Плохой сценарий хорошего драматурга
Эта весьма интересная с литературоведческой точки зрения книга, претендующая на широкий обзор контекста жизни Александра Сухово-Кобылина, на самом деле не отвечает на главный вопрос, поставленный в названии, а чем же в действительности мешала Сухово-Кобылину его давняя любовница Луиза Симон-Демарш? Ответ однобок и однозначен, подтверждается досужими сплетнями и предположениями, в том числе и в форме литературных текстов романов других писателей, такой себе аргумент как по мне.
Книга написана в 1927 году, через 25 лет после смерти титульного героя исследования, и представляет собой некоторую смесь биографии, творческой аналитики (в том числе небезынтересной театральной) и уголовного романа. Последний, как мне кажется для придания перчинки, ибо на самом деле автор ни в коей мере не занимается скрупулезным расследованием. Как мне показалось, автор книги стоял перед дилеммой – он негативно относился к Александру Сухово-Кобылину, как к человеку, и при этом высоко оценивал три его ключевые пьесы. Из интересного автор разбирает программу обучения Сухово-Кобылина в университете, на что делался упор, какие дисциплины и темы разбирались – крайне любопытно и много пищи для размышлений.
Гроссман очень убедительно показывает историю рода, крепостнические замашки которого существенно повлияли на характер Сухово-Кобылина. Этот дуализм образованной просвещенности и звериной жестокости по отношению к своим крепостным, который отмечали и у его матери, и у деда. Хотя, подозреваю, что и у многих тех, кто бывал в доме, был похожий уклад, так что слабенький персонифицированный аргумент.
Луиза Симон-Демарш также не отличалась кроткостью нрава, факты говорят, что и слуг «бивала», да так, что дошло до полицейского разбирательства. И ревновала, сцены устраивала, следила маниакально за Сухово-Кобылиным. Это раз. Два – дамочка была знакома с семейкой Сухово-Кобылина, матерью, сестрами. Автор раскрывает довольно жестокую травлю, которую мать (в основном) и Александр устроили профессору, пытавшемуся составить пару Евгении, сестре и дочери Сухово-Кобылиных. В связи с чем у меня вот вопрос – почему же мать не рассматривали как подозреваемую, авторские аргументы по характеру и отношению к окружающим к ней очень даже подходят. Все аргументы позднейшие и факты в целом не противоречат и такому варианту. Кстати по поводу Евгении Сухово-Кобылиной, причудливыми тропами не так давно я открыла для себя интересное творчество ее сына, Евгения Салиаса. Три – по авторским измышлениям, Александр встретился с новой любовницей Нарышкиной, Луиза навязчиво устроила сцену, за что получила удары по голове в состоянии аффекта. Но вот вопрос, а Нарышкина, воспитывавшаяся в той же крепостнической манере, что она, не могла ли? Никто даже не пытался разбирать. Опять же не один удар, ее серьезно избили, а потом еще и зарезали и куда-то отвезли – странно для аффекта. Снова вопросы по поводу кареты/телеги для вывоза, с транспортом С-К при всей противоречивости не получалось полное соотвествие. Непонятным осталось для меня и обнаружение трупа Луизы – при полном параде, с кучей драгоценностей… Почему не избавились от тела, от цацок? Почему не прикопали где-то на огороде, ведь нас автор пытается убедить, что барин в ту эпоху мог запросто такое приказать и все было бы выполнено? Могла ли она стать жертвой кого-то другого, который хотел бросить тень на ее официального любовника? Опять же, почему не учитывается, что Сухово-Кобылин мог просто перестать ее финансировать, тем самым вынудив к отъезду? Или нельзя было так, не понимаю? Зачем потом называть внебрачную дочь именем убитой любовницы – тоже вне моего разумения. Чего в свою очередь добивалась Луиза, если по письмам уже понятно, что все, разрыв и т.п. Конечно, складывается впечатление, что она непрактичная (но жестокая и истеричная) особа, но она понимала свои перспективы. Я не оправдываю Сухово-Кобылина, тут приводится достаточно фактов его двуличности и негуманности, но далеко не все рассмотрено в книге.
Последняя треть книги посвящена тому, как в трех громких пьесах, написанных Сухово-Кобылиным отразился данный жизненный опыт и семь лет муторных разбирательств. Я читала и смотрела «Свадьбу Кречинского», ее до сих пор ставят, а вот про остальные пьесы только мельком слышала. «Дело» и «Смерть Тарелкина», надо будет познакомиться с оригиналом, интерпретации и комментарии тут довольно подробно приведены. Разбирается какой актер как интерпретировал ту или иную роль, какой критик как трактовал постановку и текст.
Книга интересная, будоражит воображение своей попыткой оценить влияние характера и опыта Сухово-Кобылина на его творчество. А о трагедии, произошедшей в ноябре 1850 года поищу еще какие-нибудь работы.
43 понравилось
