фаберже.
Чего-то подобного ожидаешь и от книги «Пасхальные яйца Фаберже», ждёшь рассказа о роскоши и блеске драгоценностей. А получаешь в итоге нечто весьма и весьма странное: начали за здравие, закончили за упокой. Автор весьма бодро и подробно начал рассказывать о династии Фаберже, о происхождении их фамилии, о видных представителях семьи, о самом Карле Фаберже,
«самом знаменитом ювелире России»,
пишет про знакомство семьи Фаберже с царями.
Шик да блеск, не книга, а картинка, когда чтение становится наслаждением и удовольствием, когда не замечаешь, как листаются страницы. Добавьте ещё к этому 2 вклейки цветных иллюстраций (сами работы К. Фаберже, его фотография, портреты царей и другое), и получите примерную картину удовольствия. Таким бодрым шагом автор пишет 6 глав.
Потом в Россию приходит русско-японская война, это в книге глава 7, переломная глава, которая открывает не-пойми-что-а-не-книгу: Кровавое воскресенье (с подробным описанием шествия попа Гапона к царю), уличные войны в Петербурге, приезд Ленина. Слабости Николая II, слабохарактерность (точнее не помню, как автор назвал последнюю российскую императрицу) Александры Фёдоровны, болезнь царевича Алексея, и прочая-прочая. Тоби Фабер в своей книге даже прошёлся по православию, не могу это не процитировать:
«Для представителя западного мира ритуалы православной церкви всегда ощущаются как чужие. Колдовское бормотание, тёмные церкви, иконы, острый запах ладан — всё это говорит о сильной эмоциональной духовности, которая кажется более примитивной и менее рациональной, чем интеллектуализированное христианство святого Августина и Фомы Аквинского. Вероятно, нет ничего необычного в том, что императрица, лютеранка, которая так долго не решалась отступить от своей веры, до того как стала «истинной веры Великой княгиней Александрой Фёдоровной», пошла даже далее по пути к слепой преданности религии. Нет ничего фанатичнее новообращённого. Однако главным мотивом поведения Александры была нарастающая потребность срочно родить сына…»
Обозвал или назвал тёмным наше православие, ладно, извиним автору, он же у нас другой религии, но зачем так явно показывать превосходство своей веры над нашей? Или только так кажется, и автор ничего плохого не имел в виду? Осадочек остался, и к этому осадочку автор добавил ещё историю Распутина, спасибо, что хотя бы не подробную, со своей подноготной. Он хотя бы ограничился детальным (относительно) убийством Григория и его ролью в судьбе последних Романовых.
А книга-то, между прочим, про пасхальные яйца Фаберже! Иногда казалось, что автор словно забывал, о чём он начал писать книгу, и весьма шустро уходил в политику на мировой арене, писал про то, почему мы проиграли в русско-японской войне, а это потому, господа, что нашему флоту было очень далеко идти до Дальнего Востока и слишком далеко находилось правительство. Тоби Фабер писал в начале интересно, а потом, с каждой главой, всё хуже и хуже, словно ему было всё равно… Он не поленился прошерстить кучу источников на 10 страниц (бумажных и электронных, и среди них ни одного русского издания), снабдил книгу глоссарием, приложением, послесловием и вступлением, привёл два родословных древа — Романовых и семьи Фаберже. Молодец, диплом написан на «5», всеми необходимыми составляющими. Но в данном дипломе нет главного — души. Вместо неё холодный расчётливый разум, подчиняющий себе все, что только можно.
Из расчёта Карл Фаберже отказывался, если мне память не изменяет, отправлять своих мастеров (а точнее одного мастера) на поля сражений Первой мировой, ведь иначе мог встать весь процесс. Нет, понятно, что Фаберже — придворный мастер и работал на славу императору, но… мне почему-то думалось, если опираться на саму книгу, что Карл Густавович был более человечным, а не похожим на робота. Увы, человеческое знаменитому мастеру похоже, было чуждо, а жаль…
Где-то на страницах (всего 288) книги потерялись 50 пасхальных яиц, которые заказывали русские императоры своим жёнам. Нет, про эти подарки рассказывается, как же без этого? Но рассказывается мимоходом, основной упор почему-то делается на политику в России. Про тяжёлые условия жизни и труда рабочих, про их угнетение, про недовольство простыми людьми господ, про попытки изменить существующий строй в России, про революцию 1917 года.
Попробую подвести итог. Цели и задачи остались не до конца раскрытыми, читательский адрес совершенно не продуман. Вступление — ладно, примем, что вот это истина, про то, что не знать творения Фаберже мы не можем; послесловие — зачем-то пишет про захоронение останков Николая II в Петропавловском соборе, добавляет, что
«…при отсутствии физических останков яйца, которыми семья (Романовы) обменивалась на Пасху, приобрела значение, которого никто, возможно, не ожидал. Они стали самыми известными символами тех времён. Теперь почти друг за другом, и яйца, и Романовы начали понемногу возвращаться на своё законное место. Это достойное завершение истории, но нет дороги без кочек…»
И заканчивает пространным рассуждение про выставку в Лондоне, запланированную на 2007 год (сама книга вышла на английском в 2008) и которую отменили,
«по некоторым сообщениям это произошло вследствие давления российских властей, которые намекнули, что, возможно фонду пора соответствовать заявленным целям. Это больше похоже на грязный компромисс между конкурирующими интересами, который так хорошо демонстрирует политические реалии современной России…»
То есть — мы же ещё кругом и виноваты, а англичане и прочие — невинные белые овечки?!
Странная, в общем-то, книга, при одной заявленной цели, она написана совершенно о другом. Хорошо ещё, что слог автора лёгкий, не перегруженный какими-то сложными конструкциями. Книга, которую я брала с трепетом в руки, и книга, которую я просто домучивала, понимая, что если захочу узнать что-то про Фаберже, я поищу в других источниках.
12 понравилось
