
Позитивные, легкие книги для переходного состояния)
kandidat
- 150 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Приятельница давала мне на выходные эту книгу с комментариями: "Нет, это, конечно, самый обыкновенный женский роман, мелодрамка... Но, знаешь, классный такой, добрый и с хорошим юмором... И там такая героиня-филолог - чем-то тебя напоминает..." И захихикала.
Ну что ж. Давно-о-о я не читала "чистоженскихроманов" - последний раз это было года 4 назад, когда по совету другой приятельницы увлеклась Ириной Волчок.
И решила я отвлечься от суеты сует и отдохнуть за этой книжкой.
И мне удалось! Правда!
Сначала показалось чуть простенько и не совсем интересно (хотелось плечами пожать) - язык был какой-то неудобоваримый в своей простоте. А потом...
Потом от души смеялась, удивлялась, даже довольно ощутимо переживала.
Симпатичные такие герои, смешные в своей узнаваемости ситуации, да и тема фанатичного увлечения филологией довольно забавно показана - в общем, читаешь и расслабляешься прямо на глазах, забываешь о заботах и волнениях.
Девушки и тетеньки! Очень даже от души рекомендую!

Сюжет книги незамысловат. Ася Топоркова, девица 25-ти лет, обладает уникальными знаниями русского языка, у неё отличная память и удивительный голос. Ася работает внештатным ведущим детской передачи "Словарик", и счастлива, что радио не телевидение: её пышная фигура является причиной Асиной неуверенности. Звукооператор Костя - для Аси просто друг. Умный, интересный человек, работящий, заботливый Костя, в противоположность Асе, невысок и худощав, и никак не вписывается в образ потенциального жениха, нарисованным заботливой бабушкой Аси.
Книга написана в жанре СЛР, но это не обычный ванильный любовный роман. Это и уроки знания русского языка, и трагикомедия положений, и совсем чуть-чуть радиохулиганства. Это повесть о небольшом отрезке жизни современной немодной девушки, с её радостями и печалями, и рассказ об окружающих её людях, с их проблемами, и милая история о том, как буква "Ё" подарила Асе счастье.
Книга не только душевная, но и познавательная.

Буду с тобой в радости,
И в минуты слабости.
Буду без тебя грустить,
И в любви и в ярости.
Как же тебя отпустить?
Если что не так - прости.
Буду с тобой, кем захочешь,
Только не уходи.
(поют Макс Лоренс и Бьянка)
Я ни на полграмма не лингвист, и вообще не гуманитарий. Правда стихи пописывала в отрочестве, а сейчас нет-нет, да и загляну в этимологический словарь, узнать откуда то или иное слово взялось.
Так вот, о чем это я? О том, что книга неожиданно доставила мне удовольствие. Тут столько всяких фишек нашего непоколебимо великого и бесспорно могучего. Мне, живущей в крайне многоязычном городе это величие и могучесть видятся все более истинными.
Я для себя подчерпнула кучку правил русского языка и интересных историй про идиомы, которые я сама часто исполюзую в речи. Я бы даже послушала эту радио передачу наравне с книжными слушателями.
Героиня порадовала своей "настоящестью". По себе знаю, каково это - кавалер ниже дамы. Загубила собственноручно несколько отношений с действительно стоящими кавалерами только по этой причине.
Герой порадовал упорством. А Костя и рога - это.... Костя и рога ))))). Только ради этой неразлучной пары стоит читать книгу. В какой-то момент я смеялась так, что долго не могла разглядеть текст за слезами.
Так или иначе, легкая книжка с интересными моментами про русскую речь и настоящими жизнеными героями.

Труд обезьяну превратил в человека. Далее эволюция почему-то остановилась. Сколько ни трудись – тупик.

– Не все французы вернулись домой, – продолжала я. – Некоторых дворяне взяли к себе на службу. Гувернёрами, учителями или руководителями крепостных театров. И вот когда эти, скажем так, режиссёры набирали труппу из крестьян, они отсеивали непригодных к пению и танцам, говоря: «шен тра па», то есть к пению не годен. Так в русском языке появилось слово «шантрапа» – никчёмный человек

Далее я рассказала про французов-оборванцев, которые клянчили у крестьян пропитание, обращаясь весьма культурно: «шер ами» – дорогой друг. И народ прозвал попрошаек шаромыжниками. Голодные французы питались и кониной, в том числе павшей. По-французски «лошадь» – шваль, отсюда, кстати, «шевалье» – всадник, рыцарь. Мы же стали называть швалью ничтожного человека или негодную вещь.












Другие издания


