Лингвистическая теория эмоций

Совесть как доминанта в современном российском обществе отсутствует в основном по всей вертикали власти (и законодательной, и исполнительной), а также и по горизонтали –– в бизнесе, искусстве, СМИ. На пересечении эмотивных векторов наблюдается реверсия шкалы нравственных ценностей. В результате -- жестокость, месть, зависть, бессовестность, бесстыдство, коррумпированность, предательство, наглость, воровство, взяточничество и т. п., даже в интеллектуальной сфере (даже вузовская наука становится всё больше и больше криминальной). Ни библейские заповеди Нагорной проповеди Христа, ни церковные заповеди не являются больше ценностными сверхдоминантами, сдерживающими физиологические инстинкты. Ни КГБ, ни партии, ни Бога, ни милиции, ни прокураторы люди, от которых зависит Бытие остальных людей, больше не боятся и не сдерживаются ни в чём. Свобода и честность, порядок, справедливость, наказуемость оказались несовместимыми с современным сознанием многих людей. Даже Свобода Слова оказалась разрушительной: почти вся Россия говорит на приблатненном жаргоне. А поскольку школьники и студенты не читают высокохудожественной литературы и не слышат из СМИ, кино-, аудио-, видеофильмов, театральных спектаклей и от окружения образцов культуры речи, то они и воспроизводят только то, что слышат, и в их языковом сознании/мышлении ничего другого и не будет: границы их мира -- в круге их языка.

Английский лексиколог и лексикограф Э. Уикли (E. Weekly) подчеркивал, что саксонские слова обладают специфической эмоциональной окраской, которая отсутствует в параллельных романских языках, например, foe и enemy, deep и profound, lonely и solitary, etc. Он, в частности, заметил, что саксонское слово ghost более "терроризирующее" (ужасное), чем романские phantom, specter, apparation. Дж. Вахек признает этот тезис Э. Уикли и добавляет свои примеры в его поддержку: для англичан, например, слово idiot звучит более оскорбительно, чем fool (см.: [Valchek 1974: 206]. Этот факт, связанный с различной прагматикой соотносительных слов, чрезвычайно важен для практики перевода художественных текстов на иностранный язык и для внутриязыкового перевода, примером которого являются романы П. Вудхауса о молодом аристократе Вустере и его чопорном слуге Дживзе (фрагменты которых неоднократно приводились в данной работе). (страница 220)